Дао Кенгуру - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 105

– Глип! – произнес Упир, – Ты не заметил вторую фазу этого трюка. Когда сообщение опровергается, биржа сразу растет, и наши союзные брокеры, заранее начав игру на повышение с нижней отметки, сгребают в кассу еще несколько миллиардов. Это был фантастически-наглый двойной трюк!

– Красиво, – согласился Глип после короткой паузы.

– Может и красиво, – отозвалась Смок, наливая себе чашку чая, – но я не уверена, что Накамуре стоило ради этих денег раскрывать карты. Ведь атомная бомба, это красная тряпка для западных оффи. Узнав, что у нас почти есть такая бомба, они сразу начали готовить новую войну. Разве не так?

– Они все равно готовили против нас новую войну, – возразил Упир.

Глип Малколм похлопал ладонью по столу.

– Док, тут вопрос в интенсивности подготовки. Сейчас они начали готовиться вдвое быстрее, чтобы успеть до того, как у нас будет бомба.

– Пусть готовятся. Они по-любому не успеют.

– Ты абсолютно уверен? – спросила Смок.

– Да, – Упир кивнул, – потому что у нас уже есть приличное число атомных бомб.

– Wow!!! Классно!!! – взвизгнула Хрю.

– Ты думай над вопросом, – напомнил он ей.

Девочка вздохнула, вытащила из кармана элнот и стала что-то чертить на экране. Смок покачала головой и спросила:

– Что значит «приличное число», и насколько реально применить эти штуки, если нас в ближайшее время начнут прижимать к стенке?

– У нас, – сказал Упир, – более сотни бомб примерно «хиросимской» мощности. Бомбы неудобные, но мы подготовили тактику, и применим их хоть завтра, если будет надо.

– Я чувствую, ты очень не хочешь пускать эти штуки в дело, – заметила она.

– Да, – он кивнул, – очень. Но, мы это сделаем, если будет надо…

– Алло! – встряла Хрю, – Я нашла ответ на контрольный вопрос! Это просто!

– Ну-ка покажи, – Упир посмотрел на экран элнота.

– Это просто! – повторила она, – Иногда ядра урана-235 выбрасывают нейтрон. И, если нейтрон правильно попадает в другое ядро урана-235, то оно развалится на осколки, и выбросит еще кучу нейтронов. Вот, если некоторые из этих нейтронов тоже правильно попадут в другие ядра урана-235, то будет цепная реакция, типа, лавина, и ебс!

– Неплохо, – согласился Упир, – а как насчет критической массы?

– Это еще проще! Чтобы нейтроны не улетали на фиг, а попадали в ядра, должен быть большой кусок урана. Достаточный кусок называется критической массой! E-oe?

Доктор Упир утвердительно кивнул.

– E-o. Если не придираться к научной точности, то примерно так. А теперь, юная леди, напомни нам, какое соотношение изотопов в природном уране?

– Ну, – ответила она, – в тонне семь кило урана-235, который легко делится, а остальное уран-238, который не очень делится. Для хорошей бомбы нужно больше урана-235.

– Обязательно? – спросил коммодор.

– Ну… Раз ты так спросил, значит, необязательно. Я правильно ответила?

– Твой ответ лишь условно правилен. Если воспроизводить ход мысли штаба атомного проекта США 1940-х, то все так, но у них были другие задачи в других условиях. Они создавали авиабомбу для применения с тяжелого бомбардировщика конкретной марки против индустриальных зон конкретной страны. А какая задача у нас, юная леди?

– Ну… Нам надо закошмарить вражеский электорат. Теперь я правильно сказала?

– Электорат? – с вопросительной интонацией отозвался он, – В общем, верно. А теперь начинай мыслить логически. Какие у нас будут критерии качества бомбы?

– У нас? – переспросила 14-летняя креолка, и почти сразу выпалила. – Дешево, просто, быстро и очень страшно. Вообще ****ец, как страшно. Вот.

– Детка, а можно без мата хотя бы в научном диспуте? – спросила Смок.

Хрю Малколм вздохнула и картинно пожала плечами.

– Я буду стараться, мама, честное-честное слово. Просто я привыкла на работе, и…

– Просто, детка, учись адаптировать речь к обстановке. В цеху хорош один стиль, а за столом другой. Мы ведь поняли друг друга?

– Да, мама. Ты это мне уже говорила, и я, кстати, позавчера записалась на Бора-Бора в студенческий любительский театр. И с октября я буду учиться адаптировать, вот!

– Театр, значит, – задумчиво произнес Глип Малколм, – ладно, дочка. Мы еще об этом поговорим вечером. Док Упир, я извиняюсь, мы отвлеклись.

– Все ОК, – сказал коммодор, – Вернемся к хорошей атомной бомбе. Юная леди весьма разумно перечислила все главные критерии, кроме одного: доставка бомбы к цели. Мы живем во вселенной, где любой выигрыш имеет оборотную сторону. Если мы делаем предельно простую и дешевую атомную бомбу, то надо быть готовым к тому, что она окажется громоздкой, тяжелой и неудобной в транспортировке.

– А насколько примерно? – спросила Хрю.

– Вес порядка десяти тонн, и главный габарит порядка пяти метров.

– Ну! – обрадовалась девочка, – Это не страшно. Это ведь поместится в TEU, правда?

– Ты имеешь в виду, в стандартный 20-футовый морской контейнер? – уточнил он.

– Ага! – она энергично кивнула.

– Да, поместится.

Судья Малколм снова похлопал ладонью по столу.

– Минутку. Упир, А-бомба 10 тонн весом, это странно. Я думал, они меньше.

– Глип, твоя дочка заказала самую простую и дешевую бомбу, а это меняет дело. Такая бомба работает на необогащенном уране с угольным замедлителем нейтронов.

– Бомба на необогащенном уране? – переспросила Смок, – разве это возможно?

– Aita pe-a! – оптимистично заявил доктор Упир, – Первый в истории атомный реактор: «Чикагская поленница» 1942 года работал на составе, который я назвал. Такой реактор создавался для выработки плутония-239 путем нейтронного облучения урана-238. Нам ничего такого не нужно, мы делаем просто бомбу, и наш дивайс будет компактнее.

– А цена? – живо поинтересовалась Хрю.

– Давай считать, – предложил Упир, – у нас есть контракт с хунтой Фиджи на поставку рудного концентрата диоксида урана по бартерной цене 5 тысяч фунтов за тонну. Нам нужно 8 тонн – 40 тысяч фунтов. Качественный уголь 200 фунтов за тонну. 5 тонн – еще тысяча фунтов. Контейнер с габаритами, равными TEU – еще 10 тысяч фунтов.

– Почему TEU так дорого?! – возмутилась девочка, – Я тебе за штуку фунтов куплю!

– Нам нужен несколько модифицированный контейнер, – уточнил коммодор.

– А-а, понятно… И что еще?

– Еще машина типа пневматического толкателя для тяжелых грузов. 15 тысяч фунтов. Добавляем 30 процентов на монтажные работы, и получается 86 тысяч фунтов.

– Все-таки дорого, – грустно сказала она.

Доктор Упир сделал вид, что глубоко возмущен.

– Дорого? Меньше ста кило-фунтов за взрыв в четыре раза мощнее, чем в Хиросиме, с выбросом в сорок раз большей массы радиоактивного пепла? Дешевле не бывает!

– Но это же просто бомба! – возразила Хрю, – А она у тебя по цене не самого дешевого самолета! И вообще, ты обещал 10 тонн, а тут 13 тонн материалов, плюс еще какой-то толкатель, плюс вес контейнера, это тонн 20 выйдет. Наверняка можно сэкономить.

– Ладно, – ответил Упир, – пойдем от канадской технологии периода Первой Холодной войны: реактор CANDU на природном уране. Замедлитель – тяжелая вода. Для бомбы нужна тонна диоксида урана с Фиджи, тонна тяжелой воды, и специальная бочка. Такая бомба втрое дешевле, чем первая, и вес гораздо меньше, но мощность лишь 7 килотонн.

– И тут как-то криво… – протянула Хрю, расстроенная снижением мощности бомбы.

– Все тебе не так, – проворчал он, – может, возьмем обогащенный уран?

Хрю Малколм захлопала в ладоши.

– О! Точно! Мы же взяли на халяву полтонны урана с американских боевых кораблей, подбитых на Соломоновых островах!

– Давай считать честно, – сказал Упир, – на межправительственном рынке цена урана оружейного обогащения: 93 процентов изотопа-235, составляет около 25 миллионов долларов за тонну, или примерно 20 миллионов наших фунтов.