Рыцари комариного писка - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 102

- Да, - подтвердил Хиларио, - концлагерь Ауастера, это вообще смешное местечко.

- Обхохочешься, - слегка ворчливо добавила Джемми Северино. 

…

«Хозрасчетный цех» (как еще несколько аналогичных цехов) оказался речной баржей, накрытой каркасным ангаром. Внутри ангара нечто вроде продвинутой авторемонтной мастерской. Тут можно было видеть десяток небольших внедорожников-болотоходов разных моделей в разных стадиях сборки (или разборки). Две такие машины висели на высоте примерно человеческого роста в зацепах кран-балок.

- Такая, - пояснил Артуро, - наша хозрасчетная тема. Проверять машины перед, и после полевой обкатки. Южно-Никарагуанское Заозерье это теперь бренд. Если новая модель прошла тут тест-драйв, то у нее уже хорошая репутация. Проходят не все.

- Каждая вторая тачка разваливается на этих болотах, - пояснил Хиларио.

- А у каждой первой глохнет движок намертво, - пошутила Джемми.  

- Работа по мне, - оценил Габрио, и уточнил, - но не на голодный желудок.    

- Сейчас все будет, - пообещала Джемми, - ты заметил, что Петроно пошел на крышу? Короче: там второй ярус, бытовой. Кухня есть, все дела. А Петроно классно стряпает.

- Петроно, - добавил Хиларио, - из потомственных рестораторов, мелких, правда. 

- Да? – удивился Габрио, - А зачем он вписался на войну, если не из пролетариев, а из среднего класса? К тому же, он еще несовершеннолетний.

- Пропаганда, - ответил Артуро, - мозги были промыты ура-патриотизмом. Жалко его, реально. Если бы не эпидемия, он бы уже был дома. Красный Крест договорился про несовершеннолетних солдат, что они могут ехать домой. Но – не подфартило. 

- Ладно, - Джемми махнула рукой, - может оно к лучшему для него. Поумнеет. А что, кстати, мы встали? Идем наверх. Габрио за едой расскажет о карьере осеменителя.

- Блин! – Габрио схватился за голову, - И ты туда же! Слушайте, все было не так!

…

Действительно, все было не так. Габрио поехал бы в концлагерь на обычной попутке с разведчиками - неграми к'ви, но в последний момент полевая миссия Красного Креста отказалась забирать из Брито-Гранада брошенных беременных жен контрактников.

Тех, которые не беременные – забрали.

Тех, которые уже родившие – забрали, вместе с малышами.

А начет беременных – отказ, поскольку кто-то из медицинских консультантов заявил о высоком риске дефектов эмбрионов у беременных женщин, перенесших псевдо-грипп Зувемби. А Красный Крест совсем не желал портить свой имидж из-за детей-мутантов, которые могут родиться в каком-либо карантинном лагере для инфекционно-опасных беженцев. Так, эти молодые женщины в интересном положении были (за компанию) отправлены сюда, в концлагерь Ауастера. За полдня пути с запада на восток, Габрио познакомился только с несколькими самыми разговорчивыми из них.

Теперь, Габрио старался объяснить своей компании за столом, что произошло с этими девушками, метнувшимися через Тихий океан в надежде на обещанное благополучие. Казалось бы, не так сложно объяснить, если знаешь, как представлялись события с двух разных точек зрения.

Первая: точка зрения контрактных североамериканских спецов (известная от Мефо).

Вторая: точка зрения этих девушек из Индокитая (рассказанная по пути в концлагерь).

Спецы считали индокитаянок сообщницами Корпорации Канала, навязавшимися им в брачные партнерши методами грязного обмана и псевдо-юридического принуждения.

А индокитаянки были уверены, что Корпорация Канала имеет право устраивать браки сотрудников, ведь Корпорация – это хозяин, который, к тому же, щедро платит.

Спецы относились к своим навязанным женам очень неласково (хотя без побоев).

А индокитаянки воспринимали это, как должное. Если муж много работает, и много зарабатывает, то он – хозяин в доме, и с домашними может вести себя, как хочет.

Когда эпидемия псевдо-гриппа Зувемби ударила по агломерации Брито-Гранада, вся административно-полицейская структура рассыпалась. А только эта структура (ничто другое) удерживала спецов от того, чтобы мгновенно бросить семьи. Индокитаянки не подозревали об этом (в их родной патриархальной культуре к семье было религиозно-бережное отношение – независимо от того, как образовалась семья - образовалась же, значит, так тому и быть). Но, в ультра-индустриальном мегаполисе эти очень молодые семейные женщины стали вдруг никому не нужны. Ни Корпорации, ни мужьям. И, их списали в отходы, как побочный неликвидный продукт по закрытому проекту.  

… - Такой звездец, - произнес капрал Коимбру, подведя черту под своим рассказом, и принялся хлебать ложкой наваристый суп.

- Звездец, - согласилась Джемми, - и что теперь с этими индокитаянками?

- Хрен знает, - и капрал пожал плечами, - мы хотя бы военнопленные, а девчонки, как я понял, считаются «вражескими агентами влияния».

- Как шпионы, что ли? – спросил юниор Петроно.

- Нет, как подпольщики-диверсанты. Большинство таких девчонок сразу же высланы по линии Красного Креста. Но этих 15 девчонок не приняли, из-за беременности. Вроде бы, Красный Крест обещал их забрать, когда они родят кого-нибудь.

«Юниор-вольнопер» вздохнул и озвучил свой вывод:

- Надолго они влипли. И я тоже. Мне тоже обещали по лини Красного Креста. И хрен.

- Эпидемия Зувемби отменила такие обещания, - спокойно сказал Артуро, - так что, я думаю, мы все тут надолго зависли. Родине мы на фиг не нужны, там и без нас хватает заразы. «Folhe online» пишет: эпидемия в штате Амазонас побеждена, но я не верю.    

- А, ладно, - Габрио Коимбру махнул рукой, – я, наверное, обойдусь без этой родины.

- Ты что-то нашакалил в Брито-Гранада? – мгновенно угадал Хиларио.

- Да, вроде того. Сейчас это на хранении у надежных людей. Не миллион баксов, но, я думаю, хватит, чтоб маленький бизнес открыть.

- Бизнес здесь, что ли? – спросила Джемми.

- А хоть здесь. Почему бы нет? Только вот осмотрюсь сперва.

Произнеся такие слова, капрал осмотрелся (в буквальном смысле), и спросил, - кто там катит к нам на таком модном гидроцикле? У меня глюки, или это девчонка в бикини?

- Это не девчонка, ей 30 лет, - поправила Джемми, - это Сью Райнс, и она менеджер из британской оружейной компании. Вот у кого действительно бизнес. Тесты оружия.

- Ты ее хорошо знаешь? - спросил Габрио Коимбру, приглядываясь к приближающейся незнакомке в сине-красном спортивном бикини.

- Да, мы с ней вместе были на послеожоговых процедурах. У меня от термобарической ударной волны, а у нее от напалма. Вот, вроде как подружились немножко. Ну, что ты подмигиваешь, Габрио? Познакомить тебя с ней?

- Ну! Ты догадливая такая…

…

*83. Мне глюканулось, или вы уже…

…Встречались? - тоном светского флейма поинтересовался Хиларио Мурило, уловив необычный взгляд Сью, обращенный на молодого капрала Коимбру.  

- С чего ты взял? - удивилась фолклендская британка – спец-менеджер.

- Значит, глюканулось, - заключил Хиларио тем же ненавязчивым тоном флейма, ни на секунду не поверив удивлению Сью Райнс. У парня из фавел Форталеза была кое-какая практика распознания неправды. У 30-летней британки тоже была кое-какая практика, поэтому она догадалась, что Хиларио не поверил ее удивленной фразе.

Разумеется, Сью Райнс вспомнила этого молодого бразильского капрала. На переправе Танаис-Торо, она с дистанции 700 метров влепила ему пулю 3.55 мм в правое бедро. И сейчас она задумалась: намеренно ли выполнила не смертельный выстрел. Правильнее сказать: намеренно, но неосознанно. Сью помнила короткий импульс радости, который испытала, увидев, что ее пуля причинила ранение, неопасное для жизни. Почему? Она отказывалась думать о причине - до этого момента. Сейчас, все же, задумавшись, она не нашла внятного ответа. Да, жизнь состоит, в основном, из неосознанных решений…