Источник вечной жизни - Градова Ирина - Страница 30

– Да вот, искала кое-что в Интернете, – ответила Агния на вопрос Олега.

– И как, успешно?

Она обернулась и посмотрела на него. Высокий и привлекательный от природы, Шилов стал еще более красив с тех пор, как смог позволить себе покупать дорогие вещи, получив должность главврача. Очки, к примеру, стоили никак не меньше пятнадцати тысяч (кстати, он стал носить их недавно, и Агния подозревала, что они мужу не так уж и необходимы, но в них он выглядел солиднее). Костюм, в котором Олег сейчас стоял перед Агнией, обошелся в сорок четыре тысячи – эта сумма отпечаталась у нее в мозгу ввиду своей невероятности. Приученная к экономии долгими годами бедности, когда едва удавалось сводить концы с концами на маленькую зарплату и мамину пенсию, она никак не могла привыкнуть к тому, что теперь в состоянии позволить себе модные и дорогостоящие вещи: Агния до сих пор считала, что пять сумок из кожзама лучше, чем одна фирменная из натуральной кожи, а яркий «дутик» ничем не уступает полушубку из норки, да и трупы животных таскать на себе не приходится. Нет, она обожала покупать одежду – только подешевле, но Шилов всерьез считал, что его новый статус обязывает, чтобы жена выглядела как кинозвезда.

– Что тебе известно о тхэккене? – задала она вопрос, насладившись видом ухоженного мужа.

– О чем?

На свете не так много вещей, о которых Олег не знает, и, видимо, тхэккен оказался как раз одной из них.

– Это такая корейская борьба, – пояснила она, радуясь возможности хоть в чем-то переплюнуть Шилова.

– Впервые слышу. Тхэквондо там, карате – это да, а вот тхэккен...

– Это не то же самое. Тут написано, что для тхэккена характерна развитая техника ног с подножками и подсечками. Выше грудной клетки ногами не бьют, и в поединке главной целью считается повалить противника, а не нанести ему повреждение. Удары кулаками в тхэккене полностью исключены, а руки применяются для тычковых ударов ладонью в лицо и в горло, а также для захватов руки или ноги противника, после чего ему наносится сильный удар ногой.

– Э-э-э... весьма поучительно! Только с чего это ты заинтересовалась борьбой – тебе мало ОМР и фитнеса, ты решила еще и начать мужикам морды бить?

– Речь не обо мне. Понимаешь, Шилов, есть один парень, Кай...

– Нет уж, радость моя – я так понимаю, разговор намечается долгий, я, прости, не жрамши с самого утра. Так что пошли кормиться, а за столом ты мне обо всем и поведаешь – что было, что будет, чем сердце успокоится...

Через двадцать минут, сытый и довольный Олег, попивая свой любимый зеленый чай с жасмином, слушал рассказ Агнии о Кане Кае Хо.

– Я что-то не пойму, что тебя не устраивает в версии Карпухина? – недоуменно спросил он. – По всему выходит, что у твоего Кая с этим Дмитриевым были серьезные «терки». Мужик он спортивный, владеет серьезной борьбой. Вот я, к примеру, предпочитаю йогу, потому что мне претит любой вид насилия. Кай, судя по всему, нуждается в высвобождении агрессии, ему необходим адреналин, значит...

– Ты меня плохо слушал, Шилов! – разозлилась Агния. – Я не просто так прочитала тебе описание тхэккена: разве не ясно, что по-настоящему агрессивный человек ни за что не выбрал бы его, предпочтя, скажем, то же карате, где главной задачей является искалечить и убить противника, а не просто повалить его? Это – чистый спорт, не обремененный излишней агрессией, но ни ты, ни Карпухин этого, похоже, не понимаете!

– Но почему ты так его защищаешь? – пожал плечами Олег.

– Хорошо, объясню. Я в курсе, что Кай владеет борьбой – только не знала раньше, какой именно. Когда мы работали бок о бок, то частенько возвращались домой вместе. Тогда Кай еще не обзавелся собственным авто, и мы ехали на одной маршрутке. Так вот, однажды, дело было вечером, я задержалась. Не успела дойти до конца автостоянки, за которой находится автобусная остановка, как подлетает ко мне парень и хватает за сумочку. Ну я-то, естественно, без боя сдаваться не собиралась...

– Кто бы сомневался! – хихикнул Шилов. – Валькирия ты моя!

– Так вот, я схватилась с парнем, но он был, похоже, под парами, а потому силен, как бык. Я обязательно потерпела бы фиаско, как вдруг прямо передо мной вырастает Кай, хватает парня за шкварник и отрывает от меня!

– Как благородно! И что – потом бьет ногами в живот до потери пульса и сдает бездыханное тело в полицию?

– В том-то и дело, что нет! – возразила Агния. – Кай тряхнул его как следует – только и всего. Когда первый страх прошел, я увидела, что пареньку не больше пятнадцати. Он ни черта не соображал из-за наркотиков, его качало, глаза закатывались.

– И что же вы сделали?

– Кай вызвал «Скорую», и парня увезли.

– Значит, ты считаешь, что из-за того, что твой приятель не убил наркомана на месте, он не склонен к насилию?

– По-твоему, этого недостаточно? Знаешь, Шилов, ты по себе не суди, но большинство мужиков в подобной ситуации ведут себя, как сорвавшиеся с цепи псы: каждый второй постарался бы искалечить мальчишку, несмотря на то что он и сопротивления-то особого не оказывал!

– Может, Кая остановило твое присутствие?

– Ох, Шилов, хреновый из тебя психолог! Да наличие женщины только распаляет мужчин! Вспомни, как ты ведешь себя в присутствии представительниц противоположного пола в критической ситуации и как – среди мужчин.

– Лично я веду себя всегда одинаково!

– А вот и нет – я свидетель! Как мы, женщины, подсознательно стараемся произвести впечатление на любого мужчину, так и вы все время демонстрируете превосходство над другими, играете мускулами.

– Короче, что ты пытаешься доказать? – перебил Олег. – Что Кай не убивал? Допустим, я тебе верю, но это не главное. Главное, чтобы поверил Карпухин.

– Думаю, майору, как и любому другому следователю, не хочется возиться, а Кай уж больно лакомый кусок, сам упавший в руки, можно сказать: он выглядит виновным по всем статьям, и претензии к нему пациентов и соответственно Комиссии по этике дела не улучшают. Однако, с другой стороны, Карпухин – человек, у которого есть совесть, и он не покупается на легкую добычу. Уверена, он найдет и других подозреваемых, но ему нужно помочь.

– Ты мне вот что скажи, Агния: делом твоего дружка занимается ОМР или это исключительно твоя собственная инициатива?

– Возможно, ОМР тоже займется – со временем.

– Значит, я прав! Ну почему тебе всегда надо больше других, а? Если ты доверяешь Карпухину, почему бы не позволить ему выполнять свою работу – у тебя что, дел других нет?

– Сейчас мое главное дело – выручить друга, Шилов, и ничего важнее этого нет!

Агния резко поднялась с места и принялась за мытье посуды.

Сидя напротив Пашки Трофименко, Артем наблюдал за тем, как парнишка трескает пирожки, обильно запивая их жидким кофе. Трофименко поглощал пищу с таким волчьим аппетитом, что майору оставалось лишь изумляться вместительности желудка небольшого, в сущности, паренька. Эх, молодость – где его двадцать лет? Однако терпение Карпухина иссякло.

– Ну, может, на минутку перестанешь жевать и расскажешь, что нарыл? – спросил он неожиданно, от чего стажер поперхнулся, и Карпухину пришлось похлопать его по спине. Отдышавшись, Паша отодвинул тарелку с остатками пирожков и сказал:

– В общем, я порасспрашивал всех, кто имел отношение к Дмитриеву, и пришел к выводу, что мужик был непопулярен.

– Да неужели?

– Вернее, популярность его была несколько особого рода.

– То есть?

– Судя по всему, мой тезка был большим любителем женского пола – во всяком случае, на его собственном отделении не осталось ни одной медсестры младше сорока пяти, которую бы он не пользовал.

– Такой донжуан?

– Так говорят.

– Ты намекаешь, что у Дмитриева могли быть и другие недоброжелатели, помимо Кана Кая Хо? Я так и знал – ну почему все должно быть так сложно?! Почему первый попавшийся подозреваемый почти никогда не оказывается единственным? Так что там насчет теток?