Молитва - Янси Филип - Страница 103

странных предсказаний. Мария и Иосиф, Елизавета и Захария, Анна и Симеон, как и

большинство иудеев, ждали Мессию. Ученики Иисуса с нетерпением ждали, когда же

Учитель начнет действовать как желанный Мессия-Владыка.

Бог, Который живет вне времени, ожидает от нас зрелой веры. Веры, способной ждать

и тогда, когда ожидание становится испытанием, как для многих героев Библии,

перечисленных выше. Терпение — это один из признаков зрелости, качество, которое

развивается только со временем.

Дети всегда хотят все и сразу: «Мам, ну когда мы приедем?.. Я хочу мороженое

сейчас!.. Уже можно развернуть подарки? Можно мне выйти из угла?» Любящие учатся

ждать. «И служил Иаков за Рахиль семь лет; и они показались ему за несколько дней, потому

что он любил ее» (Быт 29:20). Студенты-медики, прежде чем получат право лечить

самостоятельно, учатся десять лет, а иногда и больше. Родители долгие годы с надеждой

ждут возвращения блудного сына. Ожидание — не цель, но оно может оказаться

необходимой ступенью на пути к цели. Мы ждем того, чего стоит ждать, и, ожидая, учимся

терпению.

«Душа моя ожидает Господа более, нежели стражи — утра, более нежели стражи —

утра» (Пс 129:6), — писал псалмопевец. Представьте себе часового, считающего минуты до

смены караула! Я молюсь о терпении, чтобы пережить времена испытаний, чтобы не

утратить упование на исполнение Божьих обетовании и сохранить надежду и веру. Я молюсь

о терпении сохранять терпение. Как писал другой псалмопевец:

«Истаевают очи мои о слове Твоем;

Я говорю: когда Ты утешишь меня?

Я стал как мех в дыму,

Но уставов Твоих не забыл.

Сколько дней раба Твоего?» (Пс 118: 82)

Как остановить время

Митрополиту Антонию Сурожскому (в миру — Андрей Борисович Блум) пришлось

научиться терпению. Для этого у него были серьезные причины. Он жил беспокойной

жизнью в наполненном тревогами столетии. Детские годы будущего митрополита прошли в

России и Персии (ныне Иран), затем его семья была вынуждена бежать и поселилась во

Франции. Там он окончил биологический и медицинский факультеты Сорбонны. В 1939

году, перед уходом на фронт в качестве хирурга французской армии, Андрей Блум тайно

принес монашеские обеты.

В детстве он не получил религиозного воспитания и до обращения ко Христу был

атеистом. Обращение было внезапным — Андрей уверовал, когда подростком читал

Евангелие от Марка. В дальнейшем он стал митрополитом Русской Православной Церкви в

Великобритании. В книге «Учитесь молиться» митрополит Антоний рассказывает о том, что

для него стало решающим шагом в борьбе с нетерпеливостью. Он называет этот подход

«остановкой времени»:

«Когда я был начинающим врачом, мне казалось, что очень несправедливо по

отношению к тем, кто ожидает в приемной, если я слишком долго занимаюсь с человеком,

который находится у меня в кабинете. Поэтому в свой первый приемный день я старался как

можно скорее осмотреть пациента. И по окончании часов консультации обнаружил, что у

меня не осталось никакого воспоминания о людях, которых я принимал, потому что все

время, пока у меня находился пациент, я проницательным взором смотрел сквозь него в

приемную и считал поголовье тех, кто со мной пока не находился. В результате мне

приходилось задавать дважды один и тот же вопрос, и весь осмотр я должен был повторить

дважды, если не трижды, а когда кончил, то не мог вспомнить, что я сделал, а что нет.

Разумеется, не все похожи на меня; вы, может быть, способны запоминать гораздо лучше,

чем я, но это просто пример того, что может случиться хотя бы с одним из вас.

И тогда я подумал, что это нечестно, и решил поступать так, будто человек, который

находится со мной, единственный на свете. В минуту, когда возникало чувство «надо

поторопиться», я откидывался на стуле и затевал несколько минут простой беседы именно

ради того, чтобы не дать себе торопиться. И в течение двух дней я обнаружил, что не нужно

ничего такого и делать. Можно просто быть полностью сосредоточенным на человеке или на

деле, которое перед тобой; и когда кончишь, оказывается, что ты потратил вдвое меньше

времени, чем требовалось раньше, и при этом все услышал и заметил.

С тех пор я много раз давал этот совет людям самых различных занятий, и это

помогает. Так что если вы будете упражняться сначала в том, чтобы останавливать время,

которое не движется, а затем — время, которое стремительно мчится, если будете

останавливаться и говорить ему «нет», то обнаружите, что в момент, когда вы преодолели

внутреннее напряжение, внутреннюю «молву», ерзанье и встревоженность, время потечет

совершенно плавно. Можете ли вы себе представить, что в течение одной минуты проходит

всего лишь одна минута? Ведь это именно так. Это странно, но это так, даже если, судя по

тому, как мы себя ведем, можно подумать, будто пять минут могут промчаться за тридцать

секунд. Нет, каждая минута — той же продолжительности, что и последующая, каждый час

равен следующему часу. Ничего катастрофического не случается».

Привычка «останавливать время» постепенно изменила отношения митрополита

Антония с Богом. Сурожский старался жить настоящим, поскольку прошлое безвозвратно

ушло, а будущее ненадежно — кто знает, наступит оно или нет? Ускользающий момент под

названием «сейчас» — вот точка, где время пересекается с вечностью.

Несколько раз в течение дня Сурожский делал перерыв и говорил себе: «Я сижу, я

ничего не делаю, я буду сидеть так еще пять минут… Здесь присутствует Бог, здесь

присутствую я сам, и вся эта мебель вокруг меня, все спокойно и неподвижно». Он делал

такие трех-пятиминутные паузы, когда чувствовал, что его одолевает беспокойство. Потом

стал делать более длинные перерывы и, прежде чем вернуться к напряженному ритму своей

жизни, учился проводить это время в покое и безмятежности.

К своему удивлению, он обнаружил, что в эти минуты мир может обойтись без него.

Он понял, что даже самые неотложные задачи, поглощавшие его ум, можно ненадолго

отложить. И в самом деле, с задачами, нетерпящими промедления, после перерыва удавалось

справиться быстрее и увереннее. Наконец он соединил эти моменты «остановки времени» с

утренней и вечерней молитвой.

Митрополит Антоний начинал каждое утро в тишине и покое, осознавая, что

предстоящий день — это дар Божий, возможность сделать что-то новое или встретиться с

тем, чего раньше не было. День простирался перед ним, словно нетронутая снежная гладь на

необъятных просторах его родной России. Митрополит молился, чтобы Бог дал ему войти в

этот день посланником Господа и нести Божье присутствие каждому, с кем сведет его

Господь. А вечером он оглядывался на события минувшего дня, предавая все свои успехи и

неудачи милостивому Богу. День прошел и отдан в руки Божьи.

Первозданное чудо

Дениза Левертов, из сборника «Песок из колодца»

Дни проходят за днями, и я забываю о тайне. Неразрешимые

проблемы и проблемы, У которых есть незамеченные мною

решения, — Все они бьются за мое внимание

И шумной ватагой шутов в цветных колпаках с бубенчиками

Толпятся в прихожей.

Но вот передо мной вновь всплывает тихая тайна, И отступает

шум толпы.

Суть тайны такова:

Есть нечто — не только

Космос, радость и воспоминания, —

Есть нечто, помимо пустоты!

И Ты, Господи, Творец,

Да святится Имя Твое! —