Высота (СИ) - Коваленко Мария Сергеевна - Страница 69

Все-таки работа в клубе походам по магазинам с косметикой не способствовала, а уж последние месяцы — тем более. Губы красить бесполезно, Булавин за полчаса и следа от помады не оставлял. Глаза — та же беда. Никогда нельзя было угадать, когда он закончит и потянет ее в душ.

«Что за напасть такая? Я уже с мыслей о косметике на воспоминания о нем перескакиваю!» — мысленно остановила себя девушка.

— Карин, ты еще долго помаду в руках крутить будешь? — соседка по комнате заметила ее грустный вид. До всего ей было дело. — Пора краситься! Тебе сегодня пятнадцать мужиков надо сразить своей красотой, так что витать в облаках некогда.

— Мои пятнадцать никуда от меня не денутся.

— Да! Они от тебя без ума. Эти ухажеры не сбегут, — хохотнула девушка. — В отличие от моего одного.

— Инга, — Карина обернулась к соседке. — вы что опять поссорились?

Девушка напротив кокетливо поправила косую челку. Парикмахеру, который выстригал эту красоту, скорее всего, пришлось несладко. Ее рыжие, вьющиеся волосы постоянно укладывались не так, а во время дождя короткая стрижка и вовсе превращалась в нечто несуразное и смешное. Но Инга не унывала. Она уже давно привыкла к тому, что взгляды поклонников не поднимаются выше уровня ее необъятной груди. А если надеть кофточку с декольте, то можно и вовсе не краситься. Удобно и экономично.

— Мы не поссорились, — она надула губки, как обиженная девочка. — Мы помириться не успели. Кое-кто слишком рано вернулся в комнату.

— Ну, извини, — усмехнулась Карина. Перипетии служебного романа соседки и местного физрука зацепили даже ее. То в комнату зайдет не вовремя, то перед начальством прикрывает не так. Вечная беда с этим алиби. Повезло, так повезло.

— Каринка, ну хоть сегодня потерпи до вечера! — девушка сложила ладони лодочкой, словно для молитвы. — Пожалуйста! Мы ведь скоро все разъедемся, и конец любви.

— А почему он тебя к себе не зовет? У него комната такая же.

— Фу! Ты представляешь, что там творится? — Инга картинно зажала пальцами нос. — Два мужика на одну комнатушку!

— Подумаешь… Мужчины тоже могут быть аккуратными, — сразу вспомнился железный порядок в спальне Булавина, и она снова отругала себя за крамольные мысли.

— Деточка! Аккуратных мужчин не бывает, но если тебе такой встретится, не сочти за труд — сообщи мне. Уж очень замуж за такого хочется.

— Обязательно, — проворчала девушка.

— Так я могу на тебя рассчитывать? Один вечер, ну, пожалуйста!

Карина глянула на часы и вздохнула. Сейчас шесть, а вечер у Инги наверняка раньше двенадцати не закончится. Ее мужчины так долго не высидят, значит придется найти себе дополнительное занятие до ночи.

Не знай она, как ценна каждая минута наедине с любимым человеком, ни за что бы не согласилась идти на встречу соседке, а так…

«Карина, не думать, не вспоминать!» — мысленно произнесла заученную команду. Сегодня Глеб не выходил у нее из головы, а это плохо, того и гляди, польются слезы. Уж лучше работать до ночи. И она принялась за дело.

Красота — страшная штука, но когда тебе нужно выглядеть настоящей кошечкой перед пятнадцатью мужчинами — это уже не шутки! Девушка взяла в руки черный карандаш и нарисовала на носу сердечко, точь-в-точь как кошачий носик, полностью закрасила его черным, получилось мило. Потом вздохнула и легкими движениями аккуратно начертила на щеках усы.

— Ух ты! — соседка не могла отвести от нее глаз. — Настоящая женщина-кошка!

— Мур! — заплетая волосы в два высоких хвоста, ответила Карина.

Завершили образ кошки простые черные легинсы и короткая маечка того же цвета. Инга завистливо осмотрела подругу.

— М-да… — цокнула языком она. — Подозреваю, что сегодня все местные мужики будут люто завидовать твоим пятнадцати. И кто только придумал этот кошачий вечер…

Карина с удивлением смотрела на свое отражение в зеркале. И когда успела похудеть? Одежда полностью повторила контуры тела, подчеркнув пикантные окружности. Вряд ли здесь дело лишь в черном цвете. Нестерпимо хотелось набросить на себя хоть что-нибудь, но других черных вещей в гардеробе попросту не было. Тянуть из дома на три недели чемодан одежды она не стала, ограничившись самым нужным.

— Ой, разобьешь ты сегодня все мужские сердца, — соседка схватила телефон и стала быстро набирать сообщение. — Предупрежу своего физрука, чтобы возле младшей группы не шастал. А то увидит такое и мигом забудет обо мне.

— Разбить мужские сердца… — Карина задумалась. — Одно я бы с удовольствием разбила. Вдребезги.

К обеду, как планировал, Булавин в лагерь попасть не успел. Выбор кольца оказался занудным и нервным делом. Бриллианты ассоциировались с прежними любовницами, рубины смотрелись вычурно, а аквамарины, опалы, топазы и аметисты могли просто не подойти его зеленоглазой девушке. Ассистенты в ювелирных салонах еще никогда не встречали такого требовательного клиента. Только на третьем часу изнурительных поисков удалось найти то самое изделие. Маленькое незатейливое колечко с изумрудом стоило баснословные деньги, но цена покупателя даже не интересовала. Скорей бы одеть его на палец — вот что важно.

Джип, подняв тучу пыли, притормозил у ворот лагеря. Впереди виднелась пешеходная дорожка, огороженная непролазными кустами шиповника. Красные крыши зданий выглядывали из-за верхушек елей, и, судя по количеству этих самых крыш, лагерь состоял из десятка корпусов. Ругая себя за то, что не выспросил более точный адрес, Булавин вышел из машины.

— Ну что ж, отступать некуда… — он открыл железную калитку и решительно двинулся к ближайшему зданию.

Отчаянно хотелось как можно скорее добраться до девушки и увезти туда, где смогут побыть вдвоем. Соскучился адски, а уж столько всего задолжал ей, и слов, и чувств — за год не рассчитаться. В лагере пусть выкручиваются, как хотят. Заболела же ее предшественница и ничего, нашли выход из положения. Причина уважительная. Вот и у Карины такая будет — беременность. Сегодня же и забеременеет, и больше ни на шаг от него. Никогда.

Так в собственных мыслях и планах на будущее Булавин добрался до ближайшего корпуса. Оставалось метров двадцать, когда из двери здания выпорхнула девушка в черном. Мужчина на секунду замер, не в силах отвести взгляда от точеной фигурки в облегающей одежде и с двумя хвостиками на голове. И, хоть видел ее лишь со спины, реакция наступила незамедлительно.

— Дожился… — проворчал он чуть слышно. — Уже от задницы какой-то малолетки возбуждаюсь.

Стараясь не смотреть вслед девушке, Глеб быстро вошел в здание. Сегодня он даже не хромал.

Карина аккуратно, на носочках, ступала по извилистой дорожке. «Я — кошка, кошка, кошка, я вовсе не медведь» — весело повторяла она и старалась делать шаги, как можно мягче, грациознее, не задумываясь над тем, с каким видом мужское население лагеря прилипло в этот момент к своим окнам. А уж обалдевший путник позади и вовсе не интересовал девушку. Сейчас ее ждали другие.

Пятнадцать пар глаз не мигая уставились на своего воспитателя.

— Карина Александровна… — ахнули встречающие нестройным хором.

Девушка довольно улыбнулась и осмотрела свою группу. Мальчишек сегодня тоже было не узнать. Разноцветные усы, нарисованные маркерами, горящие глаза и еще чистые майки. «На долго ли?» — с грустью подумала молодая воспитательница. Эти семилетние проказники умудрялись даже из ванны выходить грязными, а уж что станется с одеждой после игр — лучше и не думать, реальность все равно превзойдет любые ожидания.

Да, воспитанники ей попались не простые, головная боль да морока с ними, зато собственные проблемы, наконец, отодвинулись на второй план.

Кто бы мог подумать, что для того, чтобы прогнать из мыслей одного мужчину, понадобится целая орава малолетних сорванцов?

— Итак, отряд котов к празднованию своего праздника готов? — командным тоном, совсем как папенька, проговорила Карина.