Человек с железного острова - Свиридов Алексей Викторович - Страница 27

Брык сообщает с некоторым сарказмом:

– Не изволят ли господа взглянуть севернее? Я вижу в том направлении нечто замечательное!

Замечательное – слово хорошее, а дело несколько паршивей. Наш плот это, его тихо несет вдаль, а второй тоже почти на плаву, вода поднялась. Чисимет, правда, свою лодчонку наверх затащил, да еще и привязал – молодец! Только теперь этот узел надо срочно развязывать. Летчики пускаются в погоню, не жалея аккумуляторов, а пока будет идти операция по возвращению плавсредства, Ар предлагает заняться осмотром имущества, что у нас есть и чего у нас нет. Я не против, подхожу к груде вещей и решаю начать с сундука.

– Что у нас там?

– Подарки Маршалу. Но кое-что нам и сейчас пригодится.

Ладно, поглядим. Я поднимаю крышку сундука, предварительно замок сняв, конечно – да… Такое мы не лечим. Ничего себе подарочек Маршалу, так, сяк, поперек, и прочие выражения. В сундуке, как в гробу, лежит эта самая ларбовская Анлен, только ноги согнуты не по-покойницки. Глаза закрыты, щеки бледные, но дышит – в этой духоте сомлела попросту. Сознание потеряла, хотя нет, сознание-то она потеряла еще когда в этот ящик лезла! Сознание и соображение – надо же такое удумать! Ну, что теперь делать с этой Джульеттой? Ладно, беру ее под микитки и выволакиваю на песок, щечки розовеют – отойдет, куда денется. Ларбо стоит уже рядом, глазеет счастливыми очами на процесс реанимации возлюбленной. По-моему, она именно от этого взгляда в себя приходит и начинает озираться вокруг. Оставив Ларбо объяснять ситуацию, я иду совещаться с Аром. Совещание начинается в духе полного единства мнений – мы состязаемся в ругани по адресу «некстати ополоумевшей дуры», а дальше дело не идет, потому что неясно, что мы вообще делать будем.

Возвращается резинка, парни с удивлением глядят на пополнение, а узнав, в чем дело, долго смеются и изощряются в остроумии, у них хорошее настроение. Причина – догнали плотик, а на нем весь аварийный комплект в целости и сохранности.

Андрей расстилает карту и ориентирует ее по компасу, то есть это и не компас, а хитрый прибор с электронной начинкой, которого в мое время не было. Эта штука определяет наше место и дает координаты, а теперь в карту – прекрасно. Аж противно стало.

Итак, мы сидим на берегу проточного озера, а до базы и сотни километров считать бесполезно. Из озера нашего вытекает река, течет на север, этакой дугой прорезает горную систему и дальше идет уже на юг, и там впадает в Пресное Море. Но самое гадкое, что все пространство вокруг нас – белое пятно, в смысле радио, таких здесь штук пять насчитали мы: с орбиты видать – видно, а локатор белый. Как говаривал Сергей когда-то, положение много хуже губернаторского, и вот вся команда собралась вокруг карты и сосредоточено думает. Кроме Ларбо, конечно, он сейчас на седьмом небе и слезать оттуда не собирается, но готов поддержать любое предложение, безразлично, какое. Анлен тоже в карту с интересом смотрит, наверно, думает, как красиво такой бумагой стены обклеить, что еще с таким лицом думать можно!

Итак, что делать? Два основных варианта: либо пилить напрямую к базе через бесконечные степи и почти до Пещерной реки быть без связи, либо сплавляться по реке и от Пресного с Базой переговорить. А там и до Океана недалеко, а в наших плаваньях по воде еще никаких закавык не случалось, не в пример воздушным перевозкам. Мнения делятся, и вскоре у сухопутного варианта не остается сторонников, кроме меня, а потом и я ломаюсь. Конечно, вода – это, прежде всего, живность разная, опять же нежелательная плотность цивилизованного населения, но зато дело быстрее пойдет, да не самим же, кстати, и ногами двигать. К тому же Ар и Чисимет в магии достаточно сведущи, чтобы от активной нечисти уберечь нас, и это тоже успокаивает. Андрей с Брыком помалкивают – а что им еще делать? На Земле таким вещам учат вприглядку, а нас жизнь учила, да еще как сурово.

Ар берется сформулировать общее решение и фактически пересказывает водный вариант, хотя надобности в этом нет, и так все по косточкам обсосали. Ларбо не терпится вперед, к подвигам навстречу, но решаем тронуться все-таки завтра, а сейчас – собираться надоть.

Андрей просит кого-нибудь пойти с ним, подоставать кой-чего с затонувшей лодки – вызывается Чисимет, я в него верю, но напоминаю:

– Почуешь что неясного – сразу прекращай все и дуй сюда.

Он молча ухмыляется – мол, кого учишь – и отбывает, правда, не сразу, а после решения небольшого оргвопроса, а именно: избрания меня старшим по команде. По этому случаю приходится произнести программную речь – она содержит призывы к стойкости, храбрости и прочую в таких случаях положенную шелуху. Всю эту чушь я мелю с таким серьезным видом, что даже Ар начал улыбаться, а Ларбо чуть не в голос ржет, но это ему недолго. Я резко меняю тон и уже без всякой иронии замечаю, что всякого рода личные отношения не есть основание для всяких послаблений.

Ларбо отпускает руку Анлен и идет рубить дрова – осознал. Анлен глядит на меня без симпатии, но это ничего, наоборот было бы сложнее. Брык ворошит свои мешки, Ар вскрыл второй сундук – слава богу, там еще одной девицы не оказалось, они наперебой сообщают, что у нас есть, а я прикидываю, что тащить, а что нет. Ларбо вслух читает Анлен инструкции, как варить кашу из концентрата – инструкция на всеобщем, но Анлен вдобавок еще и неграмотная. Надо бы поподробней выяснить, что эта девица из себя представляет – я, кроме анкетных данных, про нее ничего не знаю, да и анкета в общем-то…

Мысли мои перебивает Брык:

– Слушай, Алек, ты, наверное, будешь смеяться, но я все же расскажу. Этой ночью, когда все началось, я самолет вел. Так вот, когда мы ни с того – ни с сего вверх полезли, то мне впереди показалось – корабль по воздуху летит, этакая ладья с парусами прямоугольными, понимаешь, по воздуху летит! А потом нас вниз швырнуло, молниями долбать начало, а эта ладья дальше вверх пошла. Вот такое может быть или нет?

Я отвечаю ласково, что не только может, но и должно быть, а иначе всю нашу дискотеку и объяснить нельзя. Вот вас сюда готовили, концепцию ухода верховных народов в закрытые полости объясняли? Так вот, это все неверно, а верно – мне пришлось бы пол-дня объяснять. А по-простому – ну, так мы попали на дорогу, по которой эльфы на свою землю уходят. Благодетели нам мгновенные перебросы устраивают, а эти себе готовят спиральную дорогу, с прогрессирующей разницей размерности. Понял?

– Нет.

– Я тоже не понял, но представить могу, и тебе тоже советую – за пониманием не гнаться, у людей к этому психология неприспособленная. Так что, если бы ты не соскользнул, мы б уже на Заокраинном Западе с тамошним народом о смысле жизни толковали. А может быть – тоже вполне реальная вещь – спихнули бы нас с этого пути где-нибудь у окончания дороги, и тогда было бы нам уже не до бесед. Вообще-то нам, людям, пути в те края нет.

Брык кивает – нет так нет, сейчас речь не об этом. О чем-то я таком думал… Ах, да, Анлен. Я хочу подозвать новобраницу к себе, но потом решаю быть джентльменом и сам к ней иду.

– Так, – говорю, – раз уж ты сюда забралась, то давай знакомиться, меня ты знаешь, а вот я про тебя окромя имени не знаю почти ничего.

Она отвечает, ну до того послушно и кротко, что даже Ларбо чувствует издевку и опасливо глядит на меня – не рассержусь ли. Итак, отец – рыночный перекупщик, мать варит и продает леденцы, а Анлен для них формы выделывает. Готовить она умеет «немного», по лесам ходить не любит, с оружием обращаться не умеет. Ах, да, еще рисует неплохо – утешила. Ну, вот что с ней делать, а?

Ничего другого не придумал я, как отправить ее обед варить, а Ларбо официально закрепить его за ней в качестве наставника. Анлен волосы подвязала, красиво, не спорю, и у костра хозяйничает, а Ларбо вокруг суетится, он дров наготовил – на месяц хватит.

Возвращается подводная экспедиция, посиневший Андрей лезет к костру погреться, а Чисимет расстилает полиэтилен и подтаскивает к нему мешок, в котором чавкает и хлюпает. Брык сноровисто раскатывает батарейные полотнища – аккумуляторы у лодки после всех рейсов почти на нуле, – и тут Ларбо церемонным голосом объявляет готовым обеденное блюдо.