Кто ты? - Сэйерс Дороти Ли - Страница 31

Глава 7

На другой день, завершив кое-какие дела в Болхэме и неподалеку от вокзала "Виктория" и возвратившись домой незадолго до ланча, лорд Питер был встречен в дверях мистером Бантером (который приехал домой прямо с вокзала "Ватерлоо"). Бантер держал в руках послание, переданное ему по телефону, и в глазах у него было строгое выражение, напомнившее лорду Питеру его няню.

– Звонила леди Сваффхэм, милорд, и просила передать вам: она надеется, что вы не забыли о ее приглашении на ланч.

– Забыл, Бантер, и не собираюсь вспоминать. Не сомневаюсь, вы сказали ей, что я стал жертвой энцефалита с летальным исходом, но цветы присылать не надо.

– Леди Сваффхэм сказала, милорд, что она рассчитывает на вас. Вчера она встретила герцогиню Денверскую...

– Если у нее моя невестка, я точно не поеду.

– Прошу прощения, милорд, она имела в виду вдовствующую герцогиню.

– А что она делает в городе?

– Думаю, приехала на предварительное судебное расследование, милорд.

– Ах, да... Мы совсем забыли о нем, Бантер.

– Да, милорд. Ее светлость будет у леди Сваффхэм на ланче.

– Бантер, я не могу. Правда, не могу. Скажите им, что я в постели, что меня мучает кашель, и попросите матушку заехать к нам после ланча.

– Слушаю, милорд. К леди Сваффхэм приедут миссис Томми Фрейл, милорд, и мистер Миллиган...

– Кто?

– Мистер Миллиган, милорд, а также...

– Боже мой, Бантер, почему вы не сказали мне об этом раньше? У меня есть шанс попасть к леди Сваффхэм до него? Ладно. Я еду. На такси я успею...

– Только не в этих брюках, милорд, – решительно заявил Бантер и заслонил собой дверь.

– Нет, Бантер, пожалуйста... Всего один разочек... Вы же понимаете, как важно...

– Ни в коем случае, милорд. Вы забываете о моей профессиональной гордости.

– Брюки как брюки, Бантер.

– В таких к леди Сваффхэм не ездят, милорд. Кроме того, ваша светлость, вы забыли о человеке, который пролил на ваши брюки молоко в Солсбери.

И мистер Бантер ткнул указующим перстом в едва заметное пятнышко.

– Я еще никогда так не сожалел, Бантер, что позволил вам превратиться в привилегированного семейного слугу, – с горечью проговорил лорд Питер, ставя на место трость. – Вы даже не представляете, какая каша может там завариться, если моя матушка даст волю своему языку.

Мистер Бантер мрачно усмехнулся.

Когда лорд Питер, немного припозднившись, ворвался в гостиную леди Сваффхэм, вдовствующая герцогиня Денверская сидела на диване и мирно беседовала с мистером Джоном Миллиганом из Чикаго.

– Для меня большое счастье – познакомиться с вами, герцогиня, – первым делом заявил финансист, – и поблагодарить вас за ваше любезное приглашение. Уверяю вас, я искренне горжусь вашим мнением о моей скромной особе.

Герцогиня изобразила радостную улыбку, напрягая память и стараясь вспомнить, где и при каких обстоятельствах она могла встречаться с этим человеком.

– Давайте присядем, мистер Миллиган, и поговорим, – предложила она. – Я очень люблю беседовать с великими финансистами... Позвольте, вы железнодорожный король или, по крайней мере, "мой сосед"... О, не поймите меня неправильно. Это такая карточная игра. В ней пшеница и орехи, еще бык и медведь... или лошадь? Не помню... Нет, все-таки медведь, потому что от него хотят избавиться, и он всегда какой-то грязный, бедняжка... Из-за этого приходится покупать новые карты... Ужасно глупо, наверное, звучит, особенно для вас, ведь вы привыкли иметь дело с реальными вещами, кстати, эта игра шумная, но совершенно замечательная, потому что очень быстро ломает лед между незнакомыми людьми... Жаль, о ней успели подзабыть.

Мистер Миллиган сел рядом с герцогиней.

– Знаете, – сказал он, – думаю, для нас, бизнесменов, встречи с британскими аристократами так же интересны, как для британцев – встречи с железнодорожными королями Америки, герцогиня. Полагаю, я могу наделать столько же ошибок, разговаривая с вами, герцогиня, сколько и вы, если попытаетесь, скажем, купить пшеницу в Чикаго. Представляете, я вчера видел вашего сына, лорда Вимси, и он решил, что я перепутал его с его братом! Ужасно неприятная ситуация.

Наконец-то герцогиня могла хоть как-то связать концы с концами.

– Милый мальчик! – воскликнула она. – Я рада, что вы познакомились, мистер Миллиган. Оба моих сына – великое утешение для меня, хотя, конечно же, с Джеральдом легче... он как раз такой, каким должен быть член палаты лордов, вы ведь меня понимаете, и, кроме того, он замечательный фермер. Питер куда меньше годится для жизни в Денвере, зато в Лондоне он на своем месте, и иногда бывает очень забавным, милый мальчик.

– Я былочень тронут предложением лорда Питера, – продолжал мистер Миллиган, – но, насколько я понял, оно исходило от вас. Конечно же, я с большим удовольствием приеду, когда вы скажете, хотя, мне кажется, вы преувеличиваете мои заслуги.

– Ну, думаю, вы вряд ли можете быть объективным судьей, мистер Миллиган. Но, должна признаться, я в бизнесе ничего не смыслю. Знаете ли, мне кажется, я немного старомодна и никогда не претендую на большее, чем всего-навсего распознать милого человека, когда встречаю такого, а остальное я оставляю моему сыну.

Ее речи были столь приятны неискушенному слуху мистера Миллигана, что он едва не мурлыкал.

– Конечно, герцогиня, полагаю, как раз в этом преимущество прелестной старомодной дамы перед современными болтушками... немногие мужчины могут устоять перед нею... им хочется стать милыми... а тем временем она видит их насквозь, если только они не каменные.

"Ничего не понимаю", – подумала герцогиня, но вслух сказала:

– Наверное, я должна поблагодарить вас от имени нашего викария за чудесный чек, который он получил вчера для своего Фонда. Он был очень доволен, но и, надо заметить, немало удивлен, бедняжка.

– О, пустяки. У нас ведь нет старых красивых памятников, которые требуют реставрации, так что для нас своего рода привилегия – капнуть нефтью в прогрызенную червяком дырку. Ваш сын рассказал мне о проблемах Денвера, и я взял на себя смелость и послал чек, не дожидаясь Базара.