Самозванец - Шхиян Сергей - Страница 49

– Ты где ляжешь? – спросил я Наталью.

– Лучше у стенки, – сразу же заявила она.

– Я с краю, – забил себе место Ваня.

– Ладно, давайте тогда сразу ложиться, – на правах старшего, предложил я.

Наталья, не стесняясь нашего присутствия, очень просто и естественно стянула через голову сарафан. Под ним оказалась нательная рубаха и, сколько я был в курсе последней моды, под ней на девушке больше ничего не было. Наташа ловко, так, чтобы не было видно голых ног, проползла по лавке на свое место и сразу же повернулась лицом к стене. Вторым место занял я и сразу вытянулся, стараясь не коснуться уже ставшим желанным девичьего тела. Ваня задул огарок сальной свечи, лег и тотчас засопел у меня под боком.

Я закинул руки за голову и лежал без сна, глядя в черноту невидимого потолка. Чтобы не думать о лежащей рядом «наложнице», попытался продумать план проникновения «во власть». Теперь, когда в стране проходили радикальные перемены, при известной ловкости можно было добиться чего угодно. Карьерные моменты деятельности меня не интересовали, но желание иметь возможность как-то влиять на политику входило в крут интересов и задач. Недаром говорят, что у политиков существуют большие проблемы с потенцией. Стоило мне только задуматься о положении в государстве, я тотчас забыл о Наташе. Однако она интуитивно не дала отвлечься от греховных мыслей, засопела во сне, повернулась, обняла рукой и закинула на меня ногу. В это момент я понял, что политический успех мне не светит. Конечно, можно было бы от нее отодвинуться, но я этого не сделал и забыл теперь уже и о Лжедмитрии, и вообще обо всем на свете. Хорошо, что девушке так лежать стало неудобно, она повернулась к стене, и я смог, наконец, отвлечься от ее прелестей и уснуть.

Утром по настоянию боярской дочери мы отправились в церковь. Наташа по моему совету поставила свечу иконе Богородицы и вышла из храма просветленная и очищенная. Далее в программе были поиски жилья. Я сначала хотел отправиться один, оставив клевретов на постоялом дворе, но подумал, что долгое пребывание в одном помещении может негативно сказаться на Ванином моральном облике. Правда он все еще бредил синеокой поповной, но кто мог знать, как на нем скажется тесный контакт с хорошеющей на глазах боярышней. Пришлось взять его с собой, оставив Наташу на хозяйстве.

Как и вчера, мытарства продолжились. Ничего подходящего нам не попадалось. Теперь уже главной задачей было найти жилье даже не в центре, а хотя бы на окраине, но о двух каморах. По прикидке, все-таки на троих разнополых нужно иметь не одну, а два помещения. При любом раскладе: мы с Ваней плюс Наталья, или, на худой конец, мы с Натальей плюс Ваня, без двух комнат было не обойтись.

Мыкаться по улицам, спрашивая встречных, не сдается ли где поблизости изба, оказалось делом хлопотным и нерациональным. Мы убили полдня, пока не встретили словоохотливого коробейника, который знал всю округу и назвал сразу несколько адресов. По его совету мы объехали с десяток съемных домов и нашли относительно подходящее помещение, избу с большой комнатой, разделенной временной перегородкой. Находилась квартира далеко от центра, примерно в конце нынешней Якиманки, в большом подворье с несколькими съемными избами и хозяйским домом посередине. Цена оказалась вполне божеская, причем можно было пользоваться хозяйской конюшней и баней, что было немаловажно, учитывая отсутствие поблизости общественных гигиенических учреждений. Дав задаток, мы тотчас вернулись на постоялый двор и перевезли свою спутницу в новое жилье. Дом Наталье понравился, и под ее руководством мы начали устраиваться на долговременное житье.

Наташа впервые оказалась в роли хозяйки, очень этим гордилась и всеми своими силами, и нашими скромными средствами, пыталась создать в пустой избе хоть какой-то домашний уют.

Наши с ней отношения начали складываться как-то так, что внешне вполне напоминали семейные, только она все время помнила о своем возлюбленном Афанасии, а я, что близок локоток, но его не укусишь. Когда мне надоело провожать взглядом ее соблазнительную фигурку, я решил удалиться, чтобы дать возможность остыть голове. Влюбиться в чужую брошенную невесту, к тому же только что пережившую насилие, было бы верхом глупости. Девушке было не до новых соискателей, а мне предстояли «великие свершения».

В пустую избу нужно было прикупить утварь и постели, чем я и решил заняться. Оставив Ваню под руководством Натальи драить полы прутяным веником, я оседлал донца и поехал на рынок. Там, несмотря на конец торгового дня, было еще полно народа. Я нашел лавку, в которой торговали постельными принадлежностями, и без долгого торга купил все необходимое. Хозяин, отпуская товар, выглядел взволнованным, и на вопрос, что случилось, рассказал, что царевич Дмитрий с большим войском стоит в Коломне и не сегодня-завтра будет в Москве.

– Пойдешь встречать? – спросил я.

Купец прослезился:

– Как же не встретить государя-батюшку, весь народ выйдет. Счастье-то какое нам привалило!

Я помнил еще по курсу истории, что прибытие Самозванца было встречено народом с радостью, потому не удивился энтузиазму купца. Сам же участвовать в народном ликовании не рассчитывал. Не нравятся мне народные гуляния!

Рассчитавшись с торговцем, мы с донцом, нагруженные тюфяками и одеялами, вернулись домой. Там уже был полный порядок, оставалось только как-то наладить питание, и можно было наслаждаться жизнью. Наталья с Ваней вполне ладили, девушка относилось к парнишке, как к младшему брату, что меня вполне устраивало.

– Ну что, давайте устраиваться, – предложил я, втаскивая привезенные постели в большую камору. – Кто где будет спать?

Вопрос был без подвоха. Я просто предложил девушке самой выбрать себе комнату.

– Ваня там, – совершенно неожиданно для меня сказала она, указав на меньшую комнатушку, – а мы с тобой здесь.

Ну и что мне оставалось делать?

– Ладно, – безразличным тоном согласился я, – тогда давайте стелиться.

В комнате, которую выбрала Наталья, мебель, как это делалась обычно, была встроенная. При строительстве домов лавки и столы «закладывались в проекте». В нашей большей каморе спальная лавка, вернее будет сказать, полати, были высоко расположены над полом, чтобы зимой было теплее спать. Полати были одни, но такие широкие, что на них легко могли уместиться и три человека.