Томек в стране кенгуру - Шклярский Альфред Alfred Szklarski - Страница 58

– Заполучить и привезти в Европу живого утконоса было бы немалой заслугой нашей экспедиции, – вмешался Смуга.

– Попытаемся его поймать, раз уж мы обнаружили это интересное животное, – решил Вильмовский.

– Если так, то я сейчас принесу снаряжение, необходимое для поимки утконоса, – заключил Бентли.

Вскоре он вернулся с сетью, напоминающей длинный рукав, прикрепленный к обручу. Вместе со Смугой они закрыли сетью отверстие, ведущее в нору животного, после чего вернулись на свою стоянку.

Вечером, сидя у костра, Вильмовский обсуждал с Бентли условия обмена пойманных животных на австралийских птиц, множество которых водится в саду Зоологического общества в Мельбурне. Они окончательно договорились, что за нескольких горных кенгуру и двух коала Бентли, как директор зоологического сада. даст Вильмовскому нескольких пернатых представителей австралийской фауны. Это было выгодно Вильмовскому, так как значительно сокращало сроки пребывания экспедиции в Австралии. Таким образом, последним этапом поездки по Австралии должен стать город Мельбурн, столица штата Виктория. Согласно договору, капитан Мак Дугал должен был прибыть туда на «Аллигаторе» в течение ближайших дней.

После погрузки судна и обмена животных на птиц экспедиция должна отправиться из Мельбурна в Европу.

Звероловы рассчитывали пожить в Мельбурне, родном городе Бентли. Зоолог был этому рад. Он искренне полюбил своих польских друзей и хотел представить их матери. Бентли упомянул, что в настоящее время они находятся всего лишь в восьмидесяти километрах от горы Косцюшко. Вильмовский, как только услышал об этом, сразу же спросил, сколько времени заняла бы поездка в Австралийские Альпы.

– Я думаю, – ответил Бентли, – что поездка на гору Косцюшко не займет больше пяти дней. Мы можем, пожалуй, позволить себе маленькую прогулку, потому что нам придется простоять здесь около недели.

– Ах, да, да! Мы должны взойти на гору, открытую Стшелецким, – просил Томек.

– Стоит воспользоваться благоприятным случаем, – поддержал его боцман Новицкий.

– Давайте хотя бы так отметим заслуги нашего знаменитого земляка, – добавил Смуга.

– Тони прекрасно знает кратчайший путь к горе Косцюшко, ведь это места, где он родился и провел детство, – сказал Бентли.

– Думать больше не о чем. Завтра в полдень мы едем на прогулку к горе Косцюшко, – согласился Вильмовский, чем привел Томека в восторг.

Охотники сразу же легли спать, чтобы хорошенько отдохнуть перед дорогой. На рассвете Тони стал упаковывать палатки, а Вильмовский, Смуга, Бентли и Томек пошли на берег реки, чтобы проверить поставленную накануне ловушку на утконоса. Когда сеть появилась из воды, они увидели в ней двух странного вида животных, покрытых густой шерстью коричневого цвета. Длина каждого из них не превышала шестидесяти сантиметров, включая короткий хвостик. Томек убедился, что пасть у них заканчивалась, как это утверждал когда-то Смуга, широким, покрытым кожей клювом, похожим на утиный, а между пальцами на ногах у них была прочная плавательная перепонка. Бентли сказал, что сведения об образе жизни, питании и размножении утконосов до сих пор совершенно недостаточны. В конце девятнадцатого века удалось установить, что утконосы несут яйца с мягкой кожистой скорлупой, похожие на змеиные. Как и у всех млекопитающих, молодые утконосы кормятся молоком матери, выделяющимся из сосков на ее животе.

– Как нам везти утконосов? – спросил Томек, разглядывая оригинальных животных.

– Мы их поместим в корзины, устланные речными водорослями, – ответил ему отец. – На «Аллигаторе» мы им устроим небольшой бассейн с водой.

– Не очень надейтесь, что довезете их в целости и сохранности до места назначения, – сказал Бентли. – Они погибнут прежде, чем вы их довезете до ближайшего зоологического сада.

– А может быть, нам удастся их сберечь, – вмешался Томек.

– Мы сделаем все, что от нас зависит, чтобы сохранить их невредимыми во время путешествия, – сказал Вильмовский.

Они вернулись на стоянку с утконосами на руках и занялись подготовкой соответствующего помещения. Около полудня они уже были готовы к прогулке на гору Косцюшко. До самого заката они ехали прямо на восток. На рассвете следующего дня тронулись в дальнейший путь. Жара становилась невыносимой. Путники вздохнули с облегчением, почувствовав живительный, холодный ветер, веющий с видневшихся на горизонте гор. Вскоре они въехали в долину, вьющуюся между невысокими холмами. Тони прекрасно знал местность и без колебаний вел путешественников по самым крутым и диким тропинкам. Через несколько часов форсированного марша они очутились в глубокой котловине, окруженной со всех сторон высокими вершинами гор. Тони задержал коня на берегу горного ручья, воды которого с пеной неслись по каменистому руслу.

– Вот так сюрприз! В Австралии летом идет снег? – удивился Томек, вглядываясь в белоснежные шапки горных вершин.

– Я был уверен, что один лишь вид снега в этой жаркой стране будет тебе приятен не меньше, чем посещение горы Косцюшко, – сказал Бентли.

– В Австралийских Альпах снега выпадают с мая по ноябрь, что приносит жителям восточного побережья множество веселых минут. Гора Косцюшко – излюбленное место экскурсий жителей австралийских городов.

– Видна ли отсюда гора Косцюшко? – спросил Томек.

– А вот, посмотри на острый пик, прямо перед нами, полностью покрытый снегом. Это и есть гора Косцюшко, – сказал Бентли.

Покрытый вечными снегами острый пик, господствовал над несколькими окружающими его вершинами. Это была гора Косцюшко, открытая и названная Стшелецким в честь польского национального героя. Группка поляков в молчании смотрела на высокую вершину горы. Они с волнением думали о том, что эту вершину открыл их соотечественник. Бентли, по-видимому, догадался, какие чувства обуревали его спутников. Он положил руку на плечо Томека и сказал:

– Шестьдесят два года тому назад Стшелецкий начал свою крупнейшую экспедицию. Идя от долины реки Муррей в западном направлении, он дошел до цепи Австралийских Альп. Кто знает, может быть он смотрел на гору с этого же места, на котором стоим мы? Стшелецкий в обществе только одного проводника совершил трудное и опасное восхождение на самую высокую вершину этих гор, неся на себе измерительные приборы.

– Почему Стшелецкому пришлось самому нести приборы? – спросил Томек.

– Перед экспедицией Стшелецкого поселенцы не знали этой местности. – Здесь в то время не было дорог и даже тропинок. Теперь на самую вершину горы[78] можно въехать верхом на лошади, но несколько десятков лет назад Стшелецкому пришлось добираться туда с великим трудом. Ведь он был первым белым человеком, стопа которого коснулась девственной почвы незнакомых гор. Восхождение на гору сопровождалось многими трудностями, тем более, что Стшелецкому пришлось самому нести геодезические приборы, чтобы уберечь их от повреждения. Именно острый пик горы Косцюшко показался ему самым удобным местом для измерений. Впрочем, скоро мы сами убедимся, какой обширный вид открывается с вершины этой годы.

Путешественники выбрали место для ночлега на берегу ручья. Они долго сидели у костра, беседуя о великом польском путешественнике – исследователе Нового Южного Уэльса. Укладываясь спать, поздним вечером, они вынуждены были укрыться теплыми одеялами, потому что ночь была холодной.

Ранним утром они снова сели на лошадей. Тони вел их стороной, желая подойти к подножию горы с восточной стороны. Наконец он нашел довольно широкую тропинку, по которой лошади могли без особого труда подниматься вверх. Слезть с лошадей им пришлось только на расстоянии нескольких сот метров от вершины. Путешественники оставили лошадей под наблюдением Тони, а сами под водительством Бентли взошли на вершину. Они были поражены величием открывшейся картины. С горы можно окинуть взором площадь около восемнадцати тысяч квадратных километров. Вдали, на востоке, несмотря на расстояние, превышающее восемьдесят километров, хорошо было видно морское побережье. Непосредственно у ног путешественников виднелись полосы зелени, крутые каньоны долины реки Муррей и ее притока Маррамбиджи.

78

Высота горы Косцюшко составляет 2245 м.