Паломино (Саманта) - Стил Даниэла - Страница 80

– И что он собирается делать? – занервничала Сэм.

Вдруг он останется здесь или устроится на работу в «Бар-три»?

– Завтра он уезжает, – сказал Джош и, заметив в глазах Саманты страх, добавил: – Если ты передумаешь, Сэм, я еще могу его сегодня найти.

– Я не передумаю.

Тут вернулся домой Тимми, Саманта еще раз поблагодарила Джоша и отправилась готовить еду. В столовой ей ужинать в тот вечер не захотелось, а Тимми и так пробыл с детьми целый день. За ужином Сэм нервничала, сидела как на иголках, а ночью, лежа в темноте, думала только о Тейте. Может, она поступила неправильно? Может, стоило с ним повидаться? Но какая разница? Она прекрасно понимала, что уже слишком поздно, однако впервые с тех пор, как вернулась на ранчо, захотела проехаться по местам, где они бывали вдвоем, – просто чтобы их увидеть… увидеть домик на краю сада, в котором жил Тейт, холмы, по которым они скакали на лошадях, тайное убежище влюбленных… За время своего пребывания на ранчо – а она жила тут уже больше года – Сэм оказалась неподалеку от домика и маленького озерца только один раз: когда они хоронили Джефа. Но с того места домик был не виден. Сэм давно обещала себе когда-нибудь съездить туда, хотя бы для того, чтобы забрать вещи Кэролайн. Она твердила, что не должна связывать все это с Тейтом, но у нее не хватало мужества даже взглянуть на тот домик. Везде, везде был Тейт… Тейт… Тейт… Его имя звучало у нее в ушах всю ночь напролет.

К утру Сэм вконец обессилела, ее бил озноб, и когда они отправились в столовую на завтрак, Тимми спросил, не заболела ли она. Сэм вздохнула с облегчением, когда Тимми уехал в школу вместе с остальными ребятами, и она была предоставлена самой себе. Сэм медленно поехала к стойлу Черного Красавчика. Время от времени она выводила коня на прогулку, но в последнее время давно на нем не ездила и держала скорее из сентиментальности, нежели из каких-то других соображений. Для всех остальных он был слишком нервным, ковбои его не любили, Джош предпочитал ездить на других лошадях, а Саманте, когда она давала детям уроки или выводила их на конную прогулку, нужна была лошадь поспокойнее, типа Красотки. Однако иногда, желая поездить по холмам в одиночестве, Сэм все-таки садилась на Черного Красавчика. Он был очень чутким животным и, похоже, смирял свой норов, пытаясь угодить ей. А Сэм даже после колорадского Серого Дьявола не боялась его.

Теперь, поглядев на Красавчика, Сэм сразу поняла, что ей необходимо сейчас сделать. Она попросила ковбоя оседлать коня, и через несколько минут парень посадил ее в седло. Сэм медленно выехала на большом коне во двор и задумчиво двинулась по направлению к холмам. Да, может быть, сейчас настало время встретиться с прошлым лицом к лицу, вернуться, посмотреть на все и понять, что ее это уже не трогает, потому что ей не принадлежит. Тейт Джордан любил Сэм такой, какой она давно уже не была и никогда больше не будет. Пустив коня неторопливой рысью и направляясь к холмам, Сэм отчетливо поняла это, а поглядев на небо, спросила себя: а будет ли в ее жизни еще одна любовь к мужчине? Может быть, встретившись с прошлым и разделавшись с ним раз и навсегда, она окажется в состоянии кого-нибудь полюбить: или ковбоя, или одного из тех докторов, с которыми она знакомится через детей, или юриста вроде Нормана, или… Но как же они все бледно выглядели по сравнению с Тейтом! Вспомнив, как он лишь накануне стоял во дворе, Сэм тихонько улыбнулась и принялась перебирать в памяти минуты, проведенные вместе с ним… как они скакали по холмам, работали бок о бок, как уважали друг друга, как она проводила ночи в его объятиях… А затем, когда сердце болезненно сжалось от нахлынувших чувств, Сэм спустилась с последнего холма, объехала рощицу и наконец увидела их: маленькое озерцо и домик, в котором она бывала с Тейтом. Ей не хотелось подъезжать ближе. Казалось, вход туда ей заказан. Все это было из другой жизни и принадлежало другим людям, но Сэм посмотрела на домик и озеро, поздоровалась с ними, а потом медленно повернула могучего черного коня назад и поднялась на круглый небольшой холм, на котором покоился Джеф. Сэм долго стояла и улыбалась людям, что обрели там вечный покой: мужчине, женщине и юноше. Она так любила всех троих! Но внезапно Сэм, по щекам которой струились слезы, почувствовала, как Черный Красавчик заплясал на месте и слегка взбрыкнул. Он заржал, Сэм обернулась и увидела Тейта: по-прежнему гордо выпрямив спину, он сидел на лошади, которую Саманта купила совсем недавно. Тейт приехал попрощаться с сыном. Он долго не произносил ни слова, по щекам Тейта тоже текли слезы, но глаза прожигали Саманту насквозь, и у Сэм захватило дух… Она не знала, то ли ей стоит что-нибудь сказать, то ли лучше молча уехать. Черный Красавчик грациозно гарцевал, Саманта натянула поводья и кивнула Тейту.

– Привет, Тейт.

– Я хотел повидаться с тобой вчера, хотел поблагодарить тебя.

В его лице сквозила несказанная нежность. Нежность и в то же время сила. Он наводил бы ужас, если бы не был таким добрым. А какой он большой, широкоплечий! Кажется, он способен подхватить ее вместе с конем и легко переставить куда-нибудь в другое место.

– Тебе не за что меня благодарить. Мы его любили. – Глаза Саманты напоминали голубой бархат.

– Джеф был хорошим мальчиком. Но как же он себя безрассудно повел! – Тейт покачал головой. – Я вчера вечером видел Мэри Джо. – Он улыбнулся. – Боже, она стала такая взрослая!

Сэм тихонько рассмеялась.

– Прошло три года.

Тейт кивнул и, заметив в ее глазах вопрос, подъехал поближе.

– Сэм! – Впервые за все время он назвал ее по имени, и она постаралась отнестись к этому как можно спокойней. – Ты не откажешься немного покататься со мной?

Саманта понимала, что ему хочется увидеть домик, но мысль о том, чтобы вернуться туда с ним, показалась ей невыносимой. Она отчаянно старалась сохранить дистанцию и не кинуться к этому ласковому великану, который вдруг очутился перед ней, единым махом перепрыгнув трехлетнюю пропасть. Но всякий раз, когда ей хотелось сказать ему что-нибудь, назвать по имени, дотронуться до него, сделать это, пока шанс не был упущен, Сэм опускала глаза и смотрела на свои крепко привязанные ноги и понимала, что расслабляться не следует. Да и потом, он же бросил ее три года назад, бросил по каким-то своим соображениям! Нет, пусть лучше остается все как есть.

– Мне нужно возвращаться домой, Тейт. У меня много дел. – Вдобавок ко всему Сэм боялась, что он успеет догадаться, почему ее ноги обвязаны веревкой.

Но он, похоже, этого не замечал. Он впивался взглядом в ее лицо.

– Какую мирную обитель ты тут устроила. Что тебя на это подвигло?

– Я же писала: такова была воля Кэролайн.

– Но почему именно ты?

Значит, ему неизвестно. Сэм вздохнула с облегчением.

– А почему бы и нет?

– Ты так и не вернулась в Нью-Йорк? – Тейта это, похоже, шокировало. – Я думал, ты вернешься.

Вот как? Не поэтому ли ты меня и бросил, Тейт? Чтобы я могла вернуться туда, где мне самое место?

– Я вернулась. На какое-то время. А потом приехала сюда после ее смерти. – Говоря это, Сэм смотрела на холмы. – Мне ее до сих пор не хватает.

– Мне тоже, – тихонько откликнулся он и спросил: – Ну, так поехали? Мы же совсем недолго. Я вернусь сюда не скоро.

Тейт глядел на Саманту почти умоляюще, и, почувствовав, как у нее душа уходит в пятки, она кивнула и двинулась вслед за ним. Объехав холм, они приблизились к маленькому озерцу и остановились.

– Хочешь на минутку слезть на землю, Сэм?

– Нет, – решительно ответила Саманта.

– Я не предлагаю тебе зайти в домик. Я бы не решился туда войти. – В глазах Тейта появился вопрос. – Их вещи все еще там?

– Я их не трогала.

Он кивнул.

– Мне бы хотелось с тобой поговорить, Сэм.

Но она покачала головой.

– Я тебе столького не сказал! – В его глазах сквозила мольба, а ее смотрели ласково.

– Не нужно ничего говорить, Тейт. Все было так давно. Это уже не имеет значения.