Наследник Монте-Кристо - Митчелл Мередит - Страница 33

Чтобы отвлечься, Эмили указала на Риддла, с улыбкой рассказывающего что-то Джейн.

– Наш лондонский гость, похоже, решил задержаться в Торнвуде. Неужели его скандальные похождения все еще не забылись?

– В Лондоне, должно быть, что ни день – новый скандал, – улыбнулся Генри. – Думаю, Риддлу просто понравилось в Торнвуде больше, чем он мог себе представить, когда его сослали к дядюшке.

«Похоже, он остается здесь из-за Джейн. Если они будут танцевать так часто, торнвудских сплетниц ожидает еще одна радость – после отъезда миссис Рэйвенси не случалось ничего столь же интересного», – Эмили понимала, что ей придется поговорить с подругой.

Танец закончился, и мистер Риддл проводил Джейн к Сьюзен с явным намерением пригласить на танец и миссис Говард. К удивлению Эмили, Сьюзен что-то холодно сказала джентльмену и нарочито отвернулась к миссис Кастлтон.

– Чем это мистер Риддл не угодил твоей жене? – леди Гренвилл и Говард медленно направлялись к друзьям, и у них еще было время поговорить. – До сих пор она всегда защищала его от моих ироничных высказываний.

– Горничная сказала ей, что Риддл расспрашивал о Минни. Сьюзен расстроилась, она до сих пор жалеет о своей прежней наперснице, и теперь она сердится на Риддла за его неуместное любопытство.

– Как он мог быть таким бестактным! – возмутилась Эмили.

– Я слышал, он собирается написать книгу о провинциальном обществе, но, конечно, это не дает ему право расспрашивать прислугу в домах его друзей, – согласился Генри.

Горничная Сьюзен, Минни, умерла уже почти три года назад, но впечатлительная миссис Говард до сих пор не забыла о трагедии. Девушка покончила с собой из-за несчастной любви, приняла слишком большую дозу снотворного порошка. Тем летом горничных словно настигло какое-то проклятье – Фанни, горничная леди Гренвилл, упала на лестнице и сломала шею, а помощница миссис Пейтон упала с окна, оскользнувшись на подоконнике во время уборки. Последней свою погибель нашла Энн, работавшая в доме Соммерсвилей, и ее смерть была на совести убийцы.

Все четверо подруг тяжело переживали происходившее, и только время и новые волнения помогали им мало-помалу забывать о тех трагедиях. И вот теперь праздное любопытство столичного повесы заставляет их вновь вспомнить о пережитом. В положении Сьюзен подобные воспоминания особенно опасны, ничего удивительного, что она рассердилась!

Мистер Риддл, ничуть не обескураженный холодностью миссис Говард, обратился к Эмили с радостным приветствием и повторил приглашение на танец, которое было вежливо отвергнуто. Леди Гренвилл из-за своей болезни танцевала очень мало и только самые медленные танцы, и обычно ее партнером был мистер Говард. Иногда и лорд Гренвилл танцевал со своей женой, но сегодня он даже не пытался приблизиться к ней. Ну и пусть, она не будет огорчаться. Этот праздник она устроила ради Филиппа и Кэролайн, а они выглядят именно так, как ей бы хотелось – счастливыми молодоженами.

Позже, когда Эмили покинула бальную залу, чтобы посидеть в гостиной с миссис Логан и другими дамами почтенного возраста, она увидела в коридоре, ведущем к кабинету лорда Гренвилла и библиотеке, как мистер Риддл о чем-то беседует с дворецким.

Леди Гренвилл остановилась, так и не войдя в гостиную. Люди, хорошо знавшие дворецкого лорда Гренвилла, сквозь вежливость на лице Спаркса явственно могли прочесть раздражение. Мистер Риддл стоял спиной к Эмили, но она была уверена, что он улыбается своей беззаботной глуповатой улыбкой и даже не подозревает, что ведет себя недостойным образом. Леди Гренвилл продолжала оставаться на своем месте, пока ее не заметил Спаркс. С выражением неподдельного облегчения на лице дворецкий что-то сказал Риддлу, скорее всего, извинился, и направился к миледи. Джентльмен тотчас обернулся, чтобы Эмили могла рассмотреть ту самую улыбку, которую она и ожидала увидеть.

– Чем я могу помочь, миледи? – в голосе Спаркса слышалась благодарность.

– Пожалуйста, найдите миссис Даррем и попросите ее приготовить комнату для полковника Дейла, он останется в Гренвилл-парке на ночь.

Дворецкий поклонился и поспешил исполнять поручение. Полковник Дейл был дружен с отцом Филиппа Рис-Джонса, а после смерти друга опекал его сына. Старый солдат, его выражения редко отличались изяществом, но он был добрым и честным человеком и оказал неоценимую помощь Филиппу, вместе с леди Гренвилл и ее друзьями доказав его невиновность в убийствах двух молодых леди.

Полковника Дейла Эмили всегда была рада видеть, а его ласковое утешительное письмо, полученное ею после того, как он узнал о мнимой гибели четы Рис-Джонсов, она собиралась хранить, несмотря на то, что надобность в утешениях отпала.

Сегодня ей удалось уговорить полковника заночевать в Гренвилл-парке – Эмили казалось, что старый вояка становится более галантным в присутствии леди Боффарт. Почему бы не дать ему шанс – так считала племянница леди Боффарт, не упускавшая случая поспособствовать чьим-либо матримониальным планам.

Как только Спаркс удалился со всей поспешностью, какую мог себе позволить, не теряя достоинства, леди Гренвилл повернулась к мистеру Риддлу.

– Могу я что-то сделать для вас? – Она говорила холодно, явственно давая понять, как неуместен был его разговор с дворецким, но не была уверена, что молодой джентльмен поймет намек. Хотя Риддл один или два раза удивил ее неожиданно здравыми суждениями, она считала это простой случайностью.

– О, нет-нет, я лишь немного поболтал со Спарксом. Славный малый, – широко улыбнулся Риддл, слегка поклонился и неторопливо направился в сторону кабинета, где лорд Гренвилл с несколькими джентльменами уже спрятался от надоевшего праздничного шума.

Эмили невольно тоже улыбнулась – никому бы не пришло в голову назвать Спаркса «славным малым». И все же, после того как дворецкий притворил парадную дверь за последним из отъезжающих гостей, она спросила, о чем с ним беседовал мистер Риддл.

– Он спрашивал меня о вашей горничной, миледи, – глубокое неодобрение отразилось на лице Спаркса при упоминании мистера Риддла.

– О Хетти? – переспросила Эмили, хотя она уже знала ответ.

– Нет, о вашей прежней горничной, Фанни, – дворецкий едва сдерживал возмущение, но жаловаться леди Гренвилл было для него непозволительно.

– Я слышала, он собирается написать книгу о провинциальной жизни. Должно быть, его интересуют необычные случаи, нарушавшие наш привычный уклад, – попыталась Эмили утешить дворецкого.

– Это не… – Спаркс оборвал сам себя, хотя явно собирался сказать что-то не очень лестное в адрес навязчивого гостя. – Простите, миледи, я не знал о намерении джентльмена и нашел его расспросы неподобающими. Тем более что прежде я уже слышал, как он спрашивает Хетти о смерти юной мисс Флинн.

– Я поговорю с мистером Риддлом, – теперь Эмили понимала Сьюзен, не желавшую больше разговаривать с бестактным молодым человеком. – Ему не следовало расспрашивать слуг. Если он попытается задать вам или кому-то еще в Гренвилл-парке подобные вопросы, предложите ему обратиться ко мне или лорду Гренвиллу.

Спаркс благодарно кивнул и удалился по своим делам, а Эмили вернулась в свою маленькую гостиную, где ее ожидали Джейн, Кэролайн и Сьюзен, собиравшиеся ночевать в Гренвилл-парке, а также леди Боффарт, посмеивавшаяся над неловкими ухаживаниями полковника Дейла.

Все леди очень устали, но как приятно было провести полчаса в кругу близких подруг, немного посплетничать о Реджи и мисс Оуэнс, обсудить туалеты других дам… И, конечно же, еще раз выразить радость от благополучного возвращения Кэролайн!

19

– Эмили!

Наутро после бала завтрак обычно подавался позднее, и леди Гренвилл, предпочитавшая рано вставать, собиралась посвятить утренние часы своему дневнику. Она как раз описывала встречу с Кэролайн и Филиппом, когда лорд Гренвилл окликнул ее.

– Уильям! – от неожиданности она капнула чернилами на страницу и недовольно обернулась к мужу. – Я не слышала, как ты вошел.