Дорога на яйлу (СИ) - Журавлев Владимир Борисович - Страница 49

– А я давно не мог понять одной странности, – тусклым голосом сказал пограничник. – Все слышали про трехслойную гномью броню…

– Наша работа, и что? – настороженно ответил гном.

– …А кто-то и видел. Очень дорогая, очень редкая. «Кулаки императора» могут себе позволить, личная охрана главного визиря – и все, пожалуй. У них практически нет потерь в личном составе. У Ворты всего один погиб по глупости – сферу снял. А вот гномы свою разработку не используют! Я много ваших перевидал в Южном массиве. И перебил! Теперь понимаю, что не насмерть…

– Пограничник? – задумчиво спросил гном. – Тот самый Джайгет? Ну – уважаю. И что?

– Вы почему в простых кольчугах бьетесь? – с горечью сказал Джайгет. – Я уж не говорю про барахло, которое называется мягкой броней!

– Да наша мягкая броня арбалетный болт держит!..

– Для вас войны – просто игры от нечего делать, верно?

Гном смущенно кашлянул.

– Ну, не совсем, – неохотно признал он. – Тут видишь, какое дело… наши женщины, они не того… это… в общем, много у гнома остается ярости для жизни, слишком много, а больше вам знать про нас и не стоит! И ярости, и страсти, да! Вот и тешимся молодецкими забавами! Кровушку пустить – оно и для здоровья полезно! Для психического… да!

– Вам – конечно! А сколько я своих ребят в этих проклятых горах на костер положил, вы считали?!

– А зачем?

– Затем, что мы потом не встаем! Для нас с ударом копьем жизненный путь – закончен! Нет больше моих ребят, ты хоть это понимаешь?!

– Это я понимаю, – озадаченно признался гном. – И, это… ты не злись. Ты объясни. Действительно разобраться кой с чем пора. Мы тоже все в недоумении, чего это вы на нас так злобно кидаетесь!

– Вы нас навсегда убиваете! А сами потом встали и пошли!

– Угу, – кивнул терпеливо гном. – Это я понял. Но вы говорите, что в смерти уходите к Творцу. Все говорите! Или это шутка?

Джайгет поперхнулся и замолчал. И молчал очень долго.

– Не шутка, – наконец отозвался пограничник. – Но…

– Вот я бы с удовольствием к Творцу сходил! – признался гном. – У меня к нему много вопросов накопилось по части устройства мироздания! Вдруг Он разъяснил бы, потешил мое любопытство? Я б потом в новую реинкарнацию удовлетворенным пошел!

– Может, в эльфе воплотился бы…

– Не, я понимаю, ты оскорблен! – обиделся гном. – Но твое пожелание – это уж слишком! Чтоб тебе самому распутной девкой в дольний мир вернуться, язви тебя!

Лучница тихо засмеялась. Нашла в темноте губы Хиста. Император улыбался…

– Извини, – буркнул Джайгет. – Я понял, Мастер. Вы точно знаете, что вернетесь в этот мир. А встреча с Творцом – вопрос веры, не знания. Никто не вернулся из-за грани, чтоб подтвердить: Творец ждет погибших. Никто. Реинкарнация – это догадка, родившаяся среди людей. А как оно на самом деле? Мы не знаем. Может, после смерти ничего и нет.

– И с таким ужасом в сердце вы еще и воюете? – поразился гном.

– Меня смертью не запугать, – просто ответил пограничник. – И моих ребят – тоже.

Теперь надолго замолчал гном.

– Уважаю, – наконец высказался он. – Вот просто – уважаю! Ну, люди, вы и даете! О-хо-хо… это что же получается? Придется веселье отменять? Ой, ребятки обидятся! А как иначе? Это для нас – веселье! А для вас-то – жизнь на кону стоит! Не, так нечестно! Придется отменять…

– Что отменять? – не понял Джайгет.

– Да веселье! Я же ребяток на подмогу вызвал! Они к утречку должны подойти, чтоб подмогнуть холм разблокировать! Но я своих душегубов знаю! Ох и азартны! «Тигры Южного ущелья» – это ж кровавое клеймо! Они конногвардейцев без числа накрошат! Не, так нечестно! Придется отменять…

Хист прекратил целоваться и попробовал подскочить. Не получилось.

– Ох и неуемный же ты! – улыбнулась йоха. – На одном ложе с тобой спать, пожалуй, и не получится? Сиди! И меня целуй. Они сами разберутся.

– Здрава! Да отпусти… мы же, выходит, еще спастись можем!

– Я поняла! – вздохнула лучница. – Пойдем отсюда. Иначе ты до утра о работе думать будешь, не обо мне. Да пойдем же. Ты сможешь найти свободный фургончик, чтоб никакой гном глупостями не отвлекал? Понятно. Сама найду. А они и без нас договорятся.

– Делайте, что хотите! – повторил Санниэре джабеку клана Кара-баш. – Но чтоб на стенах до последнего не догадались, как вы будете забираться!

– Мы сделаем, – кивнул джабек. – Большой круг скачек, да. Крики, все куда-то скачут – никто ничего не поймет.

– Сигнал для штурмовых групп – когда вон с той скалы полетят такие разноцветные птицы… над озером видели? Вот такие.

Санниэре неуверенно потер переносицу и глянул на Асиа.

– Или упадут с той же скалы, – пробормотал он. – Но все равно будет видно издалека. Вот тогда и начинайте. Ни мгновением раньше.

– Нет, – сказала Асиа и вцепилась в луку седла так, что побелели пальцы. – Аркан…

– У нас нет выхода, – виновато сказал Санниэре. – Думаешь, ворота не укреплены? Твоей чахлой молнией их только изнутри можно выбить.

– Аркан, я летать не умею!

– Сверху вниз? Ничего сложного…

А Кормчак глядел на подростка и удивлялся. И вот он не может найти знаки бога? Да он сам – сплошной Знак! Интересно, кто-нибудь понимает, что имеет дело со святым? Чувствуют-то, похоже, все. Не зря же подчиняются беспрекословно! Разве что Асиа огрызается, но это от страха. Вот вопрос: а чего она так испугалась?

– Маринеску! – бросил Санниэре, не оборачиваясь. – Проверь раковину. Я блокаду поставил, чтоб не подслушивали. Но не уверен, что правильно.

– Сдохла, – озадаченно сказал Кормчак.

– Уроды эти эльфы, к системе и то корректно не смогли подключить…

Между тем принесли тюки, в которых Кормчак опознал те самые крылья, которые сам же и собирал в месте прорыва на яйлу. И понял, почему так трясется мать кланов. Потом пересчитал тюки. Поймал внимательный взгляд Санниэре. Стиснул зубы и убрал руки за спину.

– Правильно понимаешь ситуацию! – одобрил подросток. – Крылья на спину – и вон на ту скалу. Вперед.

Потом Санниэре подхватил на руки свою юную жену. Погладил по голове, заглянул в глаза…

– Останься в живых, Чоолпан! – пробормотал он. – Только останься.

Повернулся и пошел первым к скалам. Кормчак кивнул своим мыслям. Санниэре мог чувствовать… не будущее, конечно. Беду. Кормчак и сам смутно ощущал что-то при виде юной степнячки. И он уже встречал раньше таких людей, способных к предвидению. В монашеском ордене, вот где. Их там почитали за святых. Даэрвеш – так они назывались на южном побережье…

Видимо, Асиа смирилась с участью, потому что шла молча и почти без принуждения. Зато, увидев скалы, намертво встала Надия.

– Эре, я туда не полезу! – заявила она. – Мне хватило в прошлый раз!

Кормчак даже подивился странным вывертам ее психики. На крыльях со скалы прыгать, выходит, нормально, а по камням наверх подняться не может? Потом он понял: Надия еще не догадалась, что их всех ожидает. Но вот-вот догадается. И ему сразу стало легче!

А потом дошло и до морских пехотинцев, что за тюки они тащат на спинах. И для кого. И наступило настоящее веселье…

Они стояли на вершине, и Санниэре уговаривал всех сразу не бояться.

– Это с той стороны были скалы! – сердито втолковывал он. – А здесь просто склон. Только крутой. Вон даже кустики кое-где растут! Вы прыгнете вниз…

Асиа тихо застонала и закрыла глаза.

– …И даже если крылья не раскроются – просто пропашете носами гору! Но крылья раскроются! Это же десантный вариант, простые, как полено! Крылья – раскроются! Ну и вас понесет, конечно, здесь же восходящие потоки…

– Аркан, я тебя убью!

– Не убьешь. Так. Перед носом окажутся рулевые тяги. Их – вниз. Только медленно вниз! А то, как дернешь – так и воткнешься! Ну а дальше вниз. И постарайтесь поближе к воротам. Если мы их не выбьем – напрасны все наши труды! Степняки без коней – не воины! А коней через стенку не перетащишь! Всё. Нет, не всё. Кормчак.