Заговор против короны - Салливан Майкл Дж. - Страница 4

Арчибальд улыбнулся, заметив, как сэр Виктор бросил быстрый взгляд на заваленный картами и свитками стол.

— Не утруждайте себя, маркиз. Перед вашим приходом я спрятал все документы, касающиеся моих дальнейших планов. Прошу вас, присаживайтесь. — Арчибальд указал рукой на стулья перед камином. — Соблаговолите отдохнуть после долгого подъема, пока я буду наливать нам бренди.

— Хватит с меня прогулок по замку и формальностей, — проворчал старик. — Теперь, когда мы здесь, объясните же наконец, в чем дело.

Арчибальд предпочел игнорировать недовольный тон маркиза. За минуту до получения вожделенной награды можно было позволить себе каплю снисхождения. Он подождал, пока маркиз сядет.

— Надеюсь, для вас не секрет, что я проявляю интерес к вашей дочери Аленде? — спросил Арчибальд, наполняя два бокала.

— Да, она упоминала об этом.

— А она не поделилась с вами, почему так упорно отвергает меня?

— Вы ей не нравитесь.

— Да ведь мы едва знакомы, — возразил Арчибальд, беззаботно махнув рукой.

— Арчи, вы за этим меня позвали?

— Дорогой маркиз, я бы предпочел, чтобы вы называли меня моим полным именем. Когда мой отец умер, его титул перешел ко мне, поэтому называть меня так по меньшей мере неуместно. А вот вопрос ваш действительно имеет отношение к нашему разговору. Как вам известно, я двенадцатый граф Чедвикский. Конечно, это не самое большое графство на свете, а Баллентайны не самый влиятельный род, но у меня есть и неоспоримые достоинства. В числе моих владений пять деревень и двенадцать селений, а также стратегически важные Сенонские нагорья. На данный момент в моем распоряжении имеется более шестидесяти хорошо обученных солдат. Мне присягнули на верность двадцать рыцарей, среди которых сэр Энден и сэр Бректон, возможно, величайшие из ныне здравствующих воинов. Шерсть и кожа, которые производит Чедвик, составляют гордость всего королевства Уоррик. Поговаривают даже, что именно здесь будет проводиться Летний турнир, на той самой лужайке, которую вы пересекли при въезде в мой замок.

— Да, Арчи… то есть Арчибальд… Положение Чедвика в мире мне прекрасно известно. Не нужно читать мне лекцию о торговых отношениях.

— Известно ли вам также, что племянник короля Этельреда обедал здесь несколько раз, а герцог и герцогиня Рошель выразили желание посетить меня на Праздник зимы в этом году?

— Арчибальд, вы меня утомляете. К чему вы клоните?

Арчибальд нахмурился. Ему очень не нравилось, что маркиз не желает воспринимать его серьезно. Граф протянул один бокал лорду Виктору и опустился в свободное кресло. Сделав глоток, он продолжил:

— Вот к чему. Учитывая мое положение, статус и многообещающее будущее, я просто не вижу причин, по которым Аленда могла бы отвергнуть меня. Дело, уж конечно, не в моей внешности. Я молод, красив и одеваюсь по последней моде в самые дорогие заморские шелка. Все прочие ее поклонники — старики, или толстые, или лысые, а иногда и то и другое одновременно.

— Возможно, ее интересуют не только внешность и богатство, — заметил сэр Виктор. — Женщины не всегда думают исключительно о политике и власти. Аленда относится к тому типу девушек, которые следуют зову сердца.

— Но ведь она не посмеет пренебречь волей отца? Или я не прав?

— Я вас не понимаю.

— Если вы посоветуете ей выйти за меня замуж, она выйдет. В конце концов, вы могли бы приказать ей.

— Так вы за этим вынудили меня приехать? Прошу прощения, Арчибальд, но вы попусту потратили и свое и мое время. Я не собираюсь принуждать ее к браку, тем более с вами. Она возненавидит меня на всю жизнь. Чувства моей дочери для меня важнее, чем политическая подоплека ее замужества. Я обожаю Аленду. Она — мое любимое дитя.

Сделав еще один глоток, Арчибальд задумался над словами лорда Виктора и решил зайти с другой стороны.

— А что, если это будет брак ради ее же блага? Ради того, чтобы спасти девушку от неминуемого позора.

— Сообщив мне об опасности, которая угрожает моей дочери, вы добились моего приезда. Готовы ли вы наконец объяснить мне, в чем дело, или желаете убедиться, что старик еще в состоянии орудовать мечом?

Арчибальд в очередной раз пропустил мимо ушей эту пустую угрозу и продолжил развивать свою мысль:

— Поскольку Аленда несколько раз отвергла мои ухаживания, я решил, что здесь что-то не так. Какие у нее могут быть основания для отказа? У меня есть связи, моя звезда восходит. И я выяснил истинную причину отказов вашей дочери. У нее уже кое-кто есть. У Аленды есть тайный возлюбленный!

— Мне трудно в это поверить, — возразил сэр Виктор. — Ни о чем подобном она не говорила. Если бы ей кто-то пришелся по сердцу, она бы мне рассказала.

— Неудивительно, что она скрыла это от вас. Ей стыдно. Она понимает, что подобные отношения навлекут позор на всю вашу семью. Мужчина, с которым у нее роман, обычный простолюдин. В его жилах нет ни капли благородной крови.

— Вы лжете!

— Уверяю вас, это правда. Но боюсь, что проблема куда серьезнее. Его имя — Деган Гонт. Вы, наверное, слышали о нем? Он знаменит, и он главарь патриотического движения Делгоса. Вам, должно быть, известно, что он вызвал на юге целую бурю страстей, взбунтовав тамошнюю чернь. Мысль о том, что следует истребить дворянство и внедрить самоуправление, всем вскружила там головы. Гонт и ваша дочь тайно встречаются близ монастыря в Уиндермере, пока вы занимаетесь государственными делами.

— Глупости! Моя дочь никогда бы не…

— Не в этой ли обители затворился ваш сын? — перебил его Арчибальд. — Насколько мне известно, он монах, не так ли?

Лорд Виктор нехотя кивнул головой:

— Да, это Майрон, мой третий сын.

— Не исключено, что он оказывает им содействие. Я навел справки. Выяснилось, что ваш сын — очень умный молодой человек. Может быть, именно он устраивает эти встречи и обеспечивает обмен письмами между ними. Это дело дурно пахнет, сэр Виктор. Вы маркиз, убежденный сторонник короля, известного приверженностью идеалам империи, а ваша дочь между тем влюблена в бунтовщика, с которым встречается, возможно, не без помощи вашего сына на территории роялистского королевства Меленгар. Это вполне можно интерпретировать как семейный заговор. Что скажет, узнав об этом, король Этельред? Мы-то с вами знаем, что вы ему верны, но кто-то может помочь ему усомниться в вашей преданности. Я понимаю, что невинная девушка впала в заблуждение и отдала свое сердце недостойному человеку, однако ее выходки могут опорочить всю вашу семью.

— Вы сошли с ума! — отрезал сэр Виктор. — Майрон был отправлен в монастырь, едва ему исполнилось четыре года. За свою жизнь Аленда и парой слов с ним не обмолвилась. Все ваши выдумки имеют одну цель: убедить меня заставить Аленду выйти за вас замуж, и я знаю почему. Моя дочь вам не нужна. Вы хотите заполучить ее приданое — Риланскую долину, земли, которые удачно граничат с вашими владениями. Вот что вам на самом деле нужно. Ну и разумеется, шанс породниться с кем-то, кто выше вас по своему положению в обществе, и тем самым возвыситься самому. Как вы жалки!

— Это я жалок?

Арчибальд поставил бокал на стол, распахнул ворот шелковой рубахи и снял с шеи ключ на серебряной цепочке. Поднявшись на ноги, он пересек комнату и подошел к гобелену, изображавшему калианского принца верхом на лошади и в роли похитителя златовласой девы. Он отодвинул полотно, и маркиз увидел в стене тайник. Арчибальд вставил ключ в замок и открыл им маленькую металлическую дверцу.

— У меня есть пачка писем, написанных рукой вашей дражайшей дочери. Это и есть доказательство правдивости моих слов. В них она клянется в вечной любви этому мерзкому простолюдину, этому гнусному смутьяну!

— Как ее письма попали к вам?

— Я их похитил. Чтобы выяснить, кто мой соперник, я установил за Алендой слежку. Ее письма привели меня в монастырь, и я перехватил их. — Арчибальд извлек из сейфа стопку пергаментов и бросил их лорду Виктору на колени. — Вот, смотрите, лорд Виктор! — торжественно заявил он. — Полюбуйтесь, чем занимается ваша дочь, и сами решайте, не лучше ли ей стать моей женой.