Вспомнить всё (сборник) - Дик Филип Киндред - Страница 115

– Везунчик – это человек, который выжил после водородной бомбардировки, – объяснил Тимоти. – Потому что ему повезло. Каприз судьбы такой, понимаешь? Потому что почти все погибли. А раньше людей много было. Тысячи – ну, так говорят.

– А что значит «повезло»? Вот ты говоришь – каприз судьбы…

– Повезло – это когда судьба вдруг решила тебя пощадить, – сказал Тимоти и дальше распространяться не стал.

На самом деле он больше ничего не знал.

Фред задумался:

– А вот мы с тобой… мы – не везунчики. Потому что когда война началась, нас еще на свете не было. Мы потом родились.

– Точно, – кивнул Тимоти.

– Поэтому, если кто меня «везунчиком» обзовет, – получит в глаз. Прям железкой с пращи двину. Чтобы знали, как обзываться.

– А доставщик, – продолжил Тимоти, – тоже придуманное слово. Придумали его тогда, когда местность бомбили, а с самолетов гуманитарные грузы сбрасывали. Так их и называли – вот, мол, доставили грузы. Вот отсюда и «доставщик».

– Я и сам это знаю, – рассердился Фред. – Я не про это спрашивал.

– Ну а я все равно тебе рассказал, – пожал плечами Тимоти.

И ребята снова принялись за кролика.

Джин Риган сказала мужу:

– Ты когда-нибудь слышал про такую куклу – Подружка Конни? – И она покосилась на соседей по столу – никто не слышит? Ей бы не хотелось, чтоб разговор подслушали. – Сэм, – решительно продолжила она, – я слышала это от Хелен Моррисон, а она – от Тода. А Тоду это сказал Билл Фернер. По-моему, да, Билл Фернер. Так что это, похоже, чистая правда.

– Что правда? – удивился Сэм.

– Что в Оклендском убежище не играют в Перки Пэт. Они играют в Подружку Конни! И я тут вот что подумала… а вдруг… понимаешь, ведь сейчас нам скучно… ну, пусто, тоскливо… а вдруг мы увидим эту Конни, посмотрим, как она живет, – и мы сможем как-то переделать наши макеты, добавить что-то… – Тут она задумчиво примолкла. – И они станут… полнее.

– Да плевать мне, как ее зовут, – сказал Сэм Риган. – Подружка Конни… Дешевка какая-то, точно тебе говорю.

И он зачерпнул ложкой каши – весьма простой в приготовлении и сытной. Такую постоянно скидывали доставщики. Прожевал и подумал: а ведь Конни, она наверняка не ест эти помои. Она чизбургерами питается. Со всякими наполнителями. Заезжает в продвинутую едальню на машине, ей прямо в окно их сгружают как положено…

– А давай туда сходим? – вдруг попросила Джин.

– Куда? В Оклендское убежище? – вытаращился Сэм. – Туда идти пятнадцать миль! Целых пятнадцать миль! Это дальше, чем убежище в Беркли!

– Но это важно, – уперлась Джин. – А Билл сказал, что этот везунчик из Окленда – он до нас дошел. Искал какие-то электронные детальки. У него получилось, и у нас получится. Ведь есть противопылевые скафандры, нам же их сбросили. Так что мы дойдем.

Тимоти Шейн сидел рядом с родителями, но разговор услышал. И тут же встрял с предложением:

– Миссис Риган, а мы с Фредом Чемберленом можем сходить туда. Ну, за деньги, конечно. Как вам такая идея?

И он пихнул локтем Фреда – тот сидел рядом.

– А что, давай, а? За пять долларов, к примеру?

Фред очень серьезно посмотрел на миссис Риган и сказал:

– Да. Мы можем принести вам куклу Конни. Если вы по пять долларов каждому из нас заплатите.

– Пять долларов? Ничего у вас не слипнется, а, молодые люди? – рассердилась Джин Риган и сменила тему разговора.

Но потом, после ужина, Джин снова заговорила об этом. Они с Сэмом уже остались вдвоем.

– Сэм, я должна ее увидеть! – вырвалось у нее.

Сэм сидел в оцинкованной ванне: прошла неделя, настало время купания. Поэтому ему приходилось слушать.

– Теперь мы знаем, что она существует! И нам нужно сыграть против кого-нибудь из Оклендского убежища! А что? Просто сыграть! Давай, а?

И она принялась мерить шагами крохотную комнату, ломая руки от волнения.

– А вдруг у Конни есть заправка? И аэропорт? С посадочной полосой, цветным телевизором и французским рестораном, где подают улиток? Помнишь, мы в такой ходили, когда только поженились?.. Я должна увидеть ее макет. Должна, понимаешь?

– Не знаю… – в голосе Сэма слышалась неуверенность. – Что-то мне не нравится в этой Подружке Конни.

– Что именно?

– Не знаю! Но не нравится.

Джин горько заметила:

– Потому что ты знаешь, что у нее макет лучше. И сама она лучше, чем Перки Пэт!

– Может, ты и права, – пробормотал Сэм.

– А если ты не пойдешь, если ты не поговоришь с оклендцами, кто-нибудь другой пойдет и все сделает! Кто-нибудь более целеустремленный! И решительный! Норман Шейн, например! Он в отличие от тебя не трус!

Сэм ничего не ответил, просто продолжил мыться. Но руки у него дрожали.

Доставщик недавно сбросил детали каких-то сложных механизмов. Видимо, части компьютера. Несколько недель компьютеры – ну или что-то там марсиане накидали сверху – лежали в убежище нераспакованными. И никто их не использовал, естественно. Но тут Норман Шейн вдруг обнаружил, как утилизировать одну коробку. В данный момент он разбирал извлеченную оттуда штуковину на мелкие детальки: хотел сконструировать для кухни Перки Пэт измельчитель мусора.

Пользовался он специальными инструментами. Их разработали и смастерили обитатели убежища – а как иначе изготавливать всякие детали ландшафта и интерьера для Перки Пэт? Вот и сейчас он сидел, склонившись над верстаком. Работа настолько захватила его, что он не сразу заметил, что за спиной стоит Фрэн и наблюдает за тем, что он делает.

– Когда через плечо смотрят, я нервничаю, – сказал Норм.

В руке он держал микропинцет с зажатым крохотным колесиком.

– Слушай, – сказала Фрэн. – Я тут вот что подумала. Тебе это что-нибудь говорит?

И она выставила перед ним радиоприемник из тех, что вчера сбросили с корабля.

– Говорит. Говорит, что я скоро смастерю из него автоматическую гаражную дверь! – рассердился Норм.

И продложил работу: крохотные детальки он уверенными, точными движениями помещал в отверстие в раковине на кухне Перки Пэт. Такая тонкая работа требовала максимальной концентрации.

А Фрэн не унималась:

– Это говорит о том, что где-то на земле есть радиопередатчики! Вот что это говорит! Иначе доставщики не привезли бы это!

– Ну и что? – равнодушно спросил Норм.

– А то, что, может, у нашего мэра такой есть, – отрезала Фрэн. – Может, у нас в убежище есть передатчик, и тогда мы можем связаться с Оклендским убежищем. И наши представители смогут встретиться на полпути. Скажем, в убежище Беркли. И мы там сможем сыграть. И не надо будет топать по пыли пятнадцать миль.

Норм задумался. А потом отложил пинцет и медленно проговорил:

– А ты, похоже, права.

Но даже если у мэра Хукера Глиба имеется передатчик, это не значит, что он им позволит воспользоваться кому попало. Но если позволит…

– Давай попробуем, – потормошила его Фрэн. – Попытка – не пытка, как говорят.

– Давай, – согласился Норм и встал из-за верстака.

Мэр убежища Пиноли, низенький, облаченный в военную форму человечек с хитроватым выражением лица, выслушал Норма Шейна не перебивая. А потом улыбнулся, как улыбается человек, умудренный опытом и годами:

– Допустим, есть у меня передатчик. И все время был. Пять ватт мощность. А зачем вам с Оклендом связаться надо?

Норм сдержанно ответил:

– По личному делу.

Хукер Глиб задумался:

– Платите пятнадцать долларов – и пользуйтесь на здоровье.

Вот тебе и раз! Мерзко-то как… Господи! Такие деньжищи! А между прочим, все их с женой доллары уходили на игру. В Перки Пэт не поиграешь, если нет денег… И потом, смысл играть, как не на деньги? Только так можно понять, выиграл ты или нет.

– Что-то вы много просите, – сказал он вслух.

– Ну, тогда десять, – пожал плечами мэр.

В конце концов они договорились на шесть пятьдесят.