Записки рыжей эльфийки - Истомина Лиза - Страница 125

   Я даже встала и выглянула в окошко - мало ли, может он давно на дороге валяется?

   В ту же секунду карета резко остановилась, и я, дернувшись, упала в чьи-то объятия.

   - Тихо! - зашипел шаман, придерживая меня одной рукой за талию. - Здесь кто-то есть.

   Ха! Конечно! Кто-то есть! В карете, что ли? Ну вы даете, сеньор.

   Слева лес, справа степь. Получается, этот кто-то может напасть либо сзади, либо со стороны леса, либо слева, либо с воздуха. Огромная территория. Но с другой стороны - карета-то остановилась, значит, неспроста это все, ох, неспроста.

   Я почувствовала, как начинают дрожать коленки. Шаман безостановочно шептал и выводил свободной рукой незнакомые мне знаки и руны, похожие больше на магию Духов природы, нежели на шаманизм. Неожиданно закралось подозрение, что Жинн не совсем Жинн.

   Я отвлеклась на полсекунды, не больше. Но это была та самая ошибка, после которых волосы встают дыбом, и нечем дышать. Я и понять-то толком ничего не успела, как дверца попросту отлетела в сторону, а мою щиколотку захлестнуло лассо - редкая в наше время магическая цепочка. Такие не разрубишь железкой, не порвешь, их можно растереть сгустками чистой первоначальной магии. В Империи Стихий и Алмодрае их давным-давно запретили - как только на трон эльфов села небезызвестная Илзиэль Аррен Эллонд, а ее сестра-стихийница Кларисса приняла пост Первого Министра-Советника Империи.

   Меня выдернули на воздух, и я, упав прямо в грязь, покатилась вниз по склону, цепляясь за ветки. Жинн, который видел все происходящее, швырнул в лассо Дезинтеграцией.

   - Не смейте! - заорала я, ощущая незаметно подкравшийся страх. - Это магическая цепочка! Вашей магией не уничтожить! Я справлюсь сама!

   Да, справлюсь... Если меня ничем не убьют, обязательно справлюсь...

   Я схватила петлю, уже успевшую затянуться на ноге и порвать в нескольких местах сапог. Поспешно стала растирать звенья, шепча про себя слова ослабляющего магический фон заклинания, но ничего не выходило. Кто-то блокировал смешанную магию намеренно, зная, что я вейла, и для подпитки мне нужны нити всех магий.

   Профессионал работает, что говорить?..

   - Магия блокирована, - выдохнула я и расстроенно упала спиной на траву.

   И превращаться не дело. Еще Жинн, подлец, пропал. Испугался, наверное.

   Вдруг кто-то подхватил меня подмышки и резво поставил на ноги. От испуга я закричала, но тот же человек закрыл мне рот ладонью:

   - Да помолчи ты! - Приказываешь? Мне? Ну, все!

   Я от души укусила его за палец. Мужчина взвыл.

   - Чертовка! Кусаешься? Ну, погоди, - зашипел, проводя раненым пальцем по цепи, и та тут же распалась. Хм, интересно, откуда такие возможности?

   - А теперь валим! - скомандовал он и отпустил меня, рванув к лошадям.

   Я ждать не стала, запрыгнула на спину одной из пегих лошадок. Обернувшись, чтобы позвать кучера, я онемела - из груди давнего знакомого торчала стрела. Мама дорогая... Значит, кто-то все-таки тут был...

   Илзиэль Аррен Эллонд.

   Рю-Тецуо мне лгал. Да-да, именно так. Лгал - паршиво, бездумно и явно поспешно. Если бы я знала заранее, зачем японец так выворачивается, то, возможно, простила бы наставника. Но его намеренное оттягивание времени, нежелание говорить мне правду и насмешки Алконоста заставляли меня с каждой минутой все больше уверяться в мысли - тот мастер Тецуо, которого я знала, совершенно не похож на того, кого вижу я сейчас. Как будто с меня сняли розовые очки и позволили взглянуть на мир не только под другим углом, но и в черно-белых тонах. Знаете, мир совершенно не цветной, и... я зла на него.

   Сейчас, глядя в черные глаза наставника - бывшего ли, настоящего - уже неважно, я задумывалась только об одном: как? Как можно было водить меня за нос на протяжении двух лет? При этом ни словом, ни жестом не выдав себя. Меня не интересовало, зачем он так поступил. Какой смысл в этом знании? Назад ничего не повернуть. Он ставил из себя великого мага, посвященного в тайны Ковена Ведьм, а на деле оказался вшивой дрянью - да простят меня Мгла и Кхашен за такое высказывание. И мне жутко стыдно, что и здесь я промахнулась.

   Рю-Тецуо, как всегда прекрасно слышавший мои мысли даже сквозь блоки и щиты, спал с лица. Желтоватая кожа посерела, как выцвела, а из глаз пропал блеск. А Вы, дорогой наставник, надеялись на теплый прием и радушие в ответ? Неужели Вы считали, что я прощу Вас?

   - Я знал, на что шел, когда обманывал тебя все эти годы, - грустно вздохнул он, и мое ведьминское сердечко в отчаянии забилось. Пришлось резко одернуть себя. - Но как пойти против Ткущей-Нити?

   Как пойти против Афины? Ха, ха и еще раз ха! Все прекрасно знают, что своего отца она боится до дрожи в коленках - вот и скатертью Вам дорога! Съябедничали бы пару раз, и все.

   - Ты не понимаешь...

   - Так объясните! - вспылила я. - Объясните и научите! Ради чего я столько раз рисковала жизнью, своей и чужой? Ради какой цели богов? Ради чего я вообще живу?

   Последние слова я прокричала на все здание. В стены тут же забарабанили, но меня совершенно не коробили ни слова живущих рядом с Милой магов, ни их откровенные ненависть и злоба, прокатывавшиеся волнами по подъезду.

   Хватит. С меня хватит. Слишком долго я ждала этого момента.

Глава третья. Тайны.

Весь мир на ладони - ты счастлив в нем, и только немного завидуешь тем

другим, у которых вершина еще впереди.

Владимир Высоцкий.

   Илзиэль Аррен Эллонд.

   - Ну? Чего ждем? - нетерпеливо потопала ногой я. - Или опять "не в этот раз"?

   Мила, до сих пор молчавшая, громко хмыкнула. Я перевела ожидающий взгляд на нее и выгнула бровь:

   - Да-а? Неужели любовь всей жизни ден Асмира мне все расскажет?

   - Не язви, девочка! - взвизгнула она, наставив на меня указательный палец. - Я предупредила тебя.

   - Ах, ты меня предупредила. Теперь твои предсказания так называются. Угу-угу, я уже поверила.

   Меня злила вся ситуация. Меня бесило поведение наставника. Меня раздражали реплики Алконоста. И в тоже время я гневалась на саму себя - на влипнувшую в очередные неприятности ведьму Русского и Японского Ковенов. Ну как так можно?..

   Тецуо недовольно покачал головой, не одобряя моего поведения. А потом вдруг присел на стол и решился рассказать. Все.

   - Ты должна была умереть после обретения копья-посоха, - произнес он.

   Я подавилась воздухом.

   Э... Вот так сходу заявить! Это надо уметь.

   - Что? - прохрипела, откашлявшись.

   Алконост закатила глаза и, подняв руки кверху, будто сдаваясь, сказала:

   - Объясняй ей сам, Тецуо. Пусть наконец узнает, или я сдам вас всех с потрохами.

   - Пр-р-релестно, Мила, что еще? - Японец устало потер лицо ладонями. - Я не удивлен, что ты отказываешься помогать. Ты делала и делаешь это на протяжении всей своей жизни. Не удивительно, что Росс бросил тебя.

   - Тецуо, не отвлекайтесь, - елейным голоском попросила я. - Ибо я вся сплошное внимание. - И тут же задумчиво произнесла: - Все-таки есть что-то в бессмертном шедевре "Королева бензоколонки". Только у меня все с точностью да наоборот, если сравнивать с Людой Добрыйвечер.

   Наставник еще раз нерешительно взглянул на меня, а затем...

   Я не люблю, когда меня обманывают. О, я уже говорила об этом? Что ж, повторюсь еще раз.

   Как извечная идеалистка, мечтательница и фантазерка, я всегда мечтала о спокойной жизни и о любящих и любимых людях рядом. Некоторое время назад фантазии начали сбываться - все-таки, если сравнивать случившееся за последнее время с тем, что было раньше, я действительно отдыхала и наслаждалась. Но, как оказалось, не все то золото, что блестит.

   Я не была Демиургом. Ни-ког-да. Я-а... должна была погибнуть после испытания с копьем валькирии Брунгильды. И тот день был расписан по минутам аж за три года до моего рождения, в тот день, когда на свет появились мои тотемные сущности. Ха, ирония судьбы. Вся кутерьма была разведена из-за восстания Маб. Ее не было в первоначальном плане. Она мешалась так сильно, что было решено - меня отправят на Перекресток Миров не во время учебы у Рю-Тецуо, а аж спустя четыре с половиной года. Правда, и здесь богам подпортили игру. Дельвиг смазал всю партию, потерял партитуру и заставил скрипки визжать от испуга.