Новичок (ЛП) - Матару Таран - Страница 25

— Мои извинения за опоздание, милорд, — смиренно произнес Мэйвезер. — Когда вы не приехали до одиннадцатого удара колокола, мы подумали, что вы прибудете утром.

— Да, ну, мы решили, что пивные Корсилиума гораздо более соблазнительны, чтобы провести ночь, чем это… заведение, — холодно сказал Тарквин, затем указал на Джеффри. — Ты, мальчик, отнеси вещи наверх, в мои покои, и поосторожнее. Их содержимое стоит больше, чем ты заработаешь за всю свою жизнь.

Джеффри поспешил выполнить приказ, неловко поклонившись златоволосым аристократам, когда он проходил мимо них.

— Позвольте проводить вас в ваши покои, милорд. Следуйте за мной, — сказал Мэйвезер, вперевалочку поднявшись по ступеням, когда слуги разгрузили повозки. Флетчер поймал отблеск двух аристократов, последовавших за Мэйвезером, затем картину загородили повозки, которые развернулись и прогремели к выходу.

Скоро Флетчер снова остался в одиночестве, полный отвращения к тому, чему только что стал свидетелем. Он всегда представлял благородных щедрыми и справедливыми, ведущими своих людей в битву на войне и отдающими своих детей в ученики боевым магам. Он знал, что большая часть знати в зрелом возрасте каждый день рисковала своей жизнью на передовых линиях, оставляя свои семьи дома. Но он обнаружил, что эти испорченные сопляки являются полной противоположностью его ожиданиям. Он надеялся, что не все новички, рожденные аристократами, будут такими же, как те две особи, с которыми он только что столкнулся.

Флетчер подождал несколько минут, затем выбрался из сторожки, пробираясь к парадному входу тенями стен внутреннего двора. За мгновение до того, как он ступил в лунный свет, он услышал скрип, донесшийся от подвесного моста позади него.

Он резко развернулся, чтобы увидеть фигуру как раз перед тем, как она исчезла из поля зрения, побежав вниз по дороге. Фигуру с длинными рыжими волосами.

23

На завтрак аристократы опоздали, сели в другом конце зала и полностью игнорировали группу простолюдинов. Тарквин и Исадора были впереди, очевидно позиционируя себя как вожаков, хотя привычные хлопки по плечам и гогот навели Флетчера на мысль, что большинство благородных уже были знакомы друг с другом.

— Почему они игнорируют нас? — спросил Атлас, глядя через плечо на то, как аристократы начали отпускать громкие комментарии по поводу низкого качества еды.

— Это нормально, — спокойно сказал Серафим. — Аристократы всегда держатся особняком, подальше от простолюдинов. Один раз я тихонько прошел мимо их комнат. Они даже больше, чем все наши покои, вместе взятые!

— Не думаю, что так должно быть, — сказал Рори. — Разве мы не будем жить вместе ближайшие два года? Тут их только пять. Несомненно, они устанут друг от друга.

— Сомневаюсь, — решился Флетчер. — Один из слуг сказал мне, что аристократы часто проводят свободное время в Корсилиуме. Это мы застрянем в замке, и нам будет нечего делать. Лучше будет подружиться со старшими простолюдинами.

Пока он говорил, дюжина второкурсников начала входить в холл, громко разговаривая. Они разделились на две группы и сели за разные столы, но, в отличие от первогодок, две стаи, казалось, разговаривали друг с другом без видимой враждебности. Тем не менее, судя по качеству их формы, Флетчер заподозрил, что разделение на столы было как раз между аристократами и простолюдинами.

— Они рано спустились на завтрак, — прокомментировал Серафим, когда оба стола второкурсников оглядели их сверху донизу, уделив особое внимание Отелло. Один толкнул другого и указал на Игнатуса и на Голема, которого Отелло назвал Соломоном. Гном заерзал и опустил голову над едой, смущенный под их взглядами.

— Хотела бы я, чтобы мы каждый день завтракали в то же время, что и они. Тут достаточно места для сотен людей, — зевнула Женевьева, положив голову на руки. Флетчер подозрительно посмотрел на ее рыжие волосы. Была ли она той фигурой, которую он видел прошлой ночью, покидающей Академию Вокана?

Когда слуги закончили раскладывать завтрак для вновь прибывших, комната внезапно погрузилась в тишину. Оторвавшись от еды, Флетчер увидел ректора, входившего в помещение, за ним следовали двое мужчин и женщина в форме офицеров. Вздрогнув, он узнал в одном из них Арктура, его молочно-белый глаз решительно смотрел перед собой. Мужчина не выказал никаких признаков узнавания. За ними вошла эльфийка, вызвав переполох. С высоко поднятой головой она прошла к столу, стоящему дальше от простолюдинского. Ее Собачий демон следовал за ней, его пушистый хвост замер, когда тот настороженно осмотрел зал.

Четыре офицера стояли со скрещенными руками и смотрели на зал до тех пор, пока тишина не стала абсолютной.

— Добро пожаловать в Академию Вокана! Я полагаю, вы все обустроились, — хрипло объявил ректор Сципион сквозь свои топорщащиеся усы. — Вы имеете честь быть последним поколением студентов, находящимся в святых залах Академии. — Флетчер огляделся, считая учеников. Второкурсников было двенадцать, так же, как и их.

— Наши традиции восходят к временам первого короля Гоминиума, более двух тысяч лет назад, — продолжил Сципион. — И хоть нас мало, боевые маги, которые оканчивают это заведение, становятся лучшими офицерами армии, на службе у короля или под знаменами одного из великих благородных домов.

Флетчер видел, как Тарквин наклонился и что-то прошептал Исадоре, чей звонкий смех разнесся по залу. Он был не единственным, кто заметил. Лицо Сципиона покраснело от злости, и он указал на молодого аристократа.

— Ты, встать! Я не буду терпеть грубость, ни от кого, аристократ он или нет! Встань, я сказал, и представься.

Тарквин встал, но не выглядел задетым злостью ректора. Он засунул большие пальцы в карманы брюк и проговорил чистым голосом.

— Меня зовут Тарквин, первый в роду герцогства Полленции. Мой отец — герцог Захария Форсайт, генерал Форсайтских Фурий. — Он ухмыльнулся, когда второкурсники начали перешептываться, узнав его семью. Очевидно, его отец был одним из самых старых и влиятельных аристократов Гоминиума. Флетчер узнал Полленцию, большой плодородный кусок земли, протянувшийся от Весанийского Моря до центра Гоминиума.

Сципион хранил молчание, выжидательно смотря на Тарквина из-под кустистых бровей. Тарквин подождал пару минут, пока установилась тишина в комнате. Наконец, он заговорил.

— Приношу извинения за свою грубость. Я всего лишь говорил сестре, что я… горд быть частью этого славного заведения.

— Только из уважения к твоему отцу я не отправлю тебя в твою комнату, как ребенка, — хмыкнул Сципион. — Сядь и держи рот закрытым, пока я не закончу говорить.

Тарквин с улыбкой склонил голову и сел, совсем не расстроенный. Флетчер не мог понять, самоуверенность или высокомерие наделяла парня бесстрашным поведением, но подозревал, что последнее. Сципион еще немного побуравил Тарквина взглядом, затем повернулся к трем офицерам позади.

— Это ваши новые учителя. Майор Гудвин и капитаны Арктур и Ловетт. Вы будете относиться к ним с уважением, которого они заслуживают, и помнить, что пока они тут обучают вас, отважные солдаты на передовых линиях страдают без их наставлений и защиты.

Флетчер изучал двух учителей, которые были ему не знакомы. Капитан Ловетт была черноволосой женщиной с холодными глазами и строгим видом, но когда она улыбнулась адептам при объявлении ее имени, ее лицо утратило всю резкость. Майор Гудвин на вид был того же возраста, что и Сципион, с большой, дородной фигурой и густой белой козлиной бородкой. Он щеголял парой очков в золотой оправе, что покоились на красном носе, выдававшем слабость к крепким напиткам.

— А теперь, вы, второкурсники, должно быть, удивляетесь, почему мы вызвали вас так рано, — объявил Сципион, тем самым заставив выпрямиться заскучавших второкурсников.— У меня есть объявление, касающееся всех вас. Это не самое приятное решение, которое мы принимали, но оно было принято из необходимости. Ученики и первого, и второго курсов примут участие в финальных экзаменах и турнирах. Если первокурсники выдержат высокие стандарты, им тоже будет предложена работа и они отправятся на год раньше на передовые линии, где в них такая остро нуждаются.