Жажда скорости (ЛП) - Тоул Саманта - Страница 30

— Мне ответить за тебя? — Его голос низкий, неприличный.

Облизывая пересохшие губы, киваю.

Он придвигается, его рот на минимальном расстоянии от моего. Его дыхание обволакивает мои губы, осушая ту влагу, что я на них нанесла, а его взгляд делает со мной невообразимые вещи.

— Твой ответ "да", ты бы переспала со мной. Ты боишься сказать это вслух, потому что знаешь, что стоит лишь произнести это, и все станет реальным — все это между нами — и тогда ты не сможешь остановить то, что происходит. То, что, в глубине души ты знаешь, неизбежно.

Он читает мысли?

Он слегка отклонил голову так, чтобы мы могли смотреть друг другу в глаза.

— Как я справился?

Глазами я скольжу по его губам. Его идеальным полным губам. Боже, хочу испробовать их на вкус снова.

Сконцентрируйся, Энди.

Я отвожу взгляд в сторону, пожимаю плечами и отвечаю:

- Справился... так се.

Так се? Господи, какого лешего сейчас было?

Я погибаю.

Черт подери, погибаю.

Я медленно моргаю. Когда открываю глаза, то вижу, как улыбка затрагивает уголки рта Каррика, а глазами в это время он продолжает трахать меня по полной.

— Так се? — Я слышу вырывающийся из его груди рокочущий смех. — Господи, Андресса. Ну, отрицай сколько хочешь, но ты знаешь правду. Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя.

— И ты хочешь трахнуть меня, — отвечаю я.

— Конечно, хочу. Это не я здесь отрицающий что-то. — Он поднимает руку, что лежала до этого на талии, и кладет ее мне на щеку, большой палец его руки расположен в опасной близости от моих губ. — Итак, что скажешь?

— На что?

— Трах.

— Я бы сказала, что ты серьезно гипертрофированно самоуверенный на этот счет.

От смеется глубоким смехом, откидывая голову назад. Это заставляет меня светиться изнутри.

Улыбка касается его глаз, когда он говорит:

— Это ты сейчас так говоришь. После ты заговоришь совсем иначе.

— Не буду ли я называть тебя после всего ублюдком? — говорю я, ссылаясь на наш более ранний разговор.

— Возможно. Но сейчас тебе не все ли равно?

Не все ли мне равно?

Я качаю головой, прежде чем осознаю, что именно делаю.

Я вижу, как в его глазах внезапно вспыхивает похотливый блеск, находящий отклик в каждой частичке меня.

Мы по-прежнему танцуем, но я больше не чувствую неловкости. Сейчас я чувствую себя возбужденной, как никогда прежде. Чувствую связь с ним. Сильнейшую связь. Приспособившейся к его телу.

Моя кожа распалена, будто печь. Руки зудят от стремления прикоснуться к нему в тех местах, в которых не следовало бы.

Пальцами Каррик скользит по моим волосам, и по ощущениям это подобно раю. Он приближается ко мне ближе, практически не оставляя между нами свободного пространства.

— Мне нравится, когда твои волосы распущенны.

В его голосе слышен низкий стон, и из-за этого у меня внизу живота возникает ощущение трепетания, что, в свою очередь, заставляет меня желать притянуть его к себе и не оставлять между нами ни дюйма свободного места. Сделать так, чтобы я не понимала, где начинается он и заканчиваюсь я.

Он берет прядь мои волос и наматывает ее на палец.

— С того самого момента, как впервые увидел тебя в гараже, нагнувшейся над моим болидом, с туго стянутыми на макушке волосами, я не был способен перестать представлять, как распускаю их и запутываюсь в них руками, пока трахаю тебя... жестко.

Господи Иисусе.

— Каррик... — Пальцами я хватаюсь за лацканы его пиджака.

Что я собираюсь сказать? Перестать разговаривать со мной в таком ключе?

Не уверена, что могу, потому что не думаю, что хочу, чтобы он останавливался когда-либо вообще.

— Я... это не лучшая мысль, — говорю я с придыханием. Это совершенно не похоже на меня.

— С лучшими идеями всегда так. А теперь скажи мне поцеловать тебя.

— Я... — Скажу нет. Ни к чему хорошему это не приведет. — Нет. — Но голос дрожит, предавая меня. Глупый голос.

— Прекрати бороться с этим... со мной... и просто скажи это, Андресса. — Он говорит шепотом, уговаривает меня, его рот так близко к моему, расстояние между нами с волосок.

Мои губы жаждут его. Воспоминания о поцелуе в Китае взрываются в моем мозгу, пробуждая к жизни все мои гормоны.

Но он мой друг. И к тому же пилот.

Действительно ли я хочу пойти на это с ним?

Да, определенно хочу. Я устала сопротивляться своим к нему чувствам.

Хочу, чтобы он поцеловал меня. Хочу, чтобы он трахал меня... часами.

Рациональность оставила меня. Покинула. Убралась прочь. И сейчас я не могла переживать об этом.

Если я потеряю работу, так тому и быть. Все, что меня заботит — это как Каррик целует меня, трогает, дарит потрясающие ощущения, заставляющие забыть обо всех причинах, почему мне не стоило бы делать всего этого с ним.

Что он сможет сделать более чем умело в ту же секунду, как только я позволю ему.

— Каррик...

— Скажи это.

— Поцелуй меня.

Я чувствую, как вздымается его грудь. Пальцами он сильнее натягивает мои волосы. Я закрываю глаза в предвкушении.

Его всегда такие нежные губы касаются уголка моих мягким поцелуем.

Мое сердце колотится.

Я чувствую, как он кончиком языка касается моих губ, проводит им по линии, где они смыкаются, пробует меня на вкус. Мои губы раскрываются, и я издаю тихий стон.

Мы оба тяжело дышим. Его теплое дыхание смешивается с моим, терпкий аромат виски вместе с дорогим гелем после бритья действуют дразняще, обостряя ощущения.

Я открываю глаза, чтобы обнаружить, как он прожигает меня взглядом его голубых глаз, пристально смотрит и разрушает барьеры до тех пор, пока не остается лишь жажда.

Абсолютная жажда.

Она проносится сквозь меня. Сейчас я принадлежу ему, что бы он ни хотел со мной сделать.

Все и всё вокруг нас исчезло. Я могу видеть лишь его.

Все, что я знаю — я хочу его чертовски сильно.

Еще никогда в жизни я не нуждалась в чьем-либо поцелуе так отчаянно, как сейчас жажду поцелуя от него.

Я кладу руки ему на заднюю часть шеи.

— Я хочу тебя, — шепчу я мягко.

Нечто обжигающее и пылкое на миг вспыхивает в его глазах. Затем он обрушивает свои губы на мои. Одной рукой он хватает мои волосы, пальцами другой сжимает талию, прижимая меня к себе, и впивается в мой рот самым чувственным поцелуем из всех, что у меня были когда-либо в жизни.

Все напряжение, что выстраивалось между нами с момента, когда мы поцеловались в Китае, и до нынешней поры, уничтожилось в этом месте и в это мгновение.

Своим языком он скользит по моему, из его груди вырывается глубокий стон, на который тотчас же возникает реакция у меня между ног.

Шероховатость его отрастающей щетины эротично царапает мою кожу. Руками он находит мои ягодицы, сильно сжимает их и прижимается ко мне своими бедрами.

Святой боже.

Он твердый.

Невероятно твердый.

И мне необходимо обладать им. Сейчас.

Ничто в эту минуту не имеет значения, кроме желания чувствовать Каррика внутри себя. Пускай хоть конец света наступит, меня это не будет заботить до тех пор, пока я не займусь с ним сексом.

Честно говоря, у меня уходят все силы на то, чтобы не расстегнуть молнию на его брюках прямо сейчас и не узнать, что же меня ожидает.

Нам необходимо остаться в номере наедине в следующие несколько минут, иначе я на самом деле рискую умереть.

Каррик должно быть думает о том же самом, потому что отрывается от меня, тяжело дышит, а в его глазах видится сверкание. Хриплым, сексуальным как ад голосом он спрашивает:

— Хочешь уйти отсюда?

На моих губах возникает дразнящая улыбка, я наклоняю голову набок.

— Это вопрос с подвохом?

На его лице появляется самая сексуальная усмешка из всех, что я видела, и, прежде чем трусики успевают слететь с меня самостоятельно, он хватает меня за руку и практически тащит отсюда в направлении ожидающей нас машины.