Приемыш – Книга 2 - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 148

— Вот, значит, как вы его взяли! Как же вам это удалось?

— Не скажу. Это мой секрет, да и нет у вас таких людей, какие нужны.

— Ваш мир?

— Может мой, может другой — не важно. Важно то, что вы услышали, и то, как сработают ваши люди. А я готова вам помочь, чем смогу.

— Чешую продадите?

— Сколько вам ее надо?

— Золота у меня наберется на три миллиона.

— Готовьте свое золото, а я вам приготовлю чешую, причем добавлю еще пару миллионов. Если уцелеете, когда-нибудь рассчитаетесь. Только постарайтесь никого не спугнуть массовым изготовлением амулетов.

— Рина, спросите Лея — может быть, он знает — какими товарами торговали купцы, которым принадлежат корабли из вашего списка? Это может помочь найти хранителей.

— Хорошо, я спрошу. Удачи, Строг. Она вам понадобится.

— Все слышали? — спросила она у сидевших в кабинете Олеса и Лена.

— Тебя слышали прекрасно, — отозвался Лен. — Императора — похуже, но вроде все понятно. Непонятно, чего ты-то колотишься? Война между империями объективно полезна для королевства. Она ослабит надолго обе империи, так что им будет не до завоеваний. И Даргоны к нам летом не придут, и Ланшонам придется оставить наш материк. К тебе по ту сторону гор вроде неплохо отнеслись?

— Ты тоже считаешь, что гибель пары сотен миллионов людей пойдет нам на пользу? — спросила Ира у брата.

— Откуда такие цифры? — удивился он.

— А ты думаешь, Ланшоны оставят подобное без последствий? У них сейчас военный флот в три раза больше даргонского. Так что список потерь можешь смело умножать на два, а то и больше. Это Ланшоны с помощью нашего заклинания смогут относительно быстро избавиться от тел. У Даргонов с этим ничего не выйдет, так что эпидемии в случае войны я им гарантирую, да и голод тоже.

— Это их война, — пожал плечами принц. — Мы их не стравливали и не разжигали драку, и канцлер прав — это нам выгодно.

— Вот так живешь с людьми и кажется, что они от тебя ничем не отличаются, — грустно сказала Ира. — А потом в один не слишком прекрасный момент ты вдруг видишь, насколько они тебе чужие. Уйдите оба, я хочу побыть одна.

— Чего они от тебя выскочили такие бледные? — спросила мать, заходя в кабинет. — Я канцлера вообще впервые таким вижу.

— Они считают, что любые жертвы, которые несут народы соседей, нам на благо, потому что гарантируют от неприятностей с их стороны.

— И большие жертвы?

— Не очень. Всего каких-нибудь двести миллионов человек. А ты как считаешь?

— Я считаю, что когда речь идет о таких цифрах, понятия своих и чужих начинают размываться. Смотреть на такое и не вмешиваться можно только в одном случае: если подобное необходимо для выживания твоего собственного народа. Но ведь вопрос так не стоит?

— Нет, не стоит. Мы бы теперь отбились бы в любом случае. И даже больших потерь я не ожидаю.

— Ну и поступай, как считаешь нужным. А на них чего обижаться-то? Они очень хорошие люди, но дети своего времени. Ты думаешь, нацепила им на пояс пистолет, на руку — часы и они стали такими, как ты? Дорогая моя девочка! Это тебе еще крупно повезло, что здесь люди в массе не такие религиозные, какими были наши предки. Да и нравы вообще помягче. Почитай, что повсеместно творили у нас, какие зверства и именем бога, и просто так. Здесь, наверное, подобное тоже есть, но масштабы несопоставимые.

— Наверное, ты права. Ты по делу зашла или просто поговорить?

— Я хотела с тобой поговорить о моде.

— Хорошее же ты выбрала время.

— О моде можно говорить в любое время. Это ты просто по молодости лет этого не понимаешь. Мне уже до смерти надоело мести платьями пол, а то, что он паркетный и чистый, ничего не меняет. Эти длиннющие платья с нижними юбками здорово смотрятся со стороны, но носить такое самой… Сейчас еще ничего, но летом, наверное, буду ходить вся мокрая и вонять потом.

— А духи для чего? И потом, не нравится платье, надевай костюм.

— Ты же знаешь, что я их не люблю. Женщины должны носить платья. Но не такой же длины!

— Ты хочешь, чтобы я вышла в мини-юбке? Если сразу чокнутой никто не обзовет, почти все подумают. А подражательниц точно не найдешь. Разве что будут шить и надевать для мужей в кровать, чтобы сильней любили.

— К чему такие крайности? Что я дура и не понимаю, к чему такое приведет? Ты королева, а они всегда были законодательницами моды. Вот и влияй на моду, но медленно и постепенно, чтобы люди привыкали и не так било по мозгам, особенно мужским. Сделай платье короче всего сантиметров на десять. Даю гарантию, что через год все будут ходить в таких же. Потом нужно будет несколько раз повторить такую же процедуру, может быть, укорачивая немного меньше. В моде, как и в политике, экстравагантность противопоказана. Заодно можешь обкорнать подолы своим амазонкам, они этому только обрадуются.

— Ладно, попробую. Ты мне лучше скажи, созрела для занятий магии?

— Можно попробовать, — неуверенно сказала мать. — Зайчиков этих, с которыми играются ребята, я вижу. И когда Оля колдует, возле ее головы разные полосы мелькают, так что ты не зря со мной возилась. Если честно, мне заниматься неохота, но, может быть, не будет так скучно?

— У тебя же уже много знакомых.

— Знакомые! — пренебрежительно махнула рукой мать. — Зря ты меня принцессой сделала. Слишком здесь сильны сословные предрассудки, чтобы у меня появилась толпа подруг. Я же от скуки даже с твоей Аглаей сошлась, хотя раньше боялась ее до дрожи. Даже первый раз в обморок упала. А оказалась замечательная девушка. Да и Грая очень славная. Только для меня они все равно чужие, да и слишком молоды. А моя молодость чисто внешняя, прожитые годы никуда не делись. Мне сейчас не с девчонками шептаться, мне мужчина нужен. А где его при моем положении взять? Это тебя здесь почти все любят и все прощают, а меня мигом ославят.

— А кто тебе нужен? Наш с Земли или местный?

— Мне главное, чтобы любил так, чтобы меня ноги к положенному часу сами домой несли, а все остальное уже не так важно. Конечно, если он не полный дурак…

— Я подумаю, — пообещала дочь. — У тебя что-то еще, или это все? Раз все, я хотела бы отдохнуть. А ты готовься: с завтрашнего дня прикреплю к тебе преподавателя магии. Ты у меня на удивление чуть ли не маг средней силы, а заниматься не хочешь.

— И что мне теперь с тобой сделать? — задумчиво спросил Строг Ладий, глядя на бледного главу службы безопасности империи Страта Ларнея. — Всю запись прослушал? Твое мнение?

— Я готов принять любую казнь! — ответил Страт.

— Ты дело говори! — рассердился император. — Готов он! Если я решу, что ты заслуживаешь казни, твоя готовность никакой роли играть не будет.

— Мое мнение, что все сказанное королевой соответствует действительности. И выпутаться из этого положения без потерь мы не сможем. А вот попытаться снизить их как можно больше, а потом нанести Даргонам ответный удар, это в наших силах.

— Как думаешь действовать?

— Спешить ни в коем случае нельзя. За тридцать лет пособники Даргонов наверняка убрали из своего окружения всех недовольных и ненадежных. Поэтому ввести к ним своих людей не получится. К местным властям обращаться тоже опасно. Я бы на их месте подкупил власти в первую очередь. Конечно, чиновников никто ни во что посвящать не будет, но о нашем интересе хранителям они сразу же донесут. Лучше всего, по-моему, действовать по следующей схеме. Как только прибывает одно из судов, список которых передала королева, отслеживаем их контакты с рыбаками и передачу контейнеров. Когда маги будут знать, где и что искать, это проблемы не составит. Потом смотрим, какой караван нанимают, и посылаем в том же направлении пару не слишком больших своих караванов, в которых должны быть маги. Цель — отследить торговцев, которым сбывают товар. А дальше уже дело магов. Семьи у торговцев обычно многочисленные. Хорошие защитные амулеты и среди зажиточных граждан большая редкость, поэтому, если они будут даже на пацанах, значит, мы нашли того, кого искали. А когда найдем хотя бы два десятка таких семей, нужно начинать действовать, пока нашу возню не заметили и не приняли мер.