Стремительный (ЛП) - Джеймс Джемма - Страница 27

Наши взгляды все еще были одним целым, пока он душил меня. Момент был нереальным, его глаза сверкали, как изумруды, в те несколько секунд, когда я повернула свою жизнь к нему. Все вокруг него становилось черным, он был единственным четким пятном в мое видении, в моем мире, в моем сердце. Я открыла рот, чтобы произнести его имя, словно в последние минуты жизни. Но оно не прозвучало.

— Не борись с этим. Еще пару секунд.

Когда я пришла в себя, его имя сорвалось с моих уст, и я ощутила, как его голова исчезает у меня между ног. Он прижал свой язык к клитору и сильно надавил. Я корчилась и извивалась, конечности дрожали у него на плечах, и я начала задыхаться. Я хотела вонзиться себе в шею, но мои пальцы держали изголовье кровати. Я не отпущу, не важно, что произойдет, я не отпущу.

— Райф! — прохрипела я. — Мне нужно кончить. Позволь мне кончить, — я стала повторять эти просьбы, пока они не превратились в непрерывную молитву. Не знаю, как это возможно, но он всегда держал меня на грани. Его пальцы и язык возносили меня высоко, и мои стоны разносились по всему чердаку. Ничто на Земле не было так хорошо, как он между моими коленями, он лизал, сосал, изводил меня пальцем и просто выводил круги своим языком.

Святое дерьмо.

Он добавил еще один палец, и прислонился ртом к внутренней стороне бедра и прикусил. Его пальцы так работали во мне, что я с визгом извивалась в кровати. Его зубы впились глубже, и этот укус распространился по мне, пока я не вышла из-под контроля и не потерялась в беспомощности. Он поднес руку к моей груди и выкрутил сосок, что заставило меня кричать.

Не отпускай поручни… что бы не произошло, не отпускай.

— Пожалуйста… пожалуйста… дай мне.

Он отстранился от меня и сел на корточки, а я уставилась на него, словно не в своем уме, так как вся кровь прильнули вниз, и умоляла об освобождении. Мои слова, будто забавляли его.

— Ты словно инструмент, на котором я люблю играть. Я могу бренчать на тебе часами. Мне нравится этот способ — дикий, отчаянный и чертовски безумный, желанный.

— Ты когда-нибудь простишь меня? — я заерзала, когда слезы скатились по моим щекам. — Я сделаю все. Пожалуйста, я нуждаюсь в тебе.

— Просто прощение не сотрет все восемь лет из головы. Я не могу просто взять и вычеркнуть все это дерьмо из моей головы.

Я покраснела от стыда, когда поняла, в каком виде лежала перед ним, мокрая, а его разум держал его в прошлых ужасах.

— Я сделаю все, чтобы ты вернулся, Райф.

Его брови изогнулись над красивыми глазами.

— Кто я для тебя? Какая-то фантазия, которую ты питала все эти годы? Что я значу для тебя?

Я застонала.

— Ты мое начало и мой конец. Ты мое все.

Медленно, на его лице отразилось что-то, что отдаленно напоминало нежность, он скользнул ко мне и снова взял меня в свои руки.

— Ты определенно знаешь, как усугубить ситуацию, милая, — с тяжелым вздохом, он снова вошел в меня. Его толчки были обычными. Его рука у меня на затылке держала меня на месте, когда он покусывал мою шею. Его тело окутывало мое, словно заветный подарок, который он медленно открывал.

Он схватил меня за шею, потянул зубами, и я закричала, когда цунами началось. Я пульсировала и сжималась вокруг него, болело где-то глубоко и долго, и я не могла остановить поток криков, которые исходили из меня. Я схватилась за его волосы, больше не в состоянии держать металл, когда я могла держаться за него, не тогда, когда я кончала. И как только эта волна ушла, пришла другая. Он не прекращал движение, не замедлился и не ускорился. Он обрабатывал мое тело, словно я была только для него.

— Сделай это снова, — сказал он грубым голосом, что было чертовски сексуально. — Кричи для меня. Открой свою душу. И я сделаю это еще раз.

Я снова закричала, мое лицо было в беспорядке от слез и пота, и я ухватилась за его плечи, запустив в них ногти.

— Я люблю тебя, — я задыхалась, когда последние силы покинули меня. И я превратилась в желеобразную массу в его объятиях.

— Нет, останься со мной, — он по-прежнему двигался внутри меня, его зубы впились в мои губы, так как он был на грани. Он уронил свою голову мне на плечо, подавляя стон, и излился в меня.

Время остановилось, секунды тикали в бесконечном потоке, пока мы держали друг друга, и в конечном итоге, наше дыхание замедлилось. Смешанный с потом воздух окутал нас, запутавшихся в простынях. Я не знаю, сколько времени прошло, но его лицо оказалось напротив моего. Я вдохнула, когда он выдохнул, моя грудь вздымалась вместе с его грудью в одном ритме. Моя кожа покалывала и пылала с головы до пят, и я вздрогнула, потому что он все еще был внутри меня, и его эрекция нарастала снова.

— Это все еще чертовски трудно. Я не могу насытиться тобой, — он вжал меня в матрас и положил руки над головой. Это желание все контролировать больше не пугало меня. Это заставляет меня чувствовать себя связанной с ним, живой. Отдавая ему это, я ощущала, будто отдаю обратно эту маленькую частичку его. Я никогда не смогу искупить свой грех за годы мучений, к которым я привела его, но я могу отдать ему всю себя по маленьким кусочкам.

— Я никогда не ощущала себя так, — прошептала я.

— Как?

— Как ты. Будто я не могу насытиться.

— Моя ненасытная маленькая шлюшка, — его губы изогнулись в улыбке напротив моих, уменьшая остроту оскорбления. В отличие от Зака, говорившего так, эти слова приобретают разные значения, когда их произносит Райф. Такие, как гордость и собственническое отношение. Его пальцы сжались вокруг моих запястий. — Моя сексуальная маленькая шлюха. Я ждал слишком долго, чтобы оказаться внутри тебя, — его свободная рука гладила мою челюсть, а губы и язык боролись с моими. Мы нуждались в воздухе, и он укусил меня за плечо.

Я вдохнула сквозь стиснутые зубы.

— Мое желание ранить напугало тебя?

— Нет.

— Это ничто, Алекс. У меня есть парочка испорченных фантазий, которые я никогда ни с кем не пробовал.

Я должна была хоть чуть-чуть испугаться его признания, но поняла только одно — он никогда не делал вещей, которые хотел делать со мной.

— Например?

— Поговорим об этом как-нибудь в другой раз.

— Раайф, — простонала я.

— Мне нужно заставлять тебя плакать. Часто. Мне нравится вкус твоих слез.

— Мое сердце уже делает это. Делай то, что хочешь. Я твоя.

— Ты еще пожалеешь об этом.

Дрожь пронзила меня. Он сказал это с такой уверенностью, что у меня перехватило дыхание. Ему не нужно использовать свои руки, чтобы убить меня.

Он вышел из меня и сел на колени.

— Переворачивайся.

Я плюхнулась на живот, и вздрогнула, когда легкий озноб прошел по моей спине.

— Я не закончил с тобой. Еще нет.

Двадцатая глава

Незваный гость

Алекс

Что-то произошло. Эта мысль промелькнула у меня в голове, и я решила проверить. Я потянулась за Райфом, но мои пальцы нащупали только пустоту. Его сторона все еще излучала теплоту его тела, значит, он ушел недавно. Я подсочила, в глазах потемнело, и я начала моргать. Мы, наверное, уснули после второго раунда наших игр.

Чердак был таким же, как мы его и оставили, хотя судя по теням, я поняла, что солнце уже зашло. Как только мои глаза привыкли, я заметила, что лестница была закрыта, так же как и дверь в ванную. Вокруг кромешная тьма, значит он не в туалете. Обмотавшись в простыню, я на цыпочках подошла к лестнице и с громким лязгом отпустила ее, подпрыгнув от неожиданности. Я собралась позвать Райфа, как вдруг второй голос остановил меня.

— Кто там? — вопрос Зака поднялся прямо по лестнице, и я закрыла рот рукой, чтобы не закричать.

— Девушка, с которой я недавно познакомился. Слушай, давай поговорим об этом, когда ты протрезвеешь, — спокойный голос Райфа обволакивал меня словно мед, и я вздохнула, пока не поняла, что Зак действительно здесь, всего в нескольких шагах от меня. И он пьяный.