Арканум - Уилер Томас - Страница 50

– Дариан!

Моррис удивленно посмотрел на хозяина:

– Вы не хотите видеть мисс Эрику?

Дариан пронесся мимо него вниз по лестнице. Остановился на площадке, сорвал со стены широкую абордажную саблю из набора арабского оружия и помчался дальше.

Моррис собирался последовать за ним, но сзади скрипнула дверь. Он обернулся, увидел два зеленых кошачьих глаза, глядящих на него из темноты, и поковылял к двери.

Спустившись на первый этаж, Дариан обнаружил, что входная дверь сорвана с петель и валяется на земле. По холлу гулял ветер. Он выбежал во двор и застыл. К дому приближалась окруженная зеленым сиянием высокая фигура в плаще. Лил проливной дождь, но призрак (а это был, конечно, призрак, кто же еще) медленно шел, четко печатая шаг. Полы плаща колыхал ветер. Вспыхнула молния, и Дариану показалось, что он узнал этот плащ и... лицо.

Он попятился к дверному проему, пугливо озираясь по сторонам. В холле предметы потеряли обычную устойчивость. Стены кровоточили, а пол растягивался, будто резиновый. Он зажмурился, но это не помогло.

– Дариан! – позвала Эрика.

– Уходи! – крикнул он, задыхаясь.

На полу обозначилась тень, и Дариан помчался от нее прочь, не видя ничего перед собой. Вскоре он обнаружил, что находится в старой части особняка, которая была на сто лет старше остальных помещений. Этот коридор с огромными двенадцатиметровыми окнами, выходящими в сад с фонтаном, Дариан почему-то ненавидел с детства.

Сверкнула молния, и он с ужасом заметил на черных плитках кровавые следы. В ушах звенело.

– Дариан! – раздался сзади голос Эрики.

Он резко развернулся и упал, поскользнувшись в луже крови. Оперся на руки и медленно поднял голову. Перед ним стояла Эрика в черном платье, залитом кровью.

– За что ты меня наказал? – спросила она с мольбой в голосе.

– Дорогая, – проговорил Дариан, поднимаясь, – дорогая, мне очень жаль, но...

– За что ты меня наказал? – Она повторила фразу с жутким подвыванием.

– Оставь меня в покое! – рявкнул он. – Ты собиралась донести. Разве не так?

Она двинулась к нему, покачиваясь и делая странные движения, как заводная игрушка.

– Отойди!

– Почему ты это сделал, Дариан?

– Потому что ты не хотела меня полюбить, – наконец признался он.

– Ты убил меня за это? – удивилась она.

– И за предательство тоже! – прокричал Дариан, зажимая ладонями уши. – Да, Эрика, я тебя убил. А теперь убирайся!

В следующий момент сестру разорвали гигантские невидимые руки. Торс гулко стукнулся об оконную раму, оставив на стекле кровавый след, а ноги шмякнулись о стену и сползли на пол.

Вопль Дариана слился с раскатами грома. В конце коридора стоял озаренный зеленым сиянием призрак. С его плаща стекала дождевая вода. Дариан вскинул руки, заслоняясь.

– Дариан, я же тебя предупреждал, – произнес призрак рокочущим голосом, приходящим словно с небес. – Предупреждал о цене, которую придется заплатить...

– Это ты... Дюваль? – в ужасе прошептал Дариан.

Призрак медленно приближался.

– Зачем ты украл книгу, мерзавец? Ведь она тебе не поможет.

– Убирайся!

– Теперь ты ответишь за все свои чудовищные преступления...

Голова Дариана задергалась.

– Я сказал, убирайся!

Призрак уже был рядом, возвышаясь над ним.

– Жертвы будут отомщены...

И тут стены сотряс грохот.

– И ты заплатишь за все своей нечистой душой! – прорычал Дюваль, перекрывая шум.

С крыши на цепях быстро спустилась платформа и остановилась на уровне окна. Сверкнула молния, осветив покачивающиеся на крюках окровавленные крылатые тела. С неба начали падать еще тела, одно за другим, сопровождаемые раскатами грома и криками Дариана Демаркуса. С грязных бинтов на оконные стекла стекала кровь.

Пространство вокруг дома огласилось колокольным звоном, похожим на церковный, но не столь благозвучным.

Призрак Дюваля сбросил плащ. На груди у него висело обсидиановое зеркало Джона Ди. Звон колоколов возбуждал в зеркале вначале рябь, а потом перед объятым ужасом Дарианом возник чуждый мир. Странные светящиеся жилища в долине, окруженной зубчатыми горами под оранжевым небом с четырьмя лунами. Появился город, а в самом центре пирамидальный храм, грандиознее египетских пирамид. Туда с тяжелыми вздохами входили фантастические существа и каким-то образом втягивали за собой Дариана. Внутри было сумрачно и влажно. Что-то шумно дышало. Огромное, распухшее.

Постепенно Дариан различил форму этого гигантского существа. Оно отдаленно напоминало человека с желтой, ноздреватой кожей. Когда глаза привыкли к полумраку, он увидел мясистые губы и жуткие застывшие глаза.

Голиаф...

Дальше Дариан уже перестал что-либо воспринимать, потому что взорвалась голова, а следом остановилось сердце. Закатив глаза, он рухнул на каменный пол огромного холла. Призрак Дюваля застыл над распростертым Дарианом. За окном на крюках покачивались погубленные им ангелы.

Дождь стихал. Гроза уходила.

Моррис стоял в темном танцевальном зале, целясь из ружья в шторы. Сзади раздалось мурлыканье. На столе лежала свернувшись гибкая женщина, похожая на кошку. Она посмотрела на Морриса и протянула руки. Он шагнул к ней, вспомнив свою детскую «любовь» к кошкам. В ладонях у нее что-то тускло засветилось. Она дунула, и Морриса окутала удушающая пыль. Глаза и горло обожгло огнем. Он начал кашлять, и вдруг за его спиной раздвинулись шторы. Кто-то очень сильный схватил Морриса одной рукой за промежность, а другой сдавил шею. Первый раз в жизни его подняли в воздух.

Гигант швырнул Морриса в окно танцевального зала с такой легкостью, что тот даже не успел вскрикнуть. Огромное тело выбило раму и полетело вниз. Ветер приятно холодил обожженные щеки. Внизу крутилась земля, готовая его встретить. Моррису показалось, что он летит очень долго. Наконец сильный удар о бетон вызвал резкую вспышку боли.

И через мгновение все закончилось.

На первом этаже кипела работа. Двое в черном из команды Себастьяна склонились над телом Эрики Демаркус, плавающим в луже кукурузного сиропа. Акробат Попо, карлик Брюс и Лавкрафт, управляющие призраком Дюваля, разбирали снаряжение. Лавкрафт еще ухитрился вести звукозапись с помощью придуманного им диктофона и специальной трубы.

Вошел Дойл.

– Запись получилась?

– Думаю, да, – ответил Лавкрафт, похлопав ладонью по диктофону.

За окном убирали манекены, изображающие тела ангелов. Они были сделаны из вымоченных в сиропе картофельных мешков.

– Ну как? – воскликнул Себастьян Алоизиус. – Правда, получилось не хуже, чем в «Принце крови»?

– А что с этим санитаром из лечебницы «Беллью»? – спросил Дойл.

– Он выпал из окна, – промолвил Отто.

– Все прошло замечательно, Артур, – заявил Себастьян. – Это надо отметить.

– Нет, мой друг, праздновать еще рано, – возразил Дойл, вглядываясь в мертвое лицо Дариана Демаркуса. Под подошвой что-то хрустнуло. Он поднял ногу и увидел осколки голубого монокля.

Лавкрафт надел знаменитую костяную рукавицу – Раковину Элтдауна, – повернул барабан на управляющем устройстве и внимательно изучил заплясавшие в воздухе символы.

– Есть что-нибудь? – спросил Дойл.

– Нет. – Лавкрафт перестал вращать барабан и снял защитные очки. – Все чисто.

– Значит, мы можем известить соратников об успешном завершении операции.