Авемпарта - Салливан Майкл Дж. - Страница 13

— Что у вас там в корзине, добрая женщина? — спросил Сальдур. — Может, найдется что-нибудь покрепче простой воды?

— Я как раз захватила с собой пинту бренди! — обрадованно воскликнула Бернис и, спохватившись, что ее могут понять неправильно, добавила: — На случай если станет холодно.

— По-моему, как раз настало время согреться, — сказал Сальдур, потирая руки и делая вид, что дрожит от холода.

Ариста удивленно вскинула брови.

— Да здесь жарко, как в печке, — заметила она, оттягивая высокий воротник платья, доходивший ей до подбородка.

Алрик неоднократно подчеркивал, что она должна одеваться скромнее, особенно когда она разгуливала по замку в алом платье трактирщицы с глубоким вырезом на груди. Бернис воспользовалась этим приказом, чтобы заковать Аристу в тяжелые старомодные одежды. Единственным исключением было платье, в котором принцесса должна была встретиться с королем Данмора. Ариста хотела всеми возможными способами произвести хорошее впечатление и решила надеть платье для официальных приемов, когда-то принадлежавшее ее матери. Это было самое роскошное платье, какое она когда-либо видела. Когда мать надевала его, все провожали ее восхищенными взглядами. В нем она выглядела так величественно и потрясающе, как настоящая королева.

— Старые кости ломит, дорогая Бернис, — сказал Сальдур. — Почему бы нам с вами не выпить по стаканчику?

При этих словах старушка застенчиво улыбнулась. Ариста отдернула бархатную шторку и взглянула в окно. Ее карета ехала в середине длинной вереницы повозок. Их сопровождал эскорт всадников, среди которых находились и Мовин с Фаненом, но их не было видно, так как оконная рама ограничивала обзор.

Они проезжали через Гент, именовавшийся королевством, несмотря на отсутствие короля. Здешними землями вот уже несколько сотен лет напрямую управляла церковь Нифрона. В этой каменистой местности было мало деревьев, а холмы до сих пор оставались темно-бурыми, словно весна запаздывала, пренебрегая своим долгом и заигравшись в других владениях. Высоко над равниной, совершая широкие круги, парил ястреб.

— Ох Боже мой! — воскликнула Бернис, когда карета снова подскочила.

Так она, можно сказать, выражала свое возмущение. Посмотрев в ее сторону, Ариста заметила, что из-за тряски ей не удается аккуратно налить бренди в стакан. Саули держал бутылку, Бернис — стакан, и оба тщетно пытались уловить тот момент, когда их руки встретятся посередине, как это бывает во время игрищ на Майской ярмарке. Такие игры только с виду кажутся простыми, но тот, кто решается принять в них участие, обычно попадает в дурацкое положение. Наконец Саули ухитрился вовремя наклонить бутылку и выполнил свою задачу, чему оба несказанно обрадовались.

— Ни капельки не пролито, — сказал он, очень довольный собой. — Предлагаю тост за нашего нового посла. Мы будем тобой гордиться. — Он поднял стакан, сделал большой глоток и со вздохом откинулся на спинку сиденья. — Ты раньше бывала в Эрваноне, милая?

Ариста отрицательно покачала головой.

— Думаю, он покажется тебе очень одухотворяющим. Честно говоря, я удивлен, что отец никогда не возил тебя туда. Каждый прихожанин церкви Нифрона должен хотя бы раз в жизни совершить это паломничество.

Ариста кивнула и не стала упоминать, что ее отец никогда не был особенно религиозен. Играя роль короля, он должен был участвовать в церковных службах, но нередко пропускал их, если на реке был хороший клев или охотники сообщали, что видели в долине оленя. Конечно, временами и он искал утешения в лоне церкви. Ариста часто думала о его смерти. Зачем он пошел в часовню в ту ночь, когда гнусный гном убил его? Более того, откуда дядя Перси знал, что он будет там, как он смог использовать эти сведения для того, чтобы спланировать убийство?

Ариста терялась в догадках, пока не поняла, что отец тогда не столько молился Новрону или Марибору, сколько разговаривал с ней! В тот день была годовщина пожара и смерти матери Аристы. Он имел обыкновение посещать в этот день часовню, и Аристе не давала покоя мысль, что ее дядя знал привычки отца лучше, чем она сама. Ее беспокоило также, что ей ни разу не пришло в голову отправиться туда вместе с отцом.

Голос Сальдура вырвал ее из размышлений:

— Тебе выпала честь встретиться с его преосвященством архиепископом Гентским.

Ариста выпрямилась на сиденье и удивленно сказала:

— Алрик об этом ничего не говорил. Я думала, мы в Эрваноне проездом по пути в Данмор.

— Это не официальный визит, но архиепископ очень хочет познакомиться с новым послом Меленгара.

— А с патриархом я тоже увижусь? — обеспокоенно спросила Ариста.

Одно дело не подготовиться должным образом к посольству в Данморе, но встретиться с самим патриархом без всякой подготовки было бы просто ужасно.

— Нет, с патриархом ты не встретишься. — Сальдур снисходительно улыбнулся, будто глядел на ребенка, который пытается сделать первые шаги. — Патриарх — это почти голос Бога для нас до тех пор, пока мы не найдем наследника Новрона. Он живет в уединении и разговаривает очень редко. Это великий человек, очень святой человек. К тому же мы не можем задержаться тут надолго. Ты же не хочешь опоздать в Гламрендор на встречу с королем Розвортом.

— Полагаю, тогда мне придется пропустить состязания.

— Не вижу для этого оснований, — сказал епископ, сделав очередной глоток бренди, отчего губы у него влажно заблестели.

— Если я поеду в Данмор, я не смогу остаться в Эрваноне, чтобы…

— О, состязания будут проводиться не в Эрваноне, — объяснил Сальдур. — Эти объявления, которые ты, без сомнения, видела, всего лишь означают, что участникам необходимо там собраться.

— Где же они состоятся?

— Это своего рода секрет. Учитывая, насколько грандиозное мероприятие нам предстоит, важно держать все под контролем, но вот что я тебе скажу: Данмор нам по пути. Ты проведешь там достаточно времени, чтобы получить аудиенцию у короля, а потом отправишься на состязания вместе с остальными. Алрик, несомненно, захочет, чтобы его посол присутствовал на таком важном мероприятии.

— Замечательно. Хотелось бы, чтобы так и было. Фанен Пикеринг собирается принять участие. Но значит ли это, что вас там не будет?

— Это зависит от решения архиепископа.

— Надеюсь, вы не пропустите состязаний. Уверена, что радость Фанена будет тем больше, чем больше будет болельщиков.

— О, но это будут не совсем обычные соревнования, хотя мне известно, что глашатаи именно так их и преподносят. Весьма жаль, потому что патриарх задумывал нечто иное.

Ариста озадаченно посмотрела на него:

— Я думала, что это будет традиционный турнир. В объявлении, которое я видела, говорилось, что церковь устраивает большие соревнования, речь шла о проверке храбрости и мастерства, а победитель должен был получить какую-то ценную награду.

— Да, и это все правда, но вводит в некотором роде в заблуждение. Мастерство не понадобится, по крайней мере не так, как храбрость и… В общем, скоро узнаешь.

Он покачал пустым стаканом и нахмурился, потом с надеждой взглянул на Бернис.

Ариста еще какое-то время вопросительно смотрела на священника, гадая, что все это может означать, но Саули явно не собирался продолжать разговор. Она снова повернулась к окну и выглянула наружу. Хилфред ехал на белом коне рядом с каретой. В отличие от Бернис ее телохранитель был человеком молчаливым и ненавязчивым. Он всегда находился рядом, приглядывал за ней, но уважал ее право на частную жизнь. По крайней мере настолько, насколько это мог делать человек, обязанный повсюду следовать за ней. Ариста всегда видела его, но он никогда открыто на нее не смотрел. Короче говоря, он был ее идеальной тенью. Так было всегда, но после суда он изменился. Перемены были едва заметны, но она чувствовала, что телохранитель внутренне отдалился от нее. Может быть, его терзало чувство вины за свои показания на суде, а может, он, как и многие, поверил выдвинутым против нее обвинениям. Возможно, Хилфред считал, что служит ведьме, или даже жалел, что спас ее из огня той ночью. Ариста задернула занавеску и вздохнула.