Янтарная Цитадель - Уоррингтон Фреда - Страница 100

– Дразнил я ее. Мальчишкой, – поспешно поправился Руфрид. – Давно это было. Сейчас я хочу спасти ее.

Кулачищи разжались.

– Несколько человек отправили в Париону. Резчики нужны им, каменотесы. Но что сталось с ней, так и не узнал я. Одно верно – здесь ее более нет.

– А бежать ты не пробовал? – прошептал Руфрид.

– Дважды. Первый раз избили, кандалы одели. Второй раз били, одевали в кандалы моих друзей, на моих глазах. С тех пор не бежал, страшно. Восемь солдат прибегали меня держать! – добавил он, сверкнув ухмылкой.

– За работу! – приказал стражник.

– Ну, молодец, – пробормотал Руфрид, заставляя двигаться протестующее тело.

К вечеру ему казалось, что он уже никогда не сможет пошевелиться. После безвкусного ужина, покуда рекруты торопливо готовились ко сну, Руфрид изучал обстановку. Двери барака, толстые и хорошо подогнанные, запирались снаружи; в оконца не пролезла бы и кошка; снаружи постоянно прохаживались стражники, и полыхали факелы.

Он тяжело опустился на койку, пошевеливая измозоленными пальцами.

– Ноют? – сочувственно спросил светловолосый юнец с соседней койки.

– Вряд ли замфераи пользуются клиньями и бурами, – задумчиво проговорил Руфрид. – Они голыми руками выманивают камень из земли. Ловки на диво. От таких карл и не ждешь…

Все взгляды обратились к нему.

– Замфераи – наши враги! – воскликнул светловолосый.

– С чего бы?

– Из-за них все несчастья: обвалы, лавины, взрывы! Проклятые черви! А ты еще их расхваливаешь? Да они просто мелкие, кровожадные бесы!

Руфрид оглядел лица своих обвинителей. Ему вспомнились замфераи Сребренхольма, и гнев Вранофа.

– А я их понимаю, вот что, – заявил он, и принялся рассказывать, что открылось ему и его спутникам в царстве лазурных замфераев.

Товарищи слушали его, точно завороженные.

– Так что не вы виноваты, что разгневали замфераев, – закончил Руфрид. – Это государева вина. А страдаете за нее вы. Не пора ли положить конец этому?

– Как?

– Да отказаться работать.

Кое-кто ехидно хохотнул, но почти каждый невольно распахнул глаза.

– Мы не можем, – пробормотал кто-то. – Если так велит царь, нам должно исполнять его волю.

– Даже если царь обезумел от безнаказанности, и подданных своих не считает за людей? Очнитесь! Пора выбираться отсюда!

– Ты с ума сошел. Это невозможно.

Последовал еще один нескончаемый день. Руфрид примечал, с какой ленцой стражники обходят истерзанные холмы. Похоже, они до смерти истомились бездельем, но каждый из них вооружен и обучен… сойдет ли молот вместо меча? И какой ублюдок забрал его элирский клинок, его лук? Юноша скривился. Отчаяние начинало поглощать его.

Третий день. Руфрид так устал, что начал понимать, почему у его товарищей не хватало сил на бунт. Куда как проще вернуться в барак, рухнуть на койку и ни о чем не думать. Но вечером он снова завел беседу, высказывая все, что только мог надумать, чтобы лишь распалить их. И товарищи его начали задавать вопросы. Стоило прорваться плотине, и на Руфрида обрушился потоп жалоб на жестокость стражи, горя по оставленным родным и хозяйствам.

Юноша заснул прямо во время разговора, и проснулся глухой ночью, как от толчка. Все было тихо, только храпел Беорвин, но Руфрида не оставляло чувство, что его позвали по имени. Он лежал, напряженно прислушиваясь, и зов повторился.

– Руфрид! – послышался резкий шепоток.

Юноша приподнялся на локте. Откуда исходит голос, он понять не мог – словно бы из-под койки.

– Кто здесь?

Что-то запрыгнуло ему на одеяло, перепугав до полусмерти.

– Тш!

Сердце Руфрида бешено заколотилось.

– Боги! – прошептал он.

Проникающий через окошко переменчивый свет факелов озарял низкорослую фигурку. На койке стоял замферай. Черные космы пронизывали синие прядки, плечи и чресла украшали хрустальные иглы. Это был Враноф.

Руфрид воззрился на карлу-воителя, уверенный, что бредит.

– Откуда ты взялся?

– Я следовал за Элдаретом с тех пор, как вы покинули наши владения, двигаясь подземными путями. Он за стеной. Смотри.

Ошеломленный юноша скатился с кровати, и увидал за оконной щелью уверенное, суровое лицо странника. В руке Элдарет сжимал факел, видно, из расставленных вкруг барака.

– Руфрид, слава богам! – негромко воскликнул он. – Мы три дня тебя искали. Я нашел Ястребка, бродившего по лесу; сейчас он в укрытии, с моим конем. Я выяснил, что отряд солдат просто хватал всех встречных и отправлял сюда. Негодяи!

Руфриду хотелось плясать от радости, пока запоздалая мысль не окатила его холодом.

– Элдарет, тут вокруг стража!

– Знаю. Двоих я уже убил. Теперь, пока не явятся новые…

– Дверь заперта. Другого выхода нет. Если мы начнем ее выбивать, на шум сбежится вся стража.

– Знаю. Вот они пускай вас и выпустят.

– Как?

– Я передам тебе факел. Разбуди остальных, объясни, что делать, когда дверь откроется. Потом подпали одеяло, и начинай голосить: «Пожар!».

– Ты с ума сошел! – восхищенно промолвил Руфрид.

– Погоди. Тут для тебя подарок. – К изумлению Руфрида, Элдарет пропихнул через окно меч в ножнах. Его элирский клинок! Потом его лук и стрелы, поясной нож, и еще с полдюжины обычных коротких мечей.

– Раздай людям, – приказал странник. – Мы с Вранофом наткнулись на оружейню на задах стражницкой. Немного, но больше взять неоткуда.

– Выбили дверь? – поинтересовался Руфрид, прилаживая перевязь.

– Не было нужды. Враноф просочился в щель между досками.

– Не знаю, как тебя благодарить…

– Брось. Ты еще не на свободе.

Первым Руфрид разбудил Беорвина, потом – остальных. Многие просыпались сами от мерцания факела. При виде Вранофа кое-кто готов был на него броситься.

– Слушайте меня! – резко промолвил Руфрид. – Это наш единственный шанс бежать. Вместе мы сумеем одолеть стражу.

– Я говорил с замфераями Нафенета, – добавил Враноф. – Мы враги лишь тем, кто оскверняет землю. Тем, кто желает бежать, мы поможем. Идите с Элдаретом, и мы станем вам друзьями.

– Элдаретом? – переспросил кто-то, признав имя.

– Я здесь, – прошептал из окна странник, помахав рукой. – Все вопросы потом. Доверьтесь мне!

Рекруты поспешно натягивали штаны, рубахи, драные рабочие куртки. Руфрид спал одетым: несмотря на грязь, так ему было удобней.

– Кто умеет обходиться с мечом? – спросил он.

Шесть клинков расхватали во мгновение ока.

– Соберитесь у двери! – приказал он. – Будьте готовы пробиваться!

Скомкав свое одеяло, он подпалил его факелом и бросил на пол с воплем:

– Пожар! На помощь! Пожар!

Комнату заполнил едкий дым. Руфрид затаил дыхание – а что, если стражники не отзовутся? Но почти сразу же послышался топот ног, потом – скрип отпираемых замков и скрежет засовов.

Из открытой двери хлынул дым, а в нем – рекруты, захватившие немногочисленных стражников врасплох. Не успели те обнажить оружие, как на головы им набросили одеяла, и замелькали мечи и подхваченные под ногами булыжники.

Руфрид ринулся к женскому бараку и откинул засовы. Ключей у него не было, так что замки пришлось выбивать пинками. На подмогу ему поспешил Беорвин. Пленницы уже проснулись от шума, и сами пытались вышибить дверь изнутри. Внезапно створка рухнула; на пороге встал Элдарет, высоко подняв факел.

– Бежим! – воскликнул он. – За мной! Выходите, и я подожгу барак!

Пламя занялось быстро, стоило женщинам покинуть здание. Слышались радостные крики. Успех ударил рекрутам в голову. Расхватав факелы, они ринулись навстречу бегущим наперерез стражникам. Факелы были длиннее клинков. Заполыхала стражницкая, озаряя ночь пламенными языками и рассыпая алые искры. Лагерь погрузился в хаос.

Навстречу бунтовщикам двинулся плотный строй солдат; старшины раздавали приказы. Впереди шагал сам воевода. Руфрид видел его только раз, да и то издали. То был светловолосый великан, выше даже Беорвина, и безжалостный, как камень.