Запретная Магия - Уэллс Энгус - Страница 20

А я знаю, как это узнать.

Именно Азумандиас и обучил меня чародейству: я с удовольствием учился у него до тех пор, пока он не попытался заручиться моей поддержкой в осуществлении своего замысла. Когда я понял, сколь далеко простирается его честолюбие, я решил противодействовать ему. Я достаточно знаю о его намерениях, чтобы начать собственное расследование, и я придумал, как обуздать его.

— Карта? — прошептал Каландрилл.

— Нет, хотя она играет решающую роль в достижении нашей цели, — сказал Варент, и Каландрилл обратил внимание на местоимение «нашей». — Все не так просто. Карта вместе с документами, которыми я обладаю, дает нам средство борьбы с Азумандиасом. Усыпив своих детей, Ил и Кита очень хорошо их спрятали и заколдовали усыпальницу. Азумандиас знает заклятье, но не знает, где они покоятся. Это место указано в «Заветной книге». Она — в Тезин-Даре.

— Тезин-Даре? — едва слышно повторил Каландрилл.

— Именно, в Тезин-Даре, — подтвердил Варент.

— Но Тезин-Дара не существует, — возразил Каландрилл. — Да и сама «Заветная книга» — выдумка. Просто легенда, и все. Медиф отрицает, что они когда-либо существовали. Даже Рассен сомневается в их реальности.

— Однако они существуют, — твердо заявил Варент. — Тезин-Дар находится где-то в Гессифе, среди непроходимых топей. Может, это самое труднодоступное место в мире, но оно существует.

— И карта показывает, где? — спросил Каландрилл. Варент торжественно кивнул и поднял кубок, приветствуя его:

— Ты очень сообразителен. Мне это нравится. Одна из причин, почему я решил обратиться именно к тебе. У тебя цепкий ум.

— Но если все это правда, то почему бы не рассказать об этом отцу? — спросил Каландрилл. — Зная это, он не сможет тебе отказать.

— Твой отец — человек слишком земной, — возразил Варент. — Неужели ты думаешь, что он мне поверит? Скорее всего, он заподозрит, что Альдарин что-то там замышляет. Что-то такое, чтобы обойти Секку на Побережье.

Это было правдой, и Каландрилл кивнул.

— Более того, — продолжал Варент, — даже если домм и поверит мне и допустит меня до архивов, вряд ли он позволит мне довести это дело до конца так, как я считаю нужным. Он боец, он человек дела. И он непременно захочет послать экспедицию в Гессиф, может быть, под водительством твоего брата. А это насторожит Азумандиаса, который не преминет прибегнуть к своим чарам. Именно поэтому я и не отважился рассказать об этом кому бы то ни было в самом Альдарине. У Азумандиаса полно шпионов за границей, и если только он заподозрит, сколько я знаю, он покончит со мной в течение часа. Нет, друг мой, оружие здесь неприемлемо.

— Что же тогда? — хрипло спросил Каландрилл.

— Надо уничтожить «Заветную книгу», — сказал Варент. — Уничтожить до того, как Азумандиас откроет ее местонахождение. Но здесь необходима хитрость. Цепкий ум и знания ученого могут победить там, где армия бессильна. Эту задачу могут выполнить двое или даже один человек, не больше. Книгу надо найти и уничтожить до того, как о ней узнает Азумандиас.

Ну, поможешь мне? Или оставишь меня один на один с Азумандиасом?

Глава четвертая

Каландрилл не спускал с Варента расширившихся глаз, в голове у него стоял полный сумбур. Он не сомневался в том, что посол говорит правду, но правда эта была ужасна! Умалишенный колдун задумал вернуть к жизни Безумного бога? Да это приведет к катаклизму, к разрушению мира! И Варент ищет его помощи. Только его…

«Пересеки воду, и найдешь то, что ищешь, хотя люди и говорят, что этого не существует… Я вижу учителя… Ты будешь много путешествовать и повидаешь такое, чего не видел ни один южанин… — вспомнил он слова Ребы. — Ты будешь искать то, чего найти невозможно, и обретешь разочарование…»

По крайней мере до сих пор все сбывается — он потерял Надаму, и в Секке его ждет лишь разочарование. Он уже больше не сомневался, что Варент и есть предсказанный ему учитель. Так вот оно, испытание, о котором говорила ему провидица! Он торжественно кивнул.

— Что я должен делать?

— Я знал, что ты не откажешь! — с улыбкой воскликнул Варент. — Ты должен найти эту карту.

Разочарование: и это все?

— Я не могу выйти из комнаты, — ответил Каландрилл, вдруг погрустнев.

— Я поговорю за тебя, попробую умаслить твоего отца. В конце концов, я ведь действительно почетный гость. И когда тебя освободят, ты отыщешь карту и передашь мне.

— А как я ее узнаю? — поинтересовался Каландрилл.

— Она была начертана Орвеном во времена Фомы. На ней стоит печать домма и знак картографа. Ты наверняка знаешь печать домма. А знак Орвена выглядит вот так…

Варент поднял руку с вытянутым вперед указательным пальцем и нарисовал что-то в воздухе. Из пальца его вдруг заструился серебристый лунный свет, и перед глазами Каландрилла повис переливающийся рисунок.

— Запомнишь? — спросил Варент и, когда Каландрилл кивнул, сжал руку в кулак — серебристый воздушный рисунок исчез.

— А что потом? — спросил Каландрилл.

Неужели ему отведена лишь эта жалкая роль?

— Затем, — сказал Варент, вновь развеселившись, — я отплачу любезностью за любезность, как и обещал. В день моего отъезда я буду ждать тебя у себя, и мы уедем вместе.

— В Альдарин?

Только туда?

— Нет, мне и дальше понадобится твоя помощь, — глаза Варента маняще блеснули. — Сам я не могу уехать из Альдарина, боюсь, что Азумандиас заметит мое отсутствие и пошлет в погоню своих волшебных псов. Это будет конец. Нет, мой друг, я прошу у тебя очень — может, даже слишком — многого. Ты знаком с Древним языком, и ты один из немногих, кто способен отыскать «Заветную книгу». Ты должен пойти в Тезин-Дар.

«Ты будешь много путешествовать… и повидаешь такое, чего не видел ни один южанин…» Предсказание! Не иначе!

— Хорошо! — тут же согласился Каландрилл.

— Это опасно, — предупредил его Варент.

Каландрилл пожал плечами. Затем опять вспомнил предсказание: «…За ним придет еще один человек, и ему ты тоже можешь довериться…»

— Может, мне следует нанять телохранителя? — спросил он.

— Блестящая мысль, — согласился Варент. — У тебя есть кто-нибудь на примете? Человек, которому можно доверять?

Брахт уже услужил ему, к тому же керниец сейчас без работы.

— Есть человек, которого зовут Брахт, — сказал он. — Кернийский наемник.

— Твой спаситель? — Варент задумался, плотно сжав губы. Затем кивнул. — На кернийцев можно положиться. Где его найти?

Каландрилл нахмурился. Как называется тот постоялый двор?

— У него комната в доме прямо на окраине Купеческого квартала. Там еще вывеска такая, «Путник», что ли?

— Я наведу справки, — пообещал Варент, но тут же сурово посмотрел на Каландрилла. — Но он не должен знать ничего о нашей настоящей цели, а то еще сообщит Азумандиасу. Мы скажем ему, что ты бежишь из Секки в поисках неких знаний. Как думаешь, он этим удовлетворится?

— Думаю, да, — сказал Каландрилл.

— Прекрасно, я отыщу его, — пробормотал Варент. — Ну, а теперь мне, пожалуй, пора, а то меня здесь еще кто-нибудь застукает. Запомни: тайна — наше лучшее средство от чар Азумандиаса. — Он встал, накинул на плечи черный плащ и взял Каландрилла за руки. — Благодари Деру за то, что ты мне встретился, Каландрилл. Вместе мы победим Азумандиаса.

Каландрилл с улыбкой ответил на его рукопожатие. Так хорошо, когда к тебе относятся как к мужчине!

— Хорошо, — твердо сказал он.

Варент кивнул и вышел на балкон. Каландрилл подошел к двери. Ветер зашелестел в черных складках накидки, человек замерцал и вдруг пропал, оставив после себя запах миндаля.

Долго еще Каландрилл стоял и смотрел на опустевший балкон; наконец, улыбаясь, закрыл дверь. Первый шаг сделан, приключение началось. Он не станет священником. Он докажет и отцу, и Тобиасу, что уже не мальчик, что он мужчина, что у него есть собственная судьба, которой он намерен следовать. Он вернется героем. И что тогда подумает о нем Надама? Он был слишком возбужден, чтобы уснуть, и потому бросился в кресло, поднял брошенную книгу и быстро перелистал страницы в поисках того, что Медиф пишет про богов.