Могила - Вилсон (Уилсон) Фрэнсис Пол - Страница 91

Часть девятая

Манхэттен

Вторник, 7 августа 198...

Глава 1

Потому, что я и сам стал смертью.

Я — разрушитель миров.

«Бхагавадгита»

Со смешанным чувством ярости, досады и беспокойства Джек бросил трубку на рычаг. Уже в десятый раз за сегодняшнее утро он звонил Кусуму домой и выслушивал бесконечный ряд гудков. Эти звонки он чередовал со звонками в справочное бюро Вашингтона, где ему не могли дать нужную информацию. И тогда когда он дозвонился до справочного бюро Мэриленда, ему сообщили номер Кусума Бхакти в престижном пригороде Вашингтона Чеви-Чейз.

Но и там все утро на звонки никто не отвечал. Отсюда до столицы всего четыре часа езды, и Калабати уже несколько раз могла бы добраться до Вашингтона, если только, конечно, она действительно уехала из Нью-Йорка. Но Джек понимал, она не могла просто так уехать.

Вероятнее всего, Калабати заперта где-то связанная, с кляпом во рту. Возможно, дело обстояло и не так, но Джек все больше склонялся к мысли, что Калабати — пленница своего брата. Скорее всего, Кусум пошел на этот шаг из-за отношений Калабати и Джека, которые не одобрял с самого начала. Поэтому Джек чувствовал себя ответственным за бедняжку.

Калабати... Какие чувства он к ней испытывает? Она ему не безразлична, но он не мог сказать, что любит ее.

Она, сохранив детскость, пожалуй, относится к тем людям, которые понимают и принимают его беспрекословно, и даже восхищаются им таким, какой он есть. И кроме того, физическое притяжение, духовная связь делали их отношения серьезными, но это и не любовь.

Джек понимал, что должен помочь Калабати. Он все утро не отходил от телефона! Но почему не отправился на ее поиски?

Потому что ему нужно было еще побывать на Саттон-сквер. Что-то внутри него толкало его к этому дому, и он не мог сопротивляться этому ощущению. По опыту Джек знал, что нельзя отмахиваться от интуиции. Он не верил ни в экстрасенсов, ни в телепатию. Но его подсознание говорит ему о чем-то, хотя до сознания смысл еще не дошел.

А подсознание все утро твердило ему, что он должен поехать на Саттон-сквер. И сделать это сегодня. Сейчас.

Джек накинул на себя куртку, засунул свой верный пистолет в кобуру. Порывшись среди инструментов, он нашел острую, тонкую пластиковую линейку, незаменимую вещь для открывания замков. Ему это всегда может пригодиться, и направился к двери.

Начав действовать, он снова почувствовал себя на подъеме.

Глава 2

«Кусум?»

Калабати услышала какой-то треск, доносившийся из коридора. Она приложила ухо к двери. Шум определенно исходил от двери, ведущей на палубу. Кто-то открывал се. Это мог быть только Кусум.

Про себя Калабати молилась, чтобы он пришел и освободил ее.

Ночь показалась ей бесконечной. Откуда-то из глубины корабля до Калабати доносился слабый шелест. Конечно, она знала, что находится в полной безопасности, так как была полностью изолирована от ракшасов. Даже если кто-то из них вырвался бы из трюма, ожерелье защитило бы ее. И все же сон ее был неспокойным и прерывистым. Она думала о том, что Кусум окончательно сошел с ума, она беспокоилась о Джеке и о том, что Кусум может сделать с ним. Но даже если бы она и не думала ни о чем, вряд ли смогла бы спать спокойно. В каюте вентиляция оказалась очень плохой, а к утру, когда солнце начало нагревать воздух, в каюте стало так жарко, что Калабати казалось, она — в сауне. Это становилось невыносимым. В каюте была крошечная раковина, но вода из крана шла очень грязная и вонючая.

Калабати начала дергать за ручку двери. С тех пор как Кусум запер ее, она проделывала это уже тысячи раз. Ручка поворачивалась, но дверь не открывалась. Изучив все детально, Калабати обнаружила, что Кусум все продумал заранее и устроил так, чтобы дверь можно было открыть только снаружи.

И вдруг стальная дверь открылась. Калабати отступила. В каюту вошел Кусум, держа в руке коробку. В глазах брата она увидела сочувствие.

— Что ты сделал с Джеком? — обеспокоенно спросила Калабати, глядя ему в лицо.

— И это твоя главная забота? — мрачно спросил Кусум. — Тебя не волнует, что он чуть не убил меня?

— Я хочу, чтобы вы оба были живы! — воскликнула она совершенно искренне.

Похоже, Кусум слегка успокоился.

— А так оно и есть. Мы — оба живы. И Джек останется живым, если не будет вмешиваться в мои дела.

Калабати почувствовала слабость. Теперь, зная, что Джек не пострадал, она почувствовала себя свободной, чтобы сконцентрироваться на своем деле. Она шагнула к брату.

— Кусум, позволь мне уйти отсюда, — попросила она. Она не хотела его умолять, но мороз пробегал по коже от одной мысли, что она проведет еще ночь запертой в этой каюте.

Прекрасно понимаю, что эта ночь не из лучших в твоей жизни, — сказал Кусум, — мне очень жаль. Но потерпи, долго это не продлится. Сегодня вечером я отопру дверь.

— Вечером? Но почему не сейчас?

Он улыбнулся:

— Потому что мы еще не отчалили.

У Калабати упало сердце.

— Мы отчаливаем сегодня?

— Течение изменится после полуночи. Я уже предпринял меры, чтобы заполучить последнюю из Вестфаленов. И когда она будет в моих руках, мы отправимся в плавание, в Индию.

— Очередная старушка?

Калабати заметила, как передернулось лицо брата.

— Возраст тут ни при чем. Единственное, что имеет значение, — она последняя из рода Вестфален.

Кусум поставил на стол коробку и начал распаковывать ее. Он вынул две маленькие упаковки с фруктовым соком, судки с салатом, бумажные стаканчики и столовые принадлежности. На дне коробки лежали газеты и журналы, все на языке хинди. Кусум открыл судки, и наружу вырвался запах овощей и риса с карри.

— Я принес тебе поесть.

Несмотря на отчаяние и подавленное состояние, Калабати почувствовала, как ее охватил страшный голод. Но она заставила себя отвлечься от чувства голода и посмотрела на открытую дверь. Если резко броситься вперед, то можно захлопнуть дверь с той стороны и убежать.

— Умираю с голоду, — сказала она, двигая стол в угол, чтобы поставить его между Кусумом и дверью. — Кто приготовил?