Застава - Вилсон (Уилсон) Фрэнсис Пол - Страница 74

Гленн кивнул Магде и подошел к профессору, вежливо склонившись над ним, как настоящий великан над лилипутом. На нем были шерстяные штаны, высокие сапоги и свободная шелковая рубашка с расстегнутым воротничком. Он поставил оба кресла на землю и протянул профессору руку.

— И вам доброе утро, сэр. Я вчера познакомился с вашей дочерью.

— Теодор Куза, — неохотно отозвался отец, не пытаясь скрыть своего недоверия к незнакомцу, так смело вмешивающемуся в их разговор. Потом он медленно вложил свою жесткую и непослушную руку в ладонь Гленна. Последовало нечто вроде рукопожатия, после чего Гленн предложил Магде кресло.

— Сядьте лучше сюда. Земля еще сырая. Магда поднялась с травы.

— Спасибо, я постою, — сказала она, пытаясь выглядеть надменной и неприступной. Ей очень не понравилось то, что Гленн подслушивал их разговор, а теперь еще намеревается присоединиться к ним. — Мы с отцом как раз собирались уходить.

Магда шагнула к инвалидной коляске, но Гленн решительно преградил дорогу и положил руку ей на плечо.

— Пожалуйста, останьтесь. Меня разбудили ваши голоса. Вы, кажется, обсуждали замок и говорили что-то насчет вампиров. И мне очень захотелось послушать. Можно? — Он улыбнулся.

Магда не нашлась, что ответить. Сначала этот незнакомец так нахально подходит к ним, а потом еще кладет руку ей на плечо! И все же она не отстранилась и не стала противиться. Почему-то от этого прикосновения по всему ее телу разлилось приятное тепло и спокойствие.

Но профессор ответил ему, не задумываясь:

— Не говорите ни слова о том, что вы успели услышать, никому на свете! Иначе это будет стоить нам с дочерью жизни!

— Можете ни секунды не сомневаться в моем молчании, — уверил его Гленн, и улыбка с его лица сразу исчезла. — Мне с немцами не о чем разговаривать. — Он перевел взгляд на Магду. — Может быть, вы все же присядете? Это кресло я принес специально для вас.

Она вопросительно посмотрела на отца.

— Как ты считаешь?

Профессор примирительно кивнул:

— Я думаю, у нас нет сейчас большого выбора.

Магда повернулась к креслу, и Гленн опустил руку. И тут же девушка почувствовала, будто внутри нее образовалась какая-то непонятная пустота. Теперь ей чего-то не хватало.

Гленн в это время подошел к другому креслу и тоже сел, широко расставив при этом ноги.

— Вчера вечером Магда рассказала мне, что в замке обитает вампир, — начал он. — Но только я не совсем понял, каким именем он себя называет.

— Моласар, — ответил профессор.

— Моласар, — задумчиво повторил Гленн, и на лице его появилось выражение крайнего изумления. Он медленно, по слогам, произнес это имя: — Мо-ла-сар. — А потом засветился от радости, будто решил какую-то хитрую задачу. — Ну конечно, Моласар! Странное, однако, имя, вы не находите?

— Необычное, — согласился отец. — Но не такое уж и странное.

— А теперь насчет этого. — Гленн кивнул на маленький крестик, все еще зажатый между больными пальцами профессора. — Если я вас правильно понял и все верно расслышал, вы утверждали, что этот самый Моласар боится креста?

— Да.

Магда заметила, что отец отвечает с большой неохотой. В его планы едва ли входило выкладывать все, что он знал, первому встречному.

— А скажите, профессор, вы ведь еврей?

Отец кивнул.

— Никогда не слышал, чтобы евреи носили с собой кресты. Или это местный обычай?

— Мне достала его дочь. Крест был нужен для моих исследований.

Гленн повернулся к Магде:

— И где же вы его взяли?

— Мне дал его один офицер в замке. — Она не понимала, к чему он клонит.

— Это его собственный крест?

— Нет, он снял его с какого-то мертвого солдата. — Теперь она, кажется, начала понимать, куда ведут его вопросы.

— Странно. — Гленн пристально посмотрел на профессора. — Очень странно, что этот крест не спас своего владельца, которого все-таки убили. Логично было бы предположить, что существо, так боящееся крестов, лучше бы оставило его в живых и подыскало себе другую жертву, на которой не было бы такого... ну, скажем, амулета.

— Может быть, крест был у него под рубашкой, — предположил Куза. — Или в кармане. Или вообще не на нем, а в комнате.

Гленн только улыбнулся.

— Может быть. Все может быть.

— А ведь и правда, папа, мы с тобой как-то об этом и не подумали, — быстро среагировала Магда. Она была рада ухватиться за любые слова, которые могли хоть чем-нибудь поддержать его душевное равновесие.

— Сомневайтесь во всем. Всегда сомневайтесь и задавайте себе всяческие вопросы, — продолжал Гленн. — Мне кажется, не стоит напоминать об этом ученому...

— Откуда вы знаете, что я ученый? — Подозрительность и недовольство мелькнули в глазах профессора. — Хотя, конечно, вам могла сказать моя дочь.

— Мне рассказал о вас Юлью. Но вы упустили из виду и еще кое-что. И это настолько очевидно, что, когда я расскажу, вам станет просто стыдно за себя.

— Пусть нам поскорее станет стыдно, — улыбнулась Магда. — Говорите же!

— Ну, хорошо. Зачем, скажите, вампиру, который так боится крестов, поселяться в замке, все стены которого так и усеяны ими? Как вы это можете объяснить?

Магда и отец молча уставились друг на друга.

— Видите ли, — смущенно начал профессор, — я так часто бывал в этом замке и столько времени потратил на раскрытие тайны этих крестов, что постепенно просто перестал обращать на них внимание. Я их теперь даже не замечаю!

— Я вас хорошо понимаю. Я и сам несколько раз посещал эти места и могу согласиться, что со временем кресты, конечно, начинают будто бы сливаться с самим замком. Но все же вопрос остается: зачем существу, страшащемуся крестов, окружать себя ими со всех сторон? — С этими словами он встал с кресла, поднял его и легко перекинул через плечо. — А теперь, я думаю, мне пора идти завтракать. Наверное, мадам Фионеску уже приготовила что-нибудь вкусненькое. Я на время оставляю вас, а вы поразмышляйте на досуге и, может быть, найдете ответ. Если он, конечно, существует.

— А почему вас это так интересует? — спросил вдруг Куза. — И зачем вы вообще приехали в такую глушь?

— Я просто путешественник, — скромно ответил Гленн. — Мне нравятся эти места, и иногда я приезжаю сюда.