Клетка для мятежника - Якоби Кейт - Страница 122

— Но это же не значит...

— На самом деле, Роберт, — тихо, но твердо сказала Дженн, — думаю, все так и есть. Как ни ненавистна мне мысль о том, что я могу быть причастна к осуществлению пророчества, логично ожидать, что открыть Калике смогут только два человека. Так ни один из них не сможет использовать его для своих собственных целей. Если бы я хотела обеспечить безопасность чего-то, я поступила бы именно так.

Роберт задумчиво прищурился, потом кивнул.

— Что ж, попробовать стоит. Мои колдовские чувства не обнаруживают никакой исходящей от книги силы, поэтому вряд ли такая попытка окажется опасна. И все-таки вам с Эндрю лучше отойти подальше, чтобы нам не приходилось беспокоиться о вашей безопасности.

Финлей отвел Эндрю в сторону и встал рядом с ним у камина; Роберт и Дженн наклонились над книгой. Такой маленький предмет, а мог значить для них всех так много...

Финлей затаил дыхание. Руки Роберта и Дженн соединились, и на мгновение они взглянули друг на друга с такой надеждой, какой Финлей никогда не видел на человеческих лицах. Потом руки опустились и легли...

Мгновения перемены Финлей не заметил — так быстро все произошло. Только что на столе, где ее положила Дженн, лежала книга, и вот перед ними нечто совсем иное: золотой квадрат с выгравированной на нем надписью, сияющий и прекрасный.

— Вам удалось! — Эндрю кинулся к матери и обнял ее.

Финлей приблизился не так поспешно; его внезапно охватила внутренняя дрожь при мысли о том, что же он видит перед собой.

Амар Траксис создал это более тысячи лет назад...

Предмет на столе сохранял форму книги, только стал больше и массивнее. Верхнюю поверхность окружал подвижный серебряный бортик. На глазах у Финлея Роберт и Дженн снова коснулись предмета, и бортик выдвинулся вверх, образовав неглубокую чашу.

Калике!

— Похоже, для того, чтобы он менялся, нужна внешняя сила, — пробормотал Роберт, сосредоточенно нахмурив брови. — Как только мы перестаем его касаться, перемены прекращаются.

— Серебряный стержень! — воскликнул Финлей, бросаясь к столу. — Он все еще у тебя?

Однако Роберт уже действовал. Он вытащил из-за голенища сапога кинжал, отвинтил рукоять, перевернул ее и вставил в углубление, видневшееся в середине чаши. Калике обрел вид огромного цветка из золота и серебра.

— О боги! — выдохнула Дженн. Рука Роберта тут же обвилась вокруг ее талии — то ли защищая, то ли поддерживая.

— Что такое? В чем дело?

— Разве вы не видите? — Дженн показала на чашу. — Поверхность... поверхность меняется! Как это бывает с Ключом... она выглядит маслянистой...

— Не прикасайся, — предостерег Роберт, отводя руку Дженн от Каликса. — Смотрите, там что-то появилось.

Финлей подобрался ближе, но ничего, кроме матово блестящей поверхности, не увидел. На ней ничего не менялось, ничто не проступало. Одного взгляда на Эндрю Финлею хватило, чтобы убедиться: перемены видят только Роберт и Дженн. Впрочем, такого и следовало ожидать, раз они — единственные, кому предназначено пользоваться Каликсом.

— Что вы видите? — спросил Финлей, не желая оставаться в стороне.

— Там что-то вроде надписи, мне кажется. — Дженн взглянула на Роберта. — Ты знаешь, на каком это языке?

— Я... язык кажется смутно знакомым, но такое впечатление, что некоторые части букв отсутствуют. И надпись все время меняется, она не остается неизменной.

— Ох... — Дженн наклонилась ближе и снова протянула руку к Каликсу.

— Что такое?

— Надпись исчезла! И поверхность... поверхность стала такой же, как раньше. Может быть, мы что-то сделали неправильно?

— Нет, — вздохнул Роберт, наклонился и заглянул под Каликс. — По-моему, сила стержня иссякла. Не думаю, что в нем вообще было много силы: он мог оживить Калике всего на несколько секунд.

— Так что же нам делать? — Финлей не мог поверить, что этим все и кончится, — после стольких поисков и оставив так много вопросов без ответа.

Последовало долгое напряженное молчание. Никто, даже Эндрю, внимательно за всем следивший, не двигался и не произносил ни слова.

— Ключ, — неожиданно сказала Дженн.

— Нет, — коротко бросил Роберт; его реакцию легко было предвидеть.

Финлей промолчал. Сейчас Роберт и Дженн не нуждались в его помощи.

— Разве у нас есть какой-нибудь еще источник силы?

— Мы даже не знаем, какого рода сила приводит Калике в действие.

— В таком случае ничего не случится, если мы используем Ключ, и проблемы не возникнет.

— Или сила Ключа войдет в противоречие с тем, что требуется Каликсу, и оба они выйдут из строя.

— Это натяжка, Роберт, и ты сам прекрасно это понимаешь.

— Почему сила стержня иссякла? Разве не должен был Траксис сделать ее более долговечной?

— Откуда ему было знать, на сколько времени ее должно хватить? Может быть, силу стержня нужно каким-то способом пополнять.

— Как? И кто должен это делать?

Джейн помолчала, склонив голову к плечу, и посмотрела Роберту в глаза.

— Мы с тобой, Роберт.

— Теперь ты виновна в натяжке.

— Вы нашли у Кенрика шар и чашу, которую он называл Каликсом. Ты, Финлей, видел такое же сочетание у Нэша. Так не следует ли сделать вывод, что именно так эти предметы работают? Например, шар снабжает Калике силой, благодаря которой надпись можно прочесть.

— Не можешь же ты считать, что гнусные приемы Нэша могут каким-то образом быть применены к Каликсу.

— Почему бы и нет? Ты отобрал шар у Кенрика, и ты знаешь, что он предназначен для хранения силы. То же самое делает Ключ. Насколько нам известно, именно для этого он и был создан!

— Это же только догадки, Дженн. Нет никаких доказательств...

— Хочешь ли ты получить ответы? — Дженн уперла руки в бедра. — Ну? Хочешь? Если ты хочешь получить ответы, ты должен рискнуть.

— Меня беспокоит не риск.

— Я знаю. — Потом Дженн улыбнулась, и если бы у Финлея еще оставались какие-то сомнения относительно этих двоих, улыбка и то, как ответил на нее Роберт, развеяли бы их окончательно. — Послушай, давай просто отнесем Калике в пещеру, хорошо? Если что-то нам не понравится или если Ключ начнет говорить, мы же всегда можем передумать.

— Ха! — Роберт отвернулся, качая головой, но не возражая всерьез. — Ты можешь передумать, хочешь ты сказать. Ну что ж, раз ты так настаиваешь. Давайте покончим с этим делом.

Роберт шел через пещеру, держа в руках Калике, и чувствовал, как тот становится все теплее, согревает его, едва ли не поет.

Колокол начал звонить, словно предостерегая Роберта: приближаться не следует. Роберт через плечо оглянулся на Дженн, но она только покачала головой. Что ж, раз Ключ ничего ей не говорит, то, наверное, и не скажет. Однако звон был Роберту приятен, он соответствовал предвкушению, которое он испытывал; гулкие удары заставляли камень под ногами Роберта вибрировать.

По мере того как он приближался к возвышению, к железному треножнику и свисающему с него колоколу, форма того начала расплываться, переливаться и блестеть знакомыми узорами. Роберт остановился, позволив Ключу делать свое дело, предвидя его вопросы, как предвидел и ответы.

И тут неожиданно колокол и треножник исчезли, и перед Робертом в воздухе на месте колокола повис шар: Ключ в своей истинной форме — черная блестящая сфера, источающая силу.

Все здесь было скрыто, все выглядело иначе, чем в действительности. Так чего же удивляться тому, что и Калике оказался не тем, чем казался?

Затаив дыхание, Роберт поднял Калике, опасаясь подойти ближе к Ключу. Однако ничего не произошло.

Неожиданно Роберт обнаружил, что больше не один. К нему присоединилась Дженн; ее улыбка была как луч света в темноте. Она протянула руку, осторожно сняла с Каликса серебряный стержень и положила его на пол у своих ног. Серьезно взглянув на Роберта, она наложила руки на Калике, переплетя пальцы с пальцами Роберта.

— Если мы должны сделать это, давай действовать вместе. Согласен?