Сумасшедшая контора - Ясиновская Ирина - Страница 4

Понятно, что день рождения нашей конторы не может пройти спокойно, без эксцессов и аномальных явлений. Это было бы даже подозрительно, ненормально, можно сказать. И естественно, происшествия начались.

Серега примчался в компьютерный зал, и, указывая куда-то в сторону двери, заорал, перекрывая шум и музыку:

— Там!!! — крикнул он. — Пришло что-то!

— Динозавр? — восхитилась Анечка, лицо нашей фирмы.

— С зубами? — обрадовалась художница Олечка.

— С бутылкой? — мрачно поинтересовалась я, вставая из-за стола. — Ну, пошли смотреть…

И мы пошли. Впереди шагала я, за мной — Серега, а следом тащились все остальные. Самое удивительно, что несмотря на все происходящее в нашей конторе, у работников еще не атрофировалось такое чувство, как любопытство.

Николай и Юрка торчали около мониторов и о чем-то спорили, указывая на изображение пальцами. Я взглянула туда же из-за их спин и обомлела. Там маячило что-то маленькое, неказистое, с антеннками на громадной голове. В руках — букет цветов и бутылка шампанского.

Такого я еще не видела.

— Открывай, — разрешила я Юрке, и тот, опасливо поглядывая на меня через плечо, поплелся к двери. Открыл, отскочил в сторону и круглыми глазами уставился на гостя. Тот вежливо поклонился, поправил ранее не замеченный мной галстук и вошел в офис.

Оглянувшись, расплылся в широченной улыбке и, протягивая Анечке букет, возвестил тоненьким и противным голоском:

— От благодарных жителей Альтаира! — и опять поклонился. Потом, всучив Михею бутылку шампанского, полез к Анечке обниматься. Фотомодель была в ступоре и сопротивления не оказала. А мы просто квадратными глазами следили за происходящим.

— А… А мы что-то делали для альтаирцев? — выдавила я из себя через некоторое время.

— Ну, конечно же! Великолепный оригинал-макет для рекламного щита нашей орбитальной станции-санатория! — гость расшаркался и опять расплылся в еще более широкой улыбке. — Кстати, меня зовут Аэронафигшрыцухлебагордавительенносенкс. Можно просто — Аэро.

— Что ж, проходите, присоединяйтесь… — пролепетала я, кивая в сторону компьютерного зала. Аэронафигшрыцухлебагордавительенносенкс благодарно кивнул, взял Анечку под ручку и степенно прошествовал в зал. Следом за ним ушли и остальные. Я села на стул и мрачно поглядела на монитор. Я уже догадывалась, что этот гость был первым, но далеко, очень далеко — не последним.

И точно! Не прошло и пяти минут, как в коридоре появилась новая личность. Это существо больше всего напоминало некую помесь гепарда с бегемотом. Пятнистое, пузатое, оно тяжело топало, ибо в придачу к собственному, весьма немалому весу тащило ящик финской водки, цветы, трехлитровую банку красной икры и еще кой-какие продукты. Остановившись перед дверью, существо длинным рылом нажало кнопку вызова и, тяжело вздохнув, принялось терпеливо ждать. Юрка, получив от меня разрешающий кивок, пошел открывать. Существо втиснулось в офис и оглянулось.

— От благодарных жителей Мурзандии! — сообщил гость, протягивая мне хоботом букет цветов. — Ваш скринсэйвер уже много лет не сходит с экранов наших компьютеров и считается самым популярным! Кстати, меня зовут Кухледрахен!

Я улыбнулась, кивнула и предложила проходить в зал.

Не успел Кухледрахен скрыться за поворотом, как в дверь опять позвонили. Юрка открыл.

Вошел нагруженный разнообразными яствами и напитками (а так же, разумеется, цветами) гном в мифрильной кольчуге. Правда, без топора.

— От благодарных жителей Гремландии! — сообщил он. — За прекрасный дизайн тронного зала!

В зале гном был встречен воплями радости. А гости все прибывали и прибывали. Явились кобольд, корред, еще какая-то неизвестная мне нечисть на другие буквы алфавита. Заглянул на огонек какой-то эльф, но надолго не задержался. Потом прибыла делегация с Тау Кита. Явились все домовые из здания нашей конторы, причем не одни, а с женами и детьми. Приехала даже тетушка Этанола, забившая нам холодильник доисторическими рыбными консервами. Потом приходил еще кто-то, но я их уже не видела, поскольку к тому времени меня завалили цветами с головой, и из приемной я ушла. Юрка и Николай остались принимать гостей. Им уже не было скучно.

А празднование дня рождения шло полным ходом. Каждый гость норовил сожрать побольше, причем не того, что сам принес. Тау-киты оказались действительно скотами и выпили всю водку, принесенную Кухледрахеном. Гном лез целоваться то к Анечке, то к Ольге, и возле девушек пришлось выставить охрану в виде Сереги с Валеркой. Кобольд пристал было к Ларке, но схлопотал в ухо от Михея и переключился на Сашку-фотографа, увлеченного на тот момент какой-то дамой неизвестной расы.

Весело, в общем, было. Пока не пришла уборщица.

Тетя Галя — широчайшей души человек, привыкшая ко всему, спокойно реагирующая на любое явление в нашей конторе и ни капли не пугающаяся, если с утра на ковре ей попадались пятна слизи или же рассыпанные явно не человеческие зубы. Но на сей раз ее терпение лопнуло.

— Ну что ж это такое! — причитала тетя Галя, сбрасывая со стола пьяного тау-кита и закатывая его под кресло. — Когда же это кончится?! А? Я вам что, нанималась всякие аномальные явления убирать?!

Это был намек, и мы его поняли — пора расходится по домам. Да и соседи вот-вот должны были прийти. Это грозило крупными неприятностями, если бы они засекли такую разношерстную компанию у нас в офисе. Пришлось развозить всех по домам. Ну, с тетушкой Этанола было просто — запихали пьяную рыбину в машину времени и отправили в родной океан. А как быть с остальными?

В итоге мы заказали автобус. Водитель, правда, сбежал, увидев, КОГО ему придется везти, и пришлось сажать за руль Николая.

— И куда едем? — мрачно поинтересовался он, поглядывая на пьяных тау-кита и альтаирца, спящих в обнимку. — Предупреждаю сразу: НА АЛЬТАИР Я НЕ ПОЕДУ!

Я задумалась. Вроде бы и по домам народ развезти надо, да дома эти уж больно далеко…

И тут меня осенило.

— Давай на ближайшую платную автостоянку, — скомандовала я, и охранник, кивнув, завел автобус.

Как я и предполагала, ближайшая стоянка была пуста. В том смысле, что нормальных машин там не оказалось ни одной, зато была целая выставка нетрадиционных видов транспорта.

Там виднелись и летающие тарелки, и блюдца, и чашки, и еще какая-то посуда. Обнаружились там также какая-то понурая лошаденка, карета без упряжки, велосипед с реактивным двигателем и еще кое-что по мелочам. Сторож, перепуганный и бледный, сидел у ворот, сжимая в дрожащих руках карабин «Рысь», и судорожно курил. Рядом трясся здоровенный лохматый пес с совершенно безумными глазами.

Растолкав пьяных гостей, я стала выяснять, кому — куда. Сторожа это окончательно добило, и он вместе с псом и ружьем скрылся в неизвестном направлении.

Примерно через час при активной помощи Николая мне удалось распихать гостей по транспортным средствам и помахать им на прощание рукой. Тарелки, блюдца и прочая летающая техника стартовала как-то неуверенно, вихляясь и ныряя в воздушные ямы, пока пилоты не догадывались включить автоматику. Гном на своем реактивном мопеде врезался в стену котельной рядом со стоянкой и снес ее на фиг. Гномий лоб — это вам не таран, а кое-что покруче! Остальные разъехались без травм и разрушений, пообещав в следующем году обязательно заглянуть на наш день рождения.

— Все, больше никаких праздников в офисе, — мрачно сообщила я Николаю, когда мы усаживались обратно в автобус.

— Я в следующем году в апреле в отпуск уйду, — злобно пообещал охранник. — И вообще, зачем я пошел сюда работать…

— Где б ты еще принимал гостей с Альтаира? — я устало откинулась на сиденье и тут же с воплем вскочила на ноги. Из-под сидения выполз нетрезвый пушистый гремлин. Он посмотрел на меня мутным взором, покрутил пальцем у виска и, растянувшись на полу, захрапел.

— Это наш? — не узнавая гремлина, поинтересовалась я у Николая.

— Наш, наш. Дуриком его зовут, — охранник оглянулся на спящего гремлина и усмехнулся. — Как он сюда-то попал?