Час дракона - Зайцев Михаил Георгиевич - Страница 90

– С бомжем все нормально, я…

– Опустим детали. Толик. Нормально и нормально. Сейчас не до него. Слушай внимательно. Мы с тобой поедем в Коржанск на одном поезде, но в разных вагонах. Друг друга мы якобы не знаем. В Коржанске ты устроишься жить в местную гостиницу. Снимешь номер на втором этаже. Люкс. Понял? Тут такая заморочка, Толян…

Я попытался просто и ясно объяснить Толику про выкуп за похищенного сына моего друга Семена Ступина. По обыкновению Толя не задавал лишних вопросов, единственное – уточнил наш с ним способ связи.

– …Шесть тысяч баксов я тебе лам. И еще на жизнь дам, не обижу. Теперь внимательно запомни легенду. Ты, Анатолий, спортсмен-любитель, занимаешься карате в спортивно-оздоровительном клубе «Дао» под руководством Михаила Валерьевича Коробова. Деньги ты повез по просьбе Коробова, знаешь, что их нужно отдать в обмен на мальчишку, и все. Понял? Сейчас я подробно опишу тебе местонахождение клуба «Дао» и как выглядит Коробов и скажу, как себя вести в Коржанске. Слушай…

Инструктаж я закончил уже на бегущем вверх эскалаторе.

– Все понял. Толя? Если есть вопросы, быстрее спрашивай, сейчас мы разъединимся.

– Нет вопросов, вот если насчет… хотя ладно, прорвемся.

– Кончай темнить! Что тебя смущает? Говори!

– В карате, шеф, я ни ухом ни рылом. Полный профан.

– Ерунда. Вид у тебя спортивный, драться, надеюсь, не придется, должно проскочить. Все, Толя, прощай, расходимся…

Через полчаса я уже лежал на своей верхней полке и готовился отойти ко сну. Конечно, было бы логично выйти завтра, нет, уже сегодня, на одну остановку раньше Коржанска, изобразить из себя лоха-рыболова и от местных узнать об изобилующей рыбой речке Коржанке (во всяком случае, во времена моей армейской службы в ней было полно рыбы). Если бы я приехал в Коржанск днем позже Толика, да еще и на автобусе, а не столичным поездом, было бы значительно лучше. Но я боялся оставить Толю без присмотра даже на сутки. Черт его знает, против кого придется играть. Противник мне до сих пор до конца не ясен… Ладно, разберемся на месте, а сейчас я должен уснуть – еще один тест на общее состояние нервной системы.

Минуту спустя я спал. Мне снился дедушка. Мы готовились провести тренировочный поединок. Я был вооружен мечом, дед остался безоружным. Перед поединком он наставлял меня:

– Помни, внук, сражаясь с Мастером, ты либо выигрываешь, либо проигрываешь еще до того, как обнажил клинок. Во-первых, не должно быть никакой жалости – слезы тупят меч. Во-вторых, пустячная ошибка в начале схватки может обернуться полным поражением раньше, чем ты успеешь ее осознать. В-третьих…

Я решил перехитрить старика. Выхватил меч на середине его нравоучительной фразы и яростно ударил сплеча. Дай-дзендан-макко-гири – рассекающий удар сверху вниз с шагом вперед. Дед поразительно проворно повернулся на пятках, сталь просвистела в воздухе, рассекая пустоту. Я понял свою ошибку – я не принял в расчет его стойку, максимально удобную для использования техники «тай-собаки» – техники уклонов и поворотов тела, техники «открытых дверей». Твердый, как платина, кулак старого японца сбил меня с ног, желтая ороговевшая пятка с быстротой молнии опустилась мне на голову. Череп раскололся на шесть частей, словно переспелый арбуз. Я умер, погрузился в бесконечный Мрак Небытия.

Остаток ночи я провел в блаженной черноте Вечности, спокойно, без сновидений.

Глава 2

Я – сумасшедший

Поезд прибыл в Коржанск всего с часовым опозданием. Стоянка две минуты. Я резво выскочил на платформу, потянулся, размял спину. Одет я был в дорогой спортивный костюм (фирменная куртка-ветровка со множеством удобных карманов, штаны с лампасами, футболка, бейсболка, кроссовки). Рюкзак за плечами, чемодан в руке, солнцезащитные очки на носу. В меру обеспеченный турист, любитель среднерусской природы.

В Коржанске сошло достаточно много пассажиров. Одного беглого взгляда хватило, чтобы понять – все они местные. Платформа опустела минут за пять, замешкались, задержались на ней лишь два человека – я и Толик. Мне пришлось еще потоптаться на месте, дождаться, пока Толик наконец сообразит, куда и как следует идти, дабы оказаться в здании вокзала. Потом и я направил свои стопы в сторону одноэтажного оранжевого здания с транспарантом на фасаде: «Коржанск».

Бойкие старушки наперебой предлагали яблоки в ведрах, крыжовник в литровых стеклянных банках, черешню в бумажных кулечках и еще множество разнообразных плодов среднерусской черноземной полосы.

На дворе стояло бабье лето, чудесная пора красно-желтых листьев, белых грибов и прощальных водных процедур в уже студеной, но еще ласковой речной водице. Солнышко пока припекало, тучи копили влагу для будущих проливных дождей, а ветер взял тайм-аут перед грядущими ненастьями.

Внешне я млел от прощального тепла и благодати, вертел головой по сторонам, улыбался старушкам, весело отнекивался от спелых аппетитных фруктов. Но внешне, только внешне. Внутренне я был собран и готов к любым неожиданностям.

Слежку я заметил, входя в вокзальное здание. Молодой парень, почти подросток, пристроился мне в хвост. До этого он вел на платформе торговлю семечками, а теперь вдруг свернулся, передал свои пакетики бабушке-соседке и последовал за заезжим туристом с московского поезда.

Паренек очень старался оставаться показушно безразличным к моей скромной персоне, чем себя и выдал.

В тесном помещении вокзальчика Толик безуспешно стучался в запертое окошко под вывеской «Справочная». Неподалеку от него, в уголке, читал газету еще один подросток-переросток. Согласитесь, мальчишка, углубленно изучающий «Новые известия», – картинка необычная. Почти карикатура.

Я пересек кассовый зал и вышел на привокзальную площадь с обязательной клумбой и памятником в центре. Клумба была на месте, пышно колосилась сорной травой, а вот от памятника остался один постамент и две стоящие на нем голые стройные ножки. Раньше отрезанные по колено ноги принадлежали пионеру с горном. Во времена СССР окрестности Коржанска изобиловали пионерскими лагерями, сюда на отдых свозили детей чуть ли не со всей страны.