Камень Света - Зинделл Дэвид - Страница 23

– Вэль! – завопил он, подаваясь вперед и пытаясь успокоить гарцующую лошадь. – Я боялся, что разминусь с тобой.

Я снова улыбнулся, подумав, что за дикая скачка была от Святилища Братства. Мое семейство одобрительно взирало на это проявление дружеской преданности.

– Спасибо, что приехал попрощаться.

– Попрощаться? Нет, я приехал для того, чтобы присоединиться к тебе. По крайней мере поедем вместе до Трайи, если ты не против.

Новость изумила всех, может быть, исключая моего отца, молча взиравшего на Мэрэма. Мама тоже смотрела на него с большой благодарностью, думая, видимо, о том, что теперь мне не придется путешествовать одному.

– Против? – Непривычно тяжелый доспех вдруг полегчал. – С удовольствием. Но что произошло, Мэрэм?

– Ты не читал письмо?

Я похлопал по квадратику бумаги, все еще торчащему из-за пояса.

– Нет, извини, не было времени.

– Я же не мог позволить лучшему другу странствовать в одиночестве?

– И только?

Мэрэм облизнул губы, с опаской глянул на мою мать и потом на Азару.

– Ну… скажу тебе правду: лорд Харша обещал отрезать мне… хм… голову.

По словам Мэрэма, лорд Харша застал его за разговорами с Бихайрой ранним утром и снова схватился за меч. Он гонялся за Мэрэмом по женским покоям, но ему помешали больное колено и великая прыткость Мэрэма, которого здорово подстегнула паника. В итоге мой друг счастливо избежал участи быть обезглавленным – или еще чего похуже. После того как лорд Харша малость поостыл, он велел Мэрэму покинуть Меш в тот же день – или познакомиться с его мечом при следующей встрече. Мэрэм поспешно скрылся из замка и вернулся в Святилище Братства собирать вещи.

– А как насчет учебы?

– Я взял академический отпуск. Не готов пока совсем порывать с Братством.

И похоже, Братство тоже не собиралось порывать с ним. В то время, как Мэрэм рассказывал свою историю, снова послышался стук копыт, и на дороге показался мастер Йувейн верхом на другой гнедой, с двумя вьючными лошадьми в поводу. Он миновал ворота в замок и остановился рядом с нами. Потом кинул взгляд на оружие своего воспитанника – Мэрэм, должно быть, убедил его, что копье и меч нужны ему лишь для защиты – и печально покачал головой, глядя на то, как мало Мэрэма интересуют правила Братства.

Мастер Йувейн быстро объяснил, что новости о поиске произвели на братьев большое впечатление. На протяжении трех эпох они изучали тайны камня Света. А теперь, если пророчество истинно, похоже, исцеляющая чаша может быть наконец обретена. Так что братья решили послать мастера Йувейна в Трайю для того, чтобы подтвердить истинность пророчества. То, что у него было другое, тайное дело в Городе Света, осталось невысказанным.

– Я составлю Вэлю компанию до Трайи, если вы не против.

– Ничто не могло бы обрадовать меня больше, сир, – улыбнулся я, не в силах скрыть радость. – Но я решил ехать через Ишку, а это не совсем безопасно.

– А где в наши дни безопасно? – Мастер Йувейн посмотрел на огромные железные ворота и стены замка, окружавшие нас. – Лорд Сальмелу обещал тебе свободный проход, и мы должны надеяться на лучшее.

– Что ж, хорошо.

Я в последний раз окинул взглядом братьев, потом кивнул тихо плакавшим бабушке и матери, мрачно улыбнулся отцу.

– Прощайте, сир.

– Прощай, Вэлаша Элахад. – Он говорил за всех. – Ступай в свете Единого.

Я надел тяжелый шлем, сразу скрывший от меня плачущую мать, взял поводья, послал Эльтару вперед легким нажатием ног и выехал в ворота навстречу длинной дороге, ведущей прочь из замка. Мастер Йувейн и Мэрэм следовали за мной. По крайней мере отец увидит, что его сын уезжает как рыцарь валари во всей своей славе.

Ночь была тихой, первые звезды проступали на черно-синем небосводе. На западе ледяной пик Эракеля, освещенный последними лучами заходящего солнца, сиял кроваво-красным. На востоке гора Элара уже скрылась во тьме. Прохладный воздух проникал сквозь прорези шлема, принося с собой запахи леса, земли и еще чего-то неизведанного. Вскоре, проехав с полмили, я снял шлем, подставив лицо звездному свету. Эльтару размеренно стучал копытами по утрамбованной грязи, а я любовался чудесами весенней ночи.

Казалось, довольно глупо начинать долгое путешествие ночью. Но я знал, что скоро выйдет луна и света будет достаточно для того, чтобы проехать по широкой Северной дороге, ведущей в Ишку. Ветер дул в спину, и меня окружали чудесные видения золотой Чаши, так что я решил, что вполне можно ехать хоть до самой полуночи. Дело в том, что седьмой день солдры наступит уже скоро, а мне очень хотелось оказаться в Трайе вместе с остальными рыцарями свободных земель, когда король Киритан объявит начало великого поиска. Шесть сотен миль по прямой лежали между Трайей и Сильвашу. Но я – мы не могли летать в небесах, словно птицы. Нужно было преодолевать горы и переходить реки, а дорога была ровной только сначала.

Через час луна поднялась над грядой Кэладох и посеребрила окружавшие нас поля и деревья. Мы ехали в мягком свете, казалось, наполнявшем Лебяжью долину, как прекрасная сияющая жидкость. Из печных труб фермерских домов в светящееся небо поднимались клубы дыма. Во дворах, не важно, насколько утомительным был день, воины сейчас упражняются с оружием, в то время как их жены учат детей науке медитации, столь необходимой каждому валари. И только потом они сядут за стол, чтобы поужинать сыром, яблоками и черным ячменным хлебом.

Я знал, что буду тосковать по этой простой пище, взращенной на земле Меша. Воин валари, вооруженный щитом, мечом и всю жизнь посвятивший самодисциплине, – нечто большее, чем простой убийца. Ибо все вокруг меня – камни и земля, ветер, деревья и звездный свет, – все дышало жизнью, и лишь воин способен защитить свою землю и своих любимых.

Мы разбили лагерь поздно ночью на поле под паром рядом с невысоким холмом в стороне от дороги. Фермер, которому принадлежало поле, старик по имени Йошур Кадар, пришел поприветствовать нас с горшком рагу, приготовленным его женой. Он, разумеется, не присутствовал на пиру, но уже слышал о моем обете. Разрешив нам развести костер, фермер пожелал мне удачи и ушел прочь сквозь лунный свет к своему маленькому каменному дому.

– Прекрасная ночь, – заметил я, привязывая Эльтару к деревянной изгороди на краю поля. Здесь было в избытке сочной травы, так что лошади остались довольны. – Даже не надо разводить костер.

Мэрэм, помогавший мастеру Йувейну, уже расстелил меховые спальные мешки поверх старой ячменной соломы. Затем он повернулся и направился к камням, разбросанным неподалеку от дороги.

– Я беспокоюсь насчет медведей.

– В этой части долины их совсем мало.

– Мало?

– В любом случае медведи нас не тронут, если мы не тронем их.

– Согласен. А огонь заставит их держаться подальше.

– Может быть. Но скорее только привлечет их, голодного медведя костром не отпугнешь.

– Вэль! – Мэрэм выпрямился, сжимая в руках увесистый камень. – Я не желаю ничего слышать о голодных медведях, ты понял?

– Хорошо. – Я улыбнулся. – Не беспокойся. Если близко окажется медведь, нас предупредят лошади.

В конце концов Мэрэм поступил по-своему. Он вырыл небольшую ямку неподалеку от спальников и обложил ее камнями. Потом ушел куда-то к холму и приволок охапку сухих веток. С большой тщательностью сложил растопку пирамидкой в центре очага, достал из кармана кремень и кресало и в несколько секунд раздул искры в язычки яркого оранжевого пламени.

– У тебя дар к огню, – заметил мастер Йувейн. Он примостился на спальнике и начал разливать рагу по мискам. Несмотря на годы, наставник двигался легко и свободно, словно и к себе применял свои целительские таланты. – Ты мог бы стать алхимиком.

Чувственные губы Мэрэма изогнулись в усмешке, и он протянул руки к пламени.

– Огонь всегда меня завораживал. Я впервые развел костер года в четыре, а в четырнадцать уже спалил охотничий домик отца. Он мне этого до сих пор простить не может.