Мифы индейцев Южной Америки - Эпосы, легенды и сказания - Страница 73

Узнав, что им грозит, сестры спешно покинули дом. Хозяин вернулся и сразу же понял, кто разболтал секрет. Он, однако, не стал выяснять отношения с другом, а схватил топор и погнался за женщинами.

Сестры добежали до дома дятла, и тот спрятал их внутри огромного сигнального барабана. Появился Цуна, а дятел ему кричит:

– Эй, приятель, давай отсюда подальше, а то знаешь поверье: если кто недавно женат и взглянет на барабан, инструмент трещину даст; а у тебя две молодые жены!

Цуна послушался и пробежал мимо. Сестры снова пустились в путь, и тогда Цуна опять напал на их след. В этот раз женщины попросили крокодила помочь им. Крокодил спрятал обеих у себя во рту и перевязал пасть, будто зуб болит. Взгляд новобрачного преумножает зубную боль, поэтому Цуне пришлось удалиться.

Теперь на пути оказалась река. Паук-водомерка обещал женщинам их переправить, но с середины вернулся. Превратившись в букашку, он забрался на камень, а сестры не знали, что делать. К счастью, подошел человек-жаба: красивый, сильный, уверенный в себе парень, густо раскрашенный черной краской. Женщины ухватили его одна за правую, другая за левую ногу и вскоре были на другом берегу.

– Вы бы хоть одежду свою постирали, посоветовал человек-жаба, а то от вас до сих пор опоссумом пахнет!

– А можно к тебе пойти?

– Что вы, у меня слишком мокро. И так чуть не захлебнулись, пока я вас на тот берег тащил. Ищите Наяпа, вот кто для вас подходящий муж!

Тут к берегу подбежал Цуна. Увидев на камне паука-водомерку, он начал махать топором. Увертываясь, паук оправдывался: мол, через реку женщин перевозил не он. Потом опоссум долго бегал вдоль берега, ища переправы, но пришлось ему вернуться ни с чем.

Так и сейчас: стоит женщине убежать от мужа, всегда найдутся приятели, готовые ей помочь.

И вот сестры пришли, наконец, к дому Наяпа-ласточки. Хозяин показал им лежанку: спите здесь, пока из вас вонь не выветрится! К ужину Наяп приволок большущий кукан рыбы, вручил матери, а мать женщинам. С тех пор сестры каждый день ели столько жареной рыбы, сколько душе угодно.

Однажды Наяп велел:

– Вернется мать с огорода выкупайте ее. Но только следите, чтобы вода была не слишком горячей!

Сестры поставили воду греться, а сами начали прибирать в доме. То да се, вода успела закипеть. Пришла свекровь, и невестка, не проверив, годится ли ванна, опустили старушку в чан. Мать Наяпа была сделана из пчелиного воска, поэтому мгновенно растаяла. Впрочем чего там: невестки свекровь специально сварили. Ведь им не нравилось, что та отбирает себе самых жирных и вкусных рыбок. «Теперь, думали они, нам достанется все, что Наяпа наловит!».

Их образ мыслей не удивителен: отношения между невесткой и свекровью и в наши дни редко бывают хорошими. Случается, муж принесет дичь, а жена чуть не плачет, если надо и матери отрезать кусок. Воистину, прежде чем замуж идти, женщины должны хорошенько подумать.

– А где моя мама?– поинтересовался Наяп, вернувшись с рыбалки.

– Еще с поля не пришла.

– Что такое? Она в жизни так не задерживалась!

Наяп побежал, обыскал огород – никого!

– Может, вы убили ее?– догадался он, но жены все отрицали.

Тогда Наяп встал посреди пола и крикнул:

– Мама!

Женщины тщательно собрали весь воск, однако крохотный кусочек завалился под скамейку.

– Шии!– раздалось оттуда.

Наяп стал прислушиваться, нагнулся.

– Вы уморили мою мамочку!– завопил он, сжимая в кулаке кусочек воска.

Наяп бросился к лежанке в углу; занавесился разными тряпками, достал запас воска, хранившийся на полке, и вылепил мать заново. Старуха вышла из-за занавески.

– Твои скверные жены меня губили!– произнесла свекровь, указывая на невесток.

Наяп метнул в них копье, но оно не задело женщин, вонзившись в столб. Сестры бросились к лесу.

– Не вздумайте сюда еще раз прийти!– неслось им вслед.

Женщины опять побрели неизвестно куда и шли, не останавливаясь, до самого жилища человека-белки.

Хозяин их принял любезно. Некоторое время сестры бездельничали, а затем человек-белка отправил их за кукурузой.

– Но не забудьте,– предупредил он.– Сорвите лишь три початка, а сверху положите цветок. Затем поставьте корзины на землю и обойдите поле вокруг. Только потом несите корзины домой.

Белкин огород находился у большого упавшего дерева.

– Что это за участок такой?– удивились сестры, дойдя до полянки.– Тут всего-то три кукурузины. Соберем все, что есть!

Обойдя поле, как им велели, сестры с удивлением уставились на оставленные корзины: кукурузы стало больше, чем было, початки пересыпались через край. По дороге домой кукуруза продолжала вываливаться. Корзины то и дело лопались. Женщины их едва тащили и проклинали белку. Хозяин слышал ругательства и сразу же догадался, что женщины не сделали так, как он их просил.

– Я вашей кукурузы не хочу, можете обезьяне отдать!– обиженно проговорил он.

Обезьяне так обезьяне. За едой обезьяна-ревун корчил смешные рожи, сестры давились от смеха, а человек-белка сидел, насупившись, и прял пряжу. На все предложения присоединиться к трапезе отвечал отказом.

– Как вы меня назвали? Тупой зуб? Вот-вот, я тупой зуб, некрасивый урод, а ревун красивый его и кормите!

Солнце зашло. Хозяин вышел из дома и стал рыться в земле у столбов, на которых держалась крыша жилища.

– Что ты здесь делаешь?– спросили женщины.

– Ищу семена, которые еще дедушка мой посеял!

В действительности человек-белка колдовал. Когда все уснули, он велел столбам шагать прочь. Дом пришел в движение и переместился на другой берег реки, а вокруг лежанки, где спали сестры, выросла густая крапива. Хлынул дождь, но сестры даже не смогли встать – боялись обжечься.

С трудом дождавшись рассвета, женщины принялись думать, во что бы им превратиться.

– В камни?

– Ни в коем случае: люди станут ходить, а мы им мешать вот стыдно-то будет!

– Тогда в большую поросшую лесом равнину!

– Еще чего выдумала! Начнется охота с собаками и люди заблудятся.

– В две реки!

– Которые будет трудно переплыть, люди станут ругать нас!

– В две горы!

– Но ведь на них будет трудно подняться, опять один вред!