Прячась от света - Эрскин Барбара - Страница 34

– Конечно нет, Юдит. – Майк начал ходить взад и вперед. – С кем здесь можно поговорить об оккультных феноменах? Есть ли в этой епархии какая-нибудь группа реагирования, кто знает, как себя вести с привидениями и тому подобными явлениями?

– Не думаю, что тебе следует ступать на эту стезю. – Юдит поджала губы. – На самом деле я слышала, что есть кое-где священники, втянутые в подобное. Но многие из них просто соблазнились славой и «игрой», а ведь большая часть всего этого – предрассудки и чепуха. Колокольный звон, фимиам... Здесь это не пройдет, уверяю тебя. Официальная церковь насторожится. Это порочит настоящее дело нашей миссии. – В ее глазах засветилось церковное рвение, когда она отодвинула стул и резко встала. – Молитва – вот все, что нужно тебе, Майк. Почему бы нам не помолиться вместе, сейчас?

Майк отвернулся и возвратился на свое место у окна, пораженный внезапным приступом отвращения к этой женщине, которая на самом деле ни во что не верила, но зато все знала. Он глубоко вздохнул.

– Благодарю, Юдит. Это отличная идея.

Она задумчиво посмотрела на него:

– Майк, есть один человек, с кем ты можешь поговорить обо всем: это Джон Даунинг. Он хороший человек. Очень искренний, разумный. Позволь, я с ним сама поговорю. Он мой старый друг. Я попрошу его позвонить тебе.

Она оказалась верна своему слову. В тот же вечер Джон Даунинг позвонил.

– Возможно, Юдит посвятила меня только в то, во что могла, – сказал он, после того как представился. – Но мне хотелось бы услышать всю эту историю лично от вас.

Он слушал, не перебивая, и, когда Майк закончил, минуты на две воцарилось молчание.

– Вы понимаете, что в большинстве случаев подобное явление в итоге оказывается обычной навязчивой идеей, – наконец произнес он. – Иногда это, конечно, просто чьи-то остроумные мистификации, но чаще всего – игра воображения. «Тени» – так называемые «дома с привидениями». Обостренное стремление принять желаемое за действительное. Даже бывают галлюцинации. Простите меня за этот вопрос, но не принимаете ли вы какие-либо лекарства в данный момент?

Это было совсем не то, чего ожидал Майк, и на миг он даже рассвирепел.

– Вы полагаете, что я нахожусь под воздействием медикаментов? А может, вы думаете, что я алкоголик?

– Нет, что вы, Майк. – Голос Джона Даунинга был профессионально успокаивающим. – Но я должен во всем удостовериться. Это тоже часть моего опроса. Как и необходимость показать вас психиатру. Он тоже член нашей команды.

– Психиатр! – Майк в ярости чуть не разбил кулаком телефонный аппарат. – Теперь вы полагаете, что я сумасшедший! Что на самом деле рассказала вам Юдит? Я ждал поддержки, Джон, поддержки профессионала профессионалу! Помолиться вы должны были бы со мной, а не говорить о психиатрах!

– Но мы можем просто к вам прийти, если сочтем это необходимым. – Тон Джона Даунинга непроизвольно перешел от успокаивающего к покровительственному. – Мы имеем большой опыт работы с подобными случаями, уверяю вас. Разберемся во всем и свяжемся с вами, Майк, договорились? А тем временем я отправлю вам по почте несколько молитв. И еще, Майк, не ходите больше туда один. Оставьте это нам.

Майк резко швырнул трубку телефона и сделал глубокий вдох. Идея о «помощи» принадлежала Юдит, он вполне мог бы обойтись и без нее! Она что-то такое там наговорила, что этот Даунинг пришел к заключению, что Майк был просто беспомощным психопатом! Дура!

Несколько минут он нервно ходил по комнате. Вот что теперь получается: он должен предоставить все «им»! Забыть все и довериться добренькому дяденьке – психиатру, который, без сомнения, или заключит, что Майк все придумал, или запросто упрячет его куда подальше, как умалишенного! Майк упал в кресло, стал постукивать авторучкой по зубам, и вдруг ему в голову пришло имя: Тони Джилкрист. Майк встречался с Джилкристами несколько лет тому назад на конференции, перед тем как принял свой сан. Они ему оба тогда ужасно понравились, а интерес Тони к изгнанию духов просто заинтриговал. Этот человек казался таким искренним, чем-то похожим на него самого, и таким человечным в подходе к самой проблеме. Майк продолжал поддерживать с ними связь. А Руфь послала ему открытку с их адресом, когда Майк получил свой первый приход.

Майк попытался вспомнить, что привело их тогда в Саффолк? Тони принимал участие в изгнании духов в Ланкшире, ибо официальная церковь отвергала процедуру категорически. Это привлекло внимание всевозможных медиумов, и, в итоге, епископ их всех «прижал». Тони ушел в отставку, спустя полгода они с Руфь переехали и потеряли с Майком связь. Майк взял адресную книгу и поднял трубку телефона.

Тони был у себя. Он тоже выслушал историю Майка без комментариев и в конце долго молчал. Потом произнес лишь одно слово:

– Потрясающе!

Майк облегченно вздохнул:

– Я прав, что встревожился?

– О да! Не верь тем, кто говорит, будто этого не существует, Майк, или что это – лишь твое воображение или побочное действие лекарства от головной боли, которые ты принял на ночь. Доверься своему инстинкту! Если ты обеспокоен, значит, есть о чем беспокоиться. Понимаешь, – Тони замолчал, и на другом конце провода Майк услышал шелест страниц, – мы с Руфь скоро уедем на несколько дней. Навестить и крестить еще одного внука. Когда мы вернемся, я заеду. Просто как друг. Не рассказывай ничего своим парням из группы реагирования, и чтобы до твоего епископа тоже ничего не дошло – он наверняка сходу отлучит меня от церкви, еще до того, как я до тебя доберусь. Майк! Молитва святого Патрика! Конечно, ты знаешь слова?

Майк нахмурился.

– «Господи Иисусе, не оставь меня, Господи Иисусе, Ты – во мне».

– Она самая. Хорошая вещь! Рекомендована Христианской группой изучения и изгнания духов. Убедись, что помнишь ее наизусть, вдоль, поперек и по диагонали, даже во сне. В любое время, в любом месте, если ты напуган, или в опасности, даже при легкой неуверенности, огради себя этими словами, держи молитву у своего сердца, ладно? А Даунинг кое в чем прав! Держись подальше от магазина, похоже, это какое-то гиблое место. И если сможешь отговорить своего телевизионщика от работы над программой, сделай это. Вряд ли тебе это удастся, но все же попытайся. И не давай никаких интервью перед камерой, Майк, от этого будут одни неприятности. Я заеду, как только вернусь, и мы вместе решим, что тут можно сделать. Есть шанс, что все это самой собой как-то рассосется.

Позднее, войдя в церковь, Майк прошел к алтарю. На улице уже начинало смеркаться. Здание погрузилось во мрак, и он зажег лампочку возле двери ризницы. Лампочка осветила алтарь и крест. Крест был простой, деревянный, они установили его недавно, надеясь, что он не будет украден. Во время служб его заменяли на медный резной, который выглядел золотым. Свет и тени плясали на стене, и Майк поймал себя на том, что внимательно их рассматривает. После разговора с Тони ему стало значительно легче, но все же что-то оставалось в подсознании. Оно сильно беспокоило его, это что-то, скрытое в тени, затаившееся в глубине его души. Со вздохом Майк опустился на колени на ступеньку перед алтарем и устремил взгляд на крест.

– «Господи Иисусе, не оставь меня. Господи Иисусе, Ты – во мне...»

Над его головой по окнам начал хлестать дождь.