Колдунья из Даршивы - Эддингс Дэвид - Страница 65

– Я готов ко многому, – равнодушно отозвался Закет. – Учитывая то, что говорила Цирадис, я все равно не надеюсь выпутаться из этого живым.

– Вы уверены, что вы не арендиец? – с подозрением осведомился Гарион. – Вся идея заключается в том, чтобы жить, а не умереть, Закет. Смерть – это поражение. Вы не должны умирать. Голос говорил мне, что вам предназначено в этом участвовать. Думаю, мы движемся прямиком к последнему ужасу. Вы сможете поддерживать меня, когда мы туда доберемся.

– Голос?

– Он здесь. – Гарион постучал себя по лбу. – Я объясню это позже. Сейчас вы уже получили достаточно сведений, чтобы поразмышлять над ними.

– Ты слышишь голоса? Знаешь, для таких людей есть определенное название.

Гарион улыбнулся.

– Я не сумасшедший, Закет. Иногда я бываю немного рассеянным, но при этом в состоянии отличить реальность от фантазий.

Внезапный звук подобно взрыву отозвался в голове у Гариона.

– Что это было? – воскликнул Закет

– Вы тоже слышали? – удивился Гарион. – Но вы не должны были слышать этот звук!

– Как я мог не слышать, когда от него дрогнула земля? Смотри, Гарион. – Закет указал на север, где огненный столб поднимался к облачному, лишенному звезд небу. – Что это?

– Тетушка Пол что-то сделала.Но она никогда не действовала так неуклюже. Слушайте!

Вой гончей, звучавший все ближе и ближе, внезапно перешел в отрывистый скулящий лай.

– Возможно, звук скверно подействовал на ее уши, – предположил Гарион. – Во всяком случае, на мои он подействовал именно так.

Гончая залаяла снова, к ней присоединились другие. Звуки начали удаляться к северу, где огненная колонна тянулась к небу.

– Давайте вернемся, – сказал Гарион. – Не думаю, что нам нужно продолжать наблюдение.

Бельгарат и Бельдин выглядели бледными и потрясенными. Даже Дарник казался испуганным.

– Она с шестнадцати лет не устраивала такого шума, – промолвил Бельдин. Он с подозрением взглянул на Дарника. – Может, ты ее обрюхатил?

Даже в темноте Гарион увидел, как покраснел от гнева его друг.

– Какое это имеет отношение? – спросил Бельгарат.

– Это всего лишь моя теория, – ответил Бельдин. – Я не могу ее доказать, потому что Польгара – единственная волшебница, которую я знаю, и она никогда еще не была беременной.

– Уверен, что со временем тебе удастся это объяснить.

– Это не так уж сложно, Бельгарат. В теле женщины происходят изменения, когда она носит ребенка. Это отражается также на ее эмоциях и мыслительном процессе. Чтобы собрать воедино волю, требуются спокойствие и сосредоточенность. А беременной женщине этого может недоставать. Понимаешь... – Он продолжал подробно описывать физические, эмоциональные и интеллектуальные изменения во время беременности.

Вскоре Сенедра и Бархотка удалились, забрав с собой Эрионда. Через минуту за ними последовал Дарник.

– Ты сам все это вычислил? – спросил Бельгарат.

– Я думал об этом, наблюдая за пещерой, где Зедар прятал Торака.

– Значит, создание теории заняло у тебя пятьсот лет?

– Я хотел быть уверенным, что предусмотрел все возможности, – пожал плечами Бельдин.

– Тогда почему ты просто не спросил Пол? Она бы сразу же тебе ответила.

Бельдин быстро заморгал.

– Я об этом не подумал, – признался он.

Бельгарат отошел, качая головой. Спустя некоторое время они услышали хриплый вопль, донесшийся с запада.

– Всем лечь и не двигаться! – прошипел Бельгарат.

– Что это такое? – воскликнул Закет.

– Тише! – шепнул Бельдин. – Она вас услышит!

Наверху появилось оранжевое пламя и послышалось хлопанье огромных крыльев. В небе пролетел дракон, рыча и изрыгая огонь.

– Что это? – повторил Закет.

– Зандрамас, – прошептал Гарион. – Говорите тише. Она может вернуться.

Они молча ожидали.

– Вроде бы она полетела на шум, который устроила Пол, – тихо произнес Бельгарат.

– По крайней мере, она ищет не нас, – облегченно вздохнул Шелк.

– Во всяком случае пока.

– Значит, это был не настоящий дракон? – спросил старика Закет.

– Конечно нет. Гарион прав – это была Зандрамас, принявшая иное обличье.

– Не отдает ли это некоторым хвастовством?

– Зандрамас не может долго обходиться без показухи. Очевидно, тут сказывается то, что она все-таки женщина.

– Я все слышу, Бельгарат, – донесся с дальнего конца поляны угрожающий голос Сенедры.

– Возможно, я неудачно выразился, – попытался оправдаться старик.

Белоснежная сова вылетела из мертвого леса,покружила над огнем и приняла человеческий облик.

– Что ты там натворила, Пол? – спросил ее Бельгарат.

– Я нашла потухший вулкан, – ответила она, забирая свой плащ у Дарника и набрасывая его на плечи, – и пробудила его. Гончие побежали выяснять, в чем дело?

– Почти сразу же, – заверил ее Гарион.

– И Зандрамас тоже, – добавил Шелк.

– Да, я ее видела. – Польгара улыбнулась. – Все сработало, как надо. Зандрамас скоро доберется туда, обнаружит там гончих и решит, что с ними делать. Не думаю, чтобы они побеспокоили нас еще раз, а когда Зандрамас узнает, что произошло на самом деле, то лопнет с досады, узнав, что помогла нам.

– Значит, ты нарочно действовала так неловко, Пол? – спросил Бельгарат.

– Конечно. Я хотела создать как можно больше шума, чтобы отвлечь гончих и гролимов, которые могли оказаться поблизости. А появление Зандрамас оказалось дополнительным приятным сюрпризом. Не мог бы ты снова развести огонь, дорогой? – обратилась она к Дарнику. – Думаю, теперь мы можем без опасений заняться ужином.

Рано утром они снялись с лагеря. Вулкан Польгары все еще извергал дым и пепел, делающие пасмурную погоду еще более мрачной. В воздухе пахло серой.

– Летать в таком небе маленькое удовольствие, – мрачно заметил Бельдин.

– Но нам нужно знать, что делается впереди, – сказал ему Бельгарат.

– Понимаю, – огрызнулся Бельдин. – Я же не идиот! Просто я констатировал факт. – Наклонившись, он превратился в ястреба и взмыл вверх, размахивая крыльями.

– Я отдал бы целое состояние за такого ястреба, – с завистью произнес Закет.

– Вам было бы нелегко обучить его, – заметил Бельгарат. – Это не самая послушная птица в мире.

– А если бы вы попробовали накрыть его колпачком, он, возможно, откусил бы вам палец, – добавила Польгара.

Бельдин вернулся около полудня.

– Готовьтесь! – крикнул он, едва успев превратиться в человека. – За этим холмом около десяти стражников храма! Они направляются сюда, и с ними гончая.

Гарион потянулся к мечу и услышал, как Закет выхватил из ножен свой клинок.

– Нет! – резко сказал он императору. – Оставайтесь в стороне!

– Ни за что, – ответил Закет.

– Я позабочусь о собаке, – сказал Сади и полез в висевший на поясе кисет за порошком, который он успешно использовал в Каранде.

Мужчины сели на лошадей и приготовили оружие. Эрионд увел женщин в лес. Гончая первой появилась на холме и остановилась, увидев их. Затем она повернулась и побежала назад.

– Теперь они знают, что мы здесь, – сказал Бельгарат.

На вершине холма появились стражники. Гарион заметил, что у них нет копий, но каждый всадник в кольчуге держал в руке меч и имел при себе щит. Они задержались на мгновение, чтобы оценить ситуацию, затем устремились в атаку. Гончая неслась впереди, угрожающе рыча. Сади пришпорил лошадь и понесся ей навстречу с горстью порошка в руке. Когда гончая приподнялась на задних лапах, чтобы стащить евнуха с седла, Сади хладнокровно швырнул порошок прямо ей в морду. Гончая затрясла массивной головой, пытаясь прочистить глаза. Затем она чихнула, выпучила глаза и побежала назад, жалобно скуля.

– Вперед! – скомандовал Гарион и понесся навстречу стражникам.

Они были более серьезными противниками, чем даршивские солдаты, и о том, чтобы церемониться с ними, нечего было и думать. Впереди скакал на могучем коне стражник огромного роста, но Гарион вышиб его из седла одним ударом меча Железной Хватки.