Колдунья из Даршивы - Эддингс Дэвид - Страница 66

Гарион слышал слева от себя удары стали о сталь, но не решился повернуться. Он выбил из седла еще двух стражников, а Кретьен налетел на лошадь третьего, опрокинув наземь и коня, и всадника. Прорвавшись сквозь ряды врагов, Гарион повернулся назад.

Двое стражников теснили Закета с двух сторон – третьего он уже успел уложить. Гарион пришпорил Кретьена, намереваясь прийти на помощь другу, но Тоф подоспел раньше его. Одной ручищей он выдернул из седла стражника и хватил его головой о придорожный валун. Закет ловко парировал два удара второго противника, а затем проткнул его насквозь.

Кинжалы Шелка также вершили свою смертоносную работу. Один из стражников скакал кругами, согнувшись в седле и вцепившись в торчащую из его живота рукоятку. Ловкий маленький драсниец перепрыгнул со своей лошади на лошадь другого стражника, оказавшись у него за спиной, и вонзил кинжал ему в шею. Изо рта несчастного хлынула кровь, и он замертво рухнул на землю.

Оставшиеся два стражника попытались ускользнуть, но Бельдин устремился на них с дубиной и топором. Оба свалились с лошадей и остались лежать в дорожной грязи.

– С вами все в порядке? – спросил Закета Гарион.

– Все отлично, Гарион. – Однако император тяжело дышал.

– Ваша ловкость как будто возвращается.

– Кое-что помогло мне вспомнить, как закипает кровь в разгар битвы. – Закет окинул взглядом неподвижные тела. – Когда все это кончится, я, пожалуй, прикажу распустить гролимскую церковь. Армии религиозных фанатиков вызывают у меня раздражение.

– Кто-нибудь спасся? – спросил Шелк, оглядываясь вокруг.

– Ни один, – ответил ему Дарник.

– Прекрасно. Нам не нужно, чтобы кто-то из них отправился за подмогой. – Шелк нахмурился. – Что они делали так далеко на юге?

– Возможно, пытались отвлечь даршивские войска от основной части армии Урвона, – ответил Бельгарат. – Думаю, нам следует быть повнимательнее. Солдаты могут появиться в любой момент. – Он обернулся к Бельдину. – Почему бы тебе не посмотреть, чем заняты люди Урвона и где находятся даршивцы. Нам вовсе не улыбается оказаться между ними.

– Это потребует времени, – отозвался горбун. – Даршива велика.

– Тогда лучше приступай немедленно.

Ночью они укрылись в развалинах очередной деревни. Бельгарат и Гарион обследовали окрестности, но никого не обнаружили. На следующее утро два волка устремились впереди группы всадников, но также никого не встретили.

Бельдин вернулся уже под вечер.

– Урвон обошел вашу армию с флангов, – сообщил он Закету. – У него имеется, по крайней мере, один генерал, который имеет понятие о военном искусстве. Сейчас его войска в Далазийских горах и движутся к югу форсированным маршем. Атеске пришлось остаться на берегу, чтобы встретить даршивцев и их слонов.

– А ты видел Урвона? – спросил Бельгарат.

Бельдин разразился трескучим хохотом.

– О да! Он, похоже, окончательно спятил. Две дюжины солдат таскают его на троне, а он показывает фокусы, чтобы продемонстрировать свою божественную природу. Сомневаюсь, что ему удастся настолько сфокусировать волю, чтобы даже заставить цветок увянуть.

– Нахаз с ним?

Бельдин кивнул.

– Все время нашептывает ему на ухо. Думаю, Нахазу следует присматривать за своим подопечным. Если Урвон начнет отдавать неверные приказы, его армия может разбежаться и блуждать в этих горах годами.

– Тут что-то не так, – нахмурился Бельгарат. – Все наши сведения указывали на то, что Нахаз и Морджа сосредоточились друг на друге.

– Может, они уже разобрались, – пожал плечами горбун, – и Морджа проиграл.

– Сомневаюсь. Такая разборка вызвала бы столько шума, что мы бы наверняка его услышали.

– Кто знает этих демонов? – Бельдин запустил пятерню в спутанные волосы. – Будем смотреть правде в глаза, Бельгарат. Зандрамас знает, что ей нужно отправляться в Келль, и Нахаз тоже это знает. Думаю, предстоит гонка. Мы все хотим первыми прибыть к Цирадис.

– Чувствую, что я проглядел нечто важное, – промолвил Бельгарат.

– Постарайся вспомнить. Хотя это может занять пару месяцев, но ты все-таки попробуй.

Бельгарат игнорировал очередную колкость.

К вечеру дым и пепел начали рассеиваться, но облачность оставалась прежней. Даршива все еще была страной мертвых деревьев, грибов и застоявшейся воды. Последняя превращалась в проблему. Запасы воды, которую путешественники взяли из лагеря на берегу Магана, давно истощились. С наступлением ночи Бельгарат и Гарион, превратившись в волков, искали не столько вооруженных противников, сколько свежую воду.

В мертвом лесу Гарион повстречал волчицу. Она была тощей, грязной и прихрамывала на левую переднюю лапу. Волчица посмотрела на него, угрожающе обнажив клыки.

Гарион присел, демонстрируя мирные намерения.

– Что ты здесь делаешь? – спросила волчица на волчьем языке.

– Просто кочую с места на место, – вежливо ответил Гарион. – Я не собираюсь тут охотиться и отнимать твою добычу. Мне нужна только чистая вода, чтобы попить.

– Чистая вода есть в источнике с другой стороны холма. – Она посмотрела на холм в лесу. – Тебе хватит.

– Со мной другие, – сказал он.

– Твоя стая? – Она осторожно приблизилась к нему и потянула носом. – От тебя пахнет человечиной.

– В моей стае есть собаки, – ответил Гарион. – А где твоя стая?

– Ушла. Когда здесь не осталось дичи, они отправились в горы. – Волчица лизнула поврежденную лапу. – Я не могла уйти с ними.

– А где твой напарник?

– Он уже не бегает и не охотится. Иногда я посещаю его кости. – Она произнесла это с таким безыскусным достоинством, что Гарион ощутил ком в горле.

– Как же ты охотишься с больной лапой?

– Лежу в засаде и поджидаю случайную добычу. Ее очень мало. Я уже давно не была сыта.

– Дедушка, – мысленно окликнул Гарион. – Ты мне нужен.

– Неприятности? – беззвучно отозвался старик.

– Не те, о которых ты думаешь. Кстати, я нашел воду, но не беги, а то ты ее испугаешь.

– Кого «ее»?

– Сам увидишь.

– С кем ты говорил? – спросила волчица.

– Ты слышала? – удивился Гарион.

– Нет, но мне показалось, будто ты разговаривал.

– Мы побеседуем об этом позже. Сюда идет вожак моей стаи. Он принимает решения.

– Так и должно быть. – Она легла на брюхо, продолжая зализывать лапу.

– Как ты ее повредила?

– Люди спрятали под листьями капкан, и он ухватил мою лапу. У него острые челюсти.

Из мертвого леса выбежал Бельгарат. Он остановился и сел на корточки, высунув язык.

Волчица прижала морду к земле в знак уважения.

– В чем проблема? – мысленно осведомился Бельгарат.

– Она угодила лапой в капкан. Стая бросила ее, а ее напарник умер. Она искалечена и голодна.

– Такое случается нередко.

– Я не собираюсь оставить ее умирать.

Бельгарат внимательно посмотрел на него.

– Я и не думал, что собираешься, – отозвался он, – в противном случае стал бы уважать тебя куда меньше.

Бельгарат подошел к волчице.

– Как дела, сестричка? – принюхиваясь, спросил он на волчьем языке.

– Плохо, достопочтенный вождь, – вздохнула она. – Наверное, я уже не смогу охотиться.

– Ты присоединишься к моей стае, а мы позаботимся о твоей ране и будем приносить тебе столько мяса, сколько потребуется. Где твои малыши? Я чую их запах на твоей шерсти.

Гарион заскулил от удивления.

– Остался только один, – ответила волчица, – и он очень слаб.

– Приведи нас к нему. Мы сделаем его сильным.

– Как прикажешь, достопочтенный вождь, – ответила она с машинальной покорностью.

– Лети сюда, Пол, – мысленно позвал Бельгарат, – и прими облик своей матери. – Властность его приказа была скорее волчьей, нежели человеческой.

Последовало недоуменное молчание.

– Да, отец, – наконец откликнулась Польгара.

Когда она появилась через несколько минут в облике волчицы, Гарион узнал ее по характерной белой полоске над левой бровью.

– В чем дело, отец?