Обретение чуда - Эддингс Дэвид - Страница 31

– Хотел бы я перемолвиться словом с её светлостью, – сказал капитан, спрыгнув на землю.

– Пойду спрошу, сможет ли она принять вашу честь, – ответил хозяин.

Бэйрек закрыл окно.

– Сейчас разделаюсь с этим надоедливым капитаном, – твёрдо объявил он.

– Нет, – покачал головой Волк. – С ним слишком много солдат, и если они настоящие солдаты, значит, это добрые люди, не сделавшие нам никакого зла.

– Здесь есть чёрный ход, – предложил Силк. – Пока они доберутся сюда, мы можем отойти довольно далеко.

– А вдруг он расставил солдат по всему двору? – спросила тётя Пол. – Что тогда? Если капитан собирается поговорить с герцогиней Эратской, почему бы герцогине не принять доблестного воина?

– Что ты задумала? – поинтересовался Волк.

– Если все вы будете держаться подальше, я побеседую с капитаном и смогу отделаться от него до утра. Когда они вернутся, мы будем в Арендии.

– Возможно, – буркнул Волк, – но этот капитан кажется мне довольно сообразительным человеком.

– Я уже имела дело с такими людьми и раньше, – заметила тётя Пол.

– Нужно решаться на что-то, – вмешался стоявший у двери Силк. – Он уже на лестнице.

– Ну что ж, будь по-твоему, Пол, – кивнул Волк, открывая дверь в соседнюю комнату.

– Гарион, – приказала тётя Пол, – оставайся здесь. Не годится герцогине оставаться без слуг. Волк и остальные поспешно вышли.

– Что мне делать, тётя Пол? – прошептал Гарион.

– Помни только, что ты мой паж, дорогой, – ответила она, усаживаясь в большое кресло посреди комнаты и тщательно расправляя складки платья. – Стань около кресла и постарайся выглядеть как подобает верному слуге. Об остальном я позабочусь.

– Хорошо, моя госпожа, – кивнул Гарион.

В дверях появился кланяющийся хозяин постоялого двора, за его спиной стоял высокий спокойный офицер с проницательными серыми глазами. Гарион, изо всех сил стараясь выглядеть как можно более услужливым, спросил имя капитана и обернулся к тёте Пол.

– Капитан Брендиг просит принять его, ваша светлость, – объявил он, – говорит, по важному делу.

Тётя Пол задумчиво взглянула на него, как бы решая, удовлетворить ли просьбу.

– Ну хорошо, – наконец решила она, – зови его. Капитан Брендиг вошёл в комнату; хозяин поспешно удалился.

– Ваша светлость, – почтительно приветствовал офицер, низко поклонившись – В чём дело, капитан? – высокомерно спросила она.

– Я не побеспокоил, бы вашу светлость, но дело чрезвычайно важное, – извинился Брендиг. – Приказ отдан лично королём. Кому, как не вам, знать, что любые желания монарха должны выполняться незамедлительно.

– Думаю, в этом случае могу уделить вам несколько минут, – кивнула тётя Пол.

– Король приказал задержать некоего человека. Пожилой, с седыми волосами и белой бородой. Мне сообщено, что среди ваших слуг есть похожий.

– Этот человек преступник? – осведомилась она.

– Король этого не сказал, ваша светлость, – объяснил Брендиг, – велел только схватить этого человека и доставить во дворец в Сендаре, и всех его спутников тоже.

– Я редко бываю при дворе, – ответила тётя Пол, – и вряд ли какой-нибудь из моих слуг мог привлечь внимание короля.

– Ваша светлость, – вежливо возразил Брендиг, – кроме обязанности командовать полком, я ещё удостоен титула барона; но, хотя я всю жизнь провёл при дворе, должен признаться, что никогда не встречал вас. Даму такой необыкновенной красоты не так то легко забыть.

Тётя Пол слегка наклонила голову в знак признательности.

– Я должна была догадаться, мой господин! – воскликнула она. – Такие манеры не присущи простому солдату.

– Более того, ваша светлость, – продолжал капитан, – я знаком со всеми владениями в королевстве, и, если не ошибаюсь, Эрат – это графство, а граф Эратский – низенький плотный человек, кстати, брат моего деда. В этой части Сендарии нет ни одного герцогства ещё с тех пор, как королевство находилось под властью весайтских арендов.

Тётя Пол пронзила его ледяным взглядом.

– Моя госпожа, – почти извиняющимся тоном пробормотал Брендиг, – весайтские аренды были свергнуты их астурийскими кузенами в последние годы третьего тысячелетия. Весайтских аристократов не существует уже две тысячи лет.

– Благодарю за урок истории, мой господин, – холодно ответила тётя Пол.

– Но, впрочем, всё это несущественно, не так ли? – продолжал Брендиг. – Мой король повелел найти старика, о котором я говорил. Можете ли вы поклясться, госпожа моя, что вы не знаете этого человека?

Вопрос зловеще повис в воздухе, и Гарион, охваченный внезапной паникой, поняв, что их поймали, чуть не выкрикнул вслух имя Бэйрека.

Но тут открылась дверь соседней комнаты, и господин Волк шагнул в гостиную.

– Незачем продолжать всё это, – рявкнул он, – я именно тот, кого ты ищешь.

Что хочет от меня Фулрах Сендарийский?

Брендиг без особого удивления взглянул на старика.

– Его величество не удостоил меня доверием, – ответил он, – и, без сомнения, объяснит всё лично, как только мы доберёмся до Сендара.

– Значит, чем скорее, тем лучше, – решил Волк. – Когда мы отправляемся?

– Утром, сразу же после завтрака, – ответил Брендиг. – Прошу дать слово, что никто из вас не попытается покинуть этой ночью постоялый двор. Предпочитаю не подвергать герцогиню Эратскую такому унижению, как заключение в местной тюрьме. Камеры здесь крайне неудобны, как я слыхал.

– Обещаю и клянусь, – объявил Волк.

– Благодарю, – слегка поклонился Брендиг. – Должен также объяснить вам, что собираюсь поставить охрану у ворот постоялого двора – для вашей защиты, конечно.

– Ваша забота просто подавляет, господин мой, – сухо заметила тётя Пол.

– Покорный слуга госпожи, – ответил Брендиг, снова кланяясь, и, повернувшись на каблуках, вышел.

Полированная дверь была из твёрдого дерева, это Гарион знал точно, но, когда она закрылась за капитаном, слабый стук почему-то напомнил ужасный лязг ржавой двери темницы.

Глава 11

Уже девять дней они провели в пути, на тракте, ведущем вдоль побережья из Камаара в столицу Сендар, хотя расстояние было не так велико, всего пятьдесят пять лиг. Капитан Брендиг не спешил и построил солдат так, что ускользнуть не представлялось возможным. Хотя снегопад прекратился, дорога была скользкой, а ветер, дувший с моря, гулял по широким болотам, занесённым снегом, принося сырость и холод. Каждый вечер они останавливались на ночлег в сендарийских гостиницах, расположенных на равном расстоянии друг от друга, словно верстовые столбы на огромных пустынных пространствах. Конечно, они были не так благоустроены, как толнедрийские, выстроенные на Великом Северном пути, но, по крайней мере, могли служить убежищем.

Капитан Брендиг явно старался заботиться об их комфорте, но неизменно ставил стражу у двери.

К концу второго дня Гарион подсел к очагу рядом с Дерником, задумчиво уставившимся в огонь. Кузнец был самым близким другом мальчика, и Гарион отчаянно нуждался в чьём-то участии.

– Дерник, – прошептал он наконец.

– Что, малыш?

– Ты когда-нибудь сидел в тюрьме?

– Я никогда не совершал такого, за что можно туда попасть.

– Но, может, хоть раз видел, какая она?

– Порядочные люди близко к таким местам не подходят, – отрезал Дерник.

– Я слышал, там ужасно: темно, холодно и полно крыс.

– Почему ты вдруг вспомнил об этом? – удивился Дерник.

– Боюсь, мы очень скоро познакомимся с «таким местом», – прошептал Гарион, стараясь изо всех сил не выказать испуга.

– Мы ничего плохого не сделали, – возразил Дерник.

– Почему же король велел нас схватить? Вряд ли он отдал приказ, не имея на это причин.

– Мы ничего плохого не сделали, – упрямо повторил Дерник.

– Может, господин Волк виноват, – предположил Гарион, – иначе зачем король послал всех этих солдат? И нас бросят в темницу заодно со стариком только потому, что мы оказались его спутниками.