Владычица магии - Эддингс Дэвид - Страница 39

– Произошло именно то, чего я боялся, – ответил мерг. – Эти пришельцы опорочили мой народ, стремясь уничтожить дружбу между королевствами Арендии и Ктол Мергоса. Печально мне видеть, как монарх столь легковерен, что может доверчиво прислушиваться к словам клеветников, не дав сначала возможности оправдаться. Разве это справедливо, ваше августейшее величество?

– Кто это? – спросил господин Волк.

– Нечек, – ответил король, – посол Ктол Мергоса. Могу ли я познакомить вас, о Древнейший?

– В этом нет необходимости, – хмуро откликнулся Волк. – Любой мерг знает, кто я. Матери Ктол Мергоса пугают моим именем детей.

– Только я уже давно не ребенок, старик, – ощерился Нечек, – и не боюсь тебя.

– Думаю, это слишком поспешное заявление, и дело добром не кончится, – заметил Силк.

Узнав, кто перед ним, Гарион почувствовал, как сжалось сердце. Он не отрываясь глядел в лицо человека, предавшего Леллдорина и доверчивых юношей, в очередной раз сознавая, что игроки снова передвинули фигурки в другое положение, и перед последним решительным ходом, только от него зависит, кто проиграет и кто выйдет победителем.

– Какие лживые слова ты передал королю? – требовательно спросил Нечек.

– Никакой лжи, Нечек. Только правду. Этого вполне достаточно.

– Я протестую, ваше величество, – обратился Нечек к королю. – Весь мир знает о ненависти этого человека к моему народу. Как можешь ты позволять ему безнаказанно изливать свой яд?!

– Смотри, куда только девалась его изысканная речь?! – ехидно вставил Силк.

– Просто слишком взволнован. Мерги, когда волнуются, начинают заикаться, – подхватил Бэйрек, – это один из их многочисленных недостатков.

– Олорны! – прорычал Нечек.

– Совершенно верно, мерг, – холодно кивнул Бэйрек, все еще не отпуская руки Хеттара.

Нечек взглянул на олгара, и глаза его внезапно расширились; он в ужасе отшатнулся, натолкнувшись на полный ненависти взгляд; рыцари тут же демонстративно сомкнулись вокруг него.

– Ваше величество, – процедил он. – Мне знаком этот человек, Хеттар из Олгарии, известный убийца. Требую его ареста!

– Требуешь, Нечек? – зловеще блеснув глазами, переспросил король – Ты смеешь говорить таким тоном в моем тронном зале?

– Простите, ваше величество, – поспешно извинился Нечек, – но один вид этого зверя заставил меня непростительно забыться.

– Лучше бы тебе уйти, Нечек, – посоветовал господин Волк. – Вряд ли стоит мергу находиться в одиночестве среди стольких олорнов. Иногда в подобных обстоятельствах происходят несчастные случаи.

– Дедушка, – настойчиво прошептал Гарион, почувствовав, сам не зная почему, что именно сейчас нужно сказать все. Нельзя, чтобы Нечек ушел отсюда невредимым.

Безликие игроки сделали последние ходы, и игра должна закончиться здесь.

– Дедушка, – повторил он, – мне кое-что нужно сказать тебе.

– Не сейчас, Гарион, – отмахнулся Волк, не сводя с мерга жесткого взгляда.

– Это важно, дедушка. Очень важно.

Господин Волк обернулся, как бы желая что-то резко ответить, но тут, казалось, увидел нечто, никем больше в этой комнате не замеченное, и глаза мгновенно расширились в невыразимом удивлении.

– Хорошо, Гарион, – кивнул он очень спокойно, – говори.

– Есть люди, замышляющие убить короля Арендии. Один из них – Нечек, – произнес Гарион громче, чем намеревался, и тут же внезапное молчание сковало тронный зал.

Лицо мерга побелело, а рука непроизвольно дернулась было к рукояти меча, но мгновенно застыла. Гарион неожиданно краем глаза заметил, что гигантская фигура Бэйрека маячит совсем близко за спиной, а рядом стоит зловеще-мрачный, словно смерть, Хеттар в черном кожаном камзоле. Нечек отступил и сделал знак закованным в сталь рыцарям. Те быстро, держа руки на рукоятях мечей, образовали защитное кольцо вокруг мерга.

– Не желаю оставаться и выслушивать оскорбления! – объявил Нечек.

– Я не давал тебе разрешения удалиться, Нечек, – жестко объявил Кородаллин, – и требую, чтобы ты не покидал зала.

Неумолимые глаза молодого короля впивались в лицо мерга. Потом Кородаллин обратился к Гариону:

– Я желаю выслушать все до конца. Говори правду, юноша, и не бойся наказания или мести за слова свои.

Гарион набрал в грудь побольше воздуха и начал, тщательно выбирая слова:

– Подробности мне неизвестны, ваше величество. Я обо всем узнал случайно.

– Открой все, что обнаружил! – велел король.

– Насколько я понимаю, ваше величество, следующим летом во время вашего паломничества в Во Мимбр несколько человек собираются по дороге напасть на вас и убить.

– Без сомнения, астурийские предатели, – вмешался седовласый придворный.

– Они называют себя патриотами, – возразил Гарион.

– Несомненно, – фыркнул старик.

– Хуже всего, ваше величество, – добавил Гарион, – что нападающие будут одеты в мундиры толнедрийских легионеров.

Силк громко свистнул.

– План состоит в том, чтобы ваши рыцари посчитали убийц толнедрийцами, – продолжал Гарион. – Эти люди считают, что Мимбр немедленно объявит войну империи и легионы немедленно перейдут границы, а пока в Мимбре бушует война, эти патриоты провозгласят независимость Астурии от арендийского трона в полной уверенности, что вся Астурия пойдет за ними.

– Понимаю, – задумчиво кивнул король – Прекрасно продуманный план, хотя несколько необычный для наших буйных астурийских братьев. Но я еще ничего не услышал о том, какое отношение к этому предательству имеет посол Тор Эргаса.

– Он стоит во главе всего заговора и придумал столь хитрый план. Объяснил им все детали и дал золота на покупку толнедрийских мундиров и подкуп союзников.

– Он лжет! – взорвался мерг.

– Тебе будет дана возможность оправдаться, Нечек, – остановил его король и вновь обратился к Гариону:

– Вернемся к твоему рассказу. Каким образом удалось тебе узнать о готовящемся покушении?

– Этого я открыть не могу, ваше величество, – твердо ответил Гарион, – потому что дал слово. Один из тех людей все рассказал мне в подтверждение истинности своей дружбы. Он не побоялся рискнуть жизнью, чтобы показать, как велико его доверие. Я не выдам друга.