Жёлтые короли - Лобас Владимир - Страница 116

3.

Из оставшихся 154 долларов около двадцати уйдет на заправку, думал я под жужжание лифта. 62.50 принадлежит хозяйке. Но, если устроить сегодня выходной, этот долг удвоится. За то, что чекер целый день простоит под окном, мне придется уплатить деньгами, которые я привез домой накануне. Если пойти на это, получится, что за двадцать два часа я заработал — девять долларов…

Я был совершенно свободным человеком, хозяином самому себе. Но какой хозяин мог бы заставить меня, не спавшего ни минуты, снова сеть за руль?!.. Впрочем, я и не собирался выкинуть сейчас такой номер. Я решил поступить разумн о: переставлю машину, вернусь, выкупаюсь, подремлю, а гдето после полудня…

Прокуренные легкие с наслаждением втягивали живительный после дождя воздух. Я обошел мусорный бак, и по сердцу словно полоснули ножом: треугольное, меньшее из стекол водительской дверцы было разбито; сама дверца, конечно же, открыта; а распахнутая крышка багажника раскачивалась на ветру, чуть позванивая вырванным «с мясом» и повисшим на изогнутой заклепке замком… Деловому автомобильному вору недосуг было возиться с отмычками под дождем. Он открыл машину по-быстрому — молотком и зубилом — и украл (это вам не шалун-подросток) — новенькое запасное колесо, домкрат, новенькие кабели, фонарик… Багажник был пуст, на дне его стояла вода…

Как ни горька была моя печаль, но главное еще предстояло выяснить: украден ли счетчик?.. Стоивший, по словам хозяйки, четыреста с лишним монет, электронный счетчик я почему-то не оставлял в багажнике, как это делают многие таксисты, а уносил домой, или же, как вчера, — завернул в тряпку и спрятал под сиденье…

«Никогда! Больше никогда не оставлю я кэбе счетчик!» — поклялся я и, царапая ладонь об осколки, ринулся искать его под сиденьем — и тотчас убедился, что вор заглянул и сюда… Исчезли из-под сиденья и монетница с мелочью, и блок сигарет, и даже бумажный пакетик с двумя бутылочками кока-колы; однако же — наперекор худшим моим предчувствиям, — завернутый в тряпку счетчик обнаружился в том самом месте, где я его и оставил. Провидение все-таки сжалилось надо мной в это утро; но как ни крути, как ни верти, а вчерашних денег не хватало на то, чтобы и стекло вставить, и оснастить багажник новым замком, и новой «запаской», и новым домкратом…

Поскольку рассчитывать на сочувствие хозяйки не приходилось, я тут же решил, что не стану докладывать ей о случившемся, а сэкономлю, сколько уж удастся, и куплю вместо новой «запаски» — подержанную, и подержанный домкрат. В багажник хозяйка не заглядывает…

Всецело, казалось бы, поглощенный этими размышлениями, не забыл я, однако, о том, что за спиной у меня — двадцатидвухчасовая смена да бессонное утро. Начинать рабочий день, не отдохнув, было нельзя. И, подвязывая крышку багажника обрывком шпагата, положил я себе не отступать от намеченного плана: переставить кэб, возвратиться домой, позавтракать, подремать.

Именно с таким намерением я и объехал вокруг своего квартала, вокруг соседнего, а поставить машину было негде. Еще один квартал, еще… Даже если я и найду теперь место для чекера, у меня все равно нет сил тащиться пешком домой почти целую милю. Я закурил, выдохнул вместе с дымом ядреное словцо — и двинул на ведущее в Манхеттен шоссе!