Радость пирата - Беннет Констанция - Страница 57

Однако Рук уже готов был прикрикнуть на древнюю старуху. Он боялся оставлять Льва и Золотую Птичку наедине надолго, но все складывалось на редкость неудачно. Ванды не оказалось в ее шатре, и Рук обошел весь стан. Она болтала на дворцовой кухне со своей сестрой.

— Не могла бы ты идти побыстрее, женщина? — не выдержал Рук.

— Я иду так же быстро, как песок, отмеряющий время, но не так быстро, как будет лететь в преисподнюю Рук, если он посмеет плохо говорить с Вандой.

— Прости, пророчица, но мне пришлось оставить невесту наедине со Львом, а это не понравится принцу.

— Невеста, — презрительно хмыкнула Ванда.

Рук, нахмурившись, посмотрел на согбенную старуху.

— Ты не одобряешь выбор принца? Но ведь это ты сказала, что Золотая Птичка поможет ему взять бразды правления Аденом в свои руки, что только женщина с севера поможет ему завладеть троном после смерти султана. Не хочешь ли ты сказать, что ошиблась?

— Ванда никогда не ошибается. Но не всякая золотоволосая северянка годится в жены Ари-паше. Мы посмотрим…

Ванда замолчала и больше за всю дорогу, показавшуюся Руку вечностью, не раскрыла рта. Наконец они добрели до шатра пленников.

Пророчица откинула полог сама.

— Это Ванда, — представил старуху Рук. — Она одна может предсказывать будущее. Ванда скажет, осквернена Золотая Птичка или нет.

Сердце Александры бешено забилось, когда сморщенное создание приблизилось к ней. Лицо Ванды было в тени, согбенное тело закрывал бесформенный плащ. Старая женщина производила зловещее впечатление. Особенно глаза. Глаза были черные, пронзительные и удивительно яркие. Ванда с трудом опустилась на колени перед Алекс. Майлз хотел было помочь старой женщине, но она откинула его руку, что-то недовольно пробормотав на своем гортанном языке. Майлз понял, что касаться пророчицы строжайше запрещено, и отступил в сторону.

Рука, более похожая на птичью лапку, чем на человеческую кисть, показалась из-под темной хламиды. Ванда поманила Алекс пальцем, и, замирая от страха, Александра пододвинулась ближе, благодарная Майлзу за то, что он, опустившись на циновки позади, придерживал ее за талию.

Ванда бормотала слова, которые Алекс не могла разобрать. Вдруг она схватила Алекс за руку, и девушка отшатнулась в испуге. Однако старуха оказалась сильнее, чем можно было предположить. Она прикрикнула на Алекс таким тоном, что та невольно повиновалась. Глаза двух женщин, молодой и старой, встретились, и Александре вдруг показалось, что старуха совсем не страшная, а просто мудрая старая женщина. По велению Ванды Алекс и Майлз положили руки друг другу на живот.

Накрыв их руки своими, Ванда закрыла глаза и сосредоточилась. Она медленно раскачивалась, нараспев что-то говоря, и только ток, вдруг пронзивший Алекс, удержал ее от усмешки. Наверное, со стороны вся процедура выглядела каким-то дурацким фарсом.

Что-то непонятное как будто ощупывало изнутри, касаясь самых сокровенных уголков тела и души. Александре было не по себе. Вдруг все прекратилось, и старуха бессильно уронила руки. Визирь помог пророчице подняться на ноги. Тишина казалась невыносимой, но все молчали. Хозяйкой здесь была Ванда, и она должна была вести спектакль. Прошла целая минута, прежде чем Ванда, глядя на Рука, сделала свое предсказание. Она говорила медленно и напевно. Бросив последний взгляд в сторону Алекс и Майлза, она повернулась и пошла к выходу. Алекс показалось, что она выглядит еще более старой, чем когда вошла в шатер. Странно, что она вообще могла ходить.

— Ну что, Рук? — спросил Майлз после ухода старухи.

Кросс встал так, чтобы его ненаглядная была позади.

— Ванда говорит загадками, — нехотя сообщил Рук, очевидно, еще не до конца расшифровав смысл сказанного.

— Тогда передай нам ее слова такими, как есть. Алекс беременна?

— Нет, — ответил визирь, покачав головой.

Он видел, как Золотая Птичка, сжав руку Льва, заглянула ему в глаза. В ее взгляде была боль и горечь, которые Рук мог понять по-человечески, но в первую очередь он был визирем и не имел права на жалость. Если он правильно понял пророчество Ванды, эта красивая женщина — предвестница бедствия, страшной беды, которая коснется их всех.

— Ванда сказала, что Золотая Птичка не несет в себе семя Льва. Пока не несет.

— Пока?

Майлз чуть не подпрыгнул при этом слове, и Алекс с надеждой взглянула на визиря.

— Ванда сейчас скажет принцу, что Золотая Птичка не может быть его невестой, — с непроницаемым лицом сообщил тот.

Алекс чуть не расплакалась от счастья.

— Она сможет остановить свадьбу? Она может спасти Майлза от гибели?

— Много месяцев назад Ванда сказала, что Ари-паше путь к трону отца проложит светловолосая женщина из северной страны. Тогда принц и велел Диего найти ему блондинку христианку.

— А разве трон ему не обеспечен и так? — спросил Майлз.

— Нет. У Ари-паши есть брат, правда, младший, но к тому султан благоволит больше.

— Так вот зачем ему нужна невеста-англичанка.

Рук кивнул:

— Да, так Ари-паша понял предсказание Ванды.

— Но Ванда сказала, что я не та женщина! — не в силах скрыть радость, воскликнула Алекс.

— Да, так она сказала, — с каменным лицом подтвердил Рук.

Алекс обхватила Майлза руками за шею и счастливо рассмеялась, однако Кросс не был так восторжен.

— Прорицательница собирается сказать об этом принцу? — тревожно спросил он.

— Да, она расскажет ему об этом.

— И нас отпустят, — счастливым голосом заявила Алекс, повернувшись лицом к Руку.

— Она расскажет ему, — повторил визирь.

— Но вы не верите в то, что принц прислушается к словам пророчицы? — нахмурившись, уточнил Майлз.

Рук сделал вид, что не расслышал.

— Мы должны возвращаться в главный шатер и ждать пира, — сказал визирь, глядя на Александру. — Ты должна идти со мной.

Алекс, озадаченная и расстроенная настроением Майлза, подбодрила его улыбкой:

— Все будет хорошо, Майлз. Ванда знает, что мы созданы друг для друга. Она убедит принца. Ты же помнишь, что сказал Рук: принц верит ей.

Неохотно Алекс подошла к Руку и опустила вуаль.

— Скоро все кончится. Я люблю тебя, — сказала она, напоследок улыбнувшись Майлзу.

Рук открыл полог, проводил Александру за дверь и вернулся в шатер.

— Ты не веришь, что он ее отпустит? — тихо спросил Майлз.

Рук не торопился с ответом.

— Ты бы дал ей уйти, будь на его месте? — спросил напоследок визирь.

— Приказание исполнено? — осведомился принц.

Первый советник понимал, чем так встревожен принц. Понимал он и причину его нервозности. Принц уже битый час мерил шагами зал.

— Все было сделано, как ты велел, господин, — кивнув, ответил визирь.

— Так надо, Рук! И ты знаешь об этом! — закричал Ари-паша, брызгая слюной. Глаза его превратились в две узкие щелки. Сейчас он, как никогда, напоминал хищную птицу. — Я не позволю тебе решать за меня!

— Я не принимаю решений, мой господин, — с достоинством ответил визирь. — Я здесь только для того, чтобы служить тебе.

— Ты здесь для того, чтобы шпионить за мной! — кричал Ари-паша, сотрясая воздух. — Мой отец приставил тебя ко мне, как будто я не принц, а неразумное дитя!

— Твой отец приказал мне защищать тебя и служить тебе, мой господин.

— И судить мои поступки, да… признавайся! Ты считаешь, что я не прав!

Ари-паша вновь впал в состояние, которое Рук не выносил. Принц капризничал, как избалованный ребенок. Каким он был в детстве, таким и остался. Сейчас лучше его не злить. Надо переждать.

— Говори, Рук! — потребовал Ари-паша. — Она сама сказала, что противоречит себе. Ты же слышал. Она совсем свихнулась! Правитель должен держать при себе здравомыслящих, иначе он обречен! Ты же должен понимать это!

— Я вижу, что мой повелитель расстроен…

Ари-паша подлетел к визирю с перекошенным от гнева лицом:

— Я принял правильное решение, Рук. И это я хочу услышать от тебя.