Радость пирата - Беннет Констанция - Страница 85

— И это все? Кажется, он полагает, что вы питаете некоторые чувства к вашему похитителю.

— Наше путешествие было не из легких, и я должна признать, что прониклась к Кроссу уважением за его мастерство и профессионализм, продемонстрированные в весьма трудных ситуациях.

— Человек — предатель, и вы находите этот факт достойным восхищения?!

— Я восхищена его мастерством. Разве вы не допускаете, что можно не одобрять политических взглядов человека, но восхищаться тем, как он работает?

— В таком случае вы нисколько на него не в обиде за то, что он похитил вас?

— Заверяю вас, адмирал, что, будь у меня хоть один шанс, я с радостью оказалась бы дома в это самое мгновение. Но я не мечтательница, и это означает, что, принимая обстоятельства, я пытаюсь лишь извлечь из них лучшее.

Грант ехидно прищурился:

— Как мне следует вас понимать? Извлекая лучшее из сложившихся обстоятельств, вы решили заключить с Кроссом… альянс?

— Позвольте заметить, адмирал, — возмущенно воскликнула Алекс, — это не ваше дело!

— Это мое дело, если сегодня утром вы отправились к Майлзу Кроссу для того, чтобы предупредить его о возможном аресте!

— Даю вам слово, адмирал, сегодня я не видела Майлза Кросса.

Александра из последних сил сохраняла выдержку. Она молила Бога лишь о том, чтобы этот допрос и этот вечер кончился поскорее. Еще немного, и ее припрут к стене, заставив вместо полуправды выложить все как есть.

— Копели сообщил мне совершенно противоположное, и безобразный след у него на лице является лучшим свидетельством его искренности. Это вы ударили доктора хлыстом по физиономии?

— Да, это я его ударила, и сделала бы то же самое, повторись те же обстоятельства вновь!

— Вы напали на доктора потому, что он пытался не дать вам предупредить Кросса?

— У вас весьма превратное представление о том, что произошло между мной и Копели, — твердо заявила Алекс, по-настоящему приходя в ярость. — Я защищала себя, не более того.

— Защищали себя от чего? Копели сказал, что он всего лишь предложил вам пойти с ним ко мне.

— Это верно.

— Тогда почему вы отказались?

— Я отказалась потому, что предложение было сделано таким образом, что я не могла его принять!

— Этот разговор вас расстраивает, моя дорогая? — понизив голос, спросил адмирал.

— Доктор Копели и его наветы — вот что расстраивает меня, адмирал. Очевидно, после того, что он наговорил вам обо мне, все, что бы я ни сказала, кажется вам подозрительным. Вы бы на моем месте не были расстроенным?

— Нет, если бы я был невиновным, — игривым тоном ответил адмирал.

— Особенно если бы вы были невиновны! — воскликнула Алекс, потеряв терпение. — Если вы готовы предъявить мне обвинение, прошу вас, не темните! Я не люблю, когда со мной играют как кошка с мышью!

— Это вы играете со мной в кошки-мышки, мисс Уайком.

Мэдди заметила, что беседа адмирала с Алекс принимает опасный для ее гостьи оборот. Учтиво извинившись перед миссис Гибсон, развлекавшей ее рассказом о том, как ее напугала коза, Мэдди поспешила на выручку Алекс.

Возникнув словно из ниоткуда, Мэдди встала между встревоженной Алекс и сердито поджавшим губы адмиралом и, обворожительно улыбнувшись, сказала:

— Прошу вас, адмирал, будьте поласковее с дамой, сегодня у нас праздник, а не суд испанской инквизиции.

— Тысяча извинений, мадам Венц, но у меня есть вопросы к вашей гостье, на которые я хотел бы получить немедленные ответы.

— Уверена, что они могут подождать до завтра…

— Не могут, — отрезал Грант. — Сегодня я был на волоске от того, чтобы поймать изменника Кросса, он был почти у меня в руках, но чудесным образом спасся. Я хочу узнать, как ему это удалось.

— Почему вы думаете, что у Александры есть сведения, которые могут быть вам полезны?

— Сегодня я услышал несколько весьма интересных… версий, и главным действующим лицом каждой из них почему-то является мисс Уайком.

— Но почему нельзя подождать до завтра? Сегодня праздник, и…

— Терпение не относится к числу моих добродетелей, мадам. Поимка одного из самых важных преступников, повинных в войне, может зависеть от этой женщины. Прошу вас, не тешьте себя надеждами, что меня можно обмануть или разжалобить, пуская в ход дамские чары.

Мэдди бросила на Алекс извиняющийся взгляд. Александра, казалось, была близка к обмороку. Понимая, что битва проиграна, она, поклонившись адмиралу, предложила пройти для разговора в более уединенное место.

— Ведите, мадам Венц, — коротко ответил адмирал Грант.

— Кабинет моего мужа на первом этаже, как раз под нами.

Льюис, увидев маленькую процессию, направляющуюся к выходу, почувствовал неладное и поспешил к ним.

— Все в порядке, дорогая?

— У адмирала Гранта появились вопросы к Алекс.

Мэдди бросила на мужа предупредительный взгляд. Льюис, угадав намек жены, без лишних вопросов вошел в кабинет и, распахнув перед остальными дверь, предложил войти. Алекс, нервно перебирая в руках кружевной веер, села в кресло, предложенное хозяином дома. Адмирал занял место во главе стола, но садиться не стал. Льюис усмехнулся про себя. Этот человек был психологом. Возвышаясь над собеседником, он заставлял последнего почувствовать себя слабым и ничтожным.

Льюис решил сесть между женщинами, обращенными лицом к адмиралу, молча обещая им свою поддержку.

— Итак, миссис Уайком, начнем сначала? — спросил адмирал, первым нарушив молчание.

— Спрашивайте, адмирал.

— Хорошо. Не будете ли вы любезны объяснить, почему вы напади на доктора Копели? Только потому, что он попросил вас сопровождать его для встречи со мной?

— Он не просил меня, адмирал! — не в силах сдерживать себя, воскликнула Алекс. — Он схватил меня и потащил за собой. Когда я вырвалась и подбежала к своему экипажу, он бросился следом. Первое, за что мне пришло в голову ухватиться, был хлыст. Я ударила доктора Копели не преднамеренно, я только пыталась защитить себя.

Грант задумчиво кивнул:

— Понимаю. Но вы так и не объяснили, почему вам не хотелось со мной встречаться.

— У вас сложилось неверное впечатление, адмирал. Дело не в том, что мне не хотелось вас видеть. Если бы все обстояло так, как вам показалось, зачем бы я стала принимать участие в этом празднике. Ведь я знала, что на нем будете вы.

— Разумно. Тогда почему вы отказались пойти с Копели?

— Конечно же, потому что я не хотела идти с ним! Этот человек угрожал мне, говорил обо мне гадости, пытался меня очернить, даже шантажировал меня! Он настоящая гадина! Я не сделала бы рядом с ним ни шагу, даже если бы он позвал меня к королю!

— Успокойся, дорогая. Я уверен, что адмирал не хотел так тебя расстраивать, — с нажимом в голосе произнес мистер Венц, укоризненно глядя на Гранта.

— Конечно, нет, — с притворной сердечностью отозвался адмирал. — В последнюю очередь я стремился огорчить вашу прелестную гостью. И все-таки, почему вы не пришли ко мне, как это сделал ваш, с позволения сказать, товарищ по несчастью? Не может быть, чтобы вы не знали, насколько полезными для меня могут быть сведения о Майлзе Кроссе.

Алекс пожала плечами:

— Зачем мне было идти, если я знала, что это сделает Копели…

— Простите, адмирал, но, боюсь, в том, что Александра не пришла к вам, большей частью моя вина, — вмешалась в разговор Мэдди. — Видите ли, в доме было столько работы, что я попросила Алекс не задерживаться в городе. Она всего лишь хотела мне помочь. Вы видели букеты в бальном зале? Их составляла Алекс. Правда, подбор цветов чудесный?

— Простите, мадам Венц, но мне было как-то недосуг разглядывать букеты, а что касается ваших попыток покрыть Александру Уайком, то я вынужден потребовать и от вас некоторых пояснений. Ваши мотивы по меньшей мере внушают подозрения.

— Позвольте, — сказал, поднимаясь с места, Льюис.

Он не мог спокойно смотреть, как пытаются уличить во лжи его жену.

Грант жестом велел мистеру Венцу молчать.