Лилия и меч - Беннет Сара - Страница 45

Ухватившись за его локоть, она наконец обрела устойчивость и рассмеялась.

– Ты не мог не прийти, мой Радолф, – голос Анны звучал с не допускающей возражения уверенностью, – потому что ты все помнишь, так же как и я. И никогда не забудешь.

Радолф сверху вниз посмотрел на Анну, и Лили видела, как окаменели его плечи, он как будто боролся с желанием прижать леди Анну к себе, впиться в нее губами и наверстать все то, что они упустили за прошедшие годы.

– Там есть навес, – обронил Радолф и повернулся в сторону часовни.

Рука Анны соскользнула с его локтя и на мгновение нерешительно повисла в воздухе; затем она послушно последовала за ним к стене под карнизом. Они двигались медленно; пока тень не скрыла их от взора Лили, тихие голоса, заглушаемые вновь припустившим дождем, яростно молотившим в крышу, практически перестали долетать до ее слуха.

От досады Лили чуть не застонала. И это после всего, что она вытерпела! Но разве она не увидела, как Радолф льнет к Анне и как ее тело зримо трепещет от страсти?

Несомненно, когда-то они были любовниками и теперь собирались возобновить отношения, а брак Лили грозил стать пустой бутафорией, обрекая ее на те же мучения, какие она испытывала с Воргеном. Нет, это было даже хуже, потому что с Радолфом их объединяло одно желание, а когда желание начнет увядать, после него не останется ничего. Абсолютно ничего.

Казалось, прошла вечность, прежде чем леди Анна отделилась от стены. Стремительным шагом она направилась к лошади и уже протянула руки к поводьям, когда Радолф нагнал ее и, подхватив, с легкостью усадил в седло.

Некоторое время Анна сидела неподвижно, видимо, под впечатлением какого-то сильного переживания.

– Ты ничего не забыла, – громко произнес Радолф, стараясь перекричать шум дождя. – А я предпочел бы обо всем забыть!

В его словах прозвучала такая мука, что у Лили внутри словно все перевернулось; если Радолф так сильно любит эту женщину и так страдает, у нее и впрямь не остается надежды. Он никогда не будет принадлежать ей.

По щекам Лили покатились слезы, она поднесла к лицу руку, желая вытереть их, и в этот момент Анна издала жуткий крик.

Дрожа всем телом, Лили прижала ладони ко рту, не отрывая глаз от разворачивавшейся перед ней сцены.

Натянув поводья, леди Анна заставила лошадь подняться на дыбы. Лили ахнула, полагая, что она вот-вот умчится прочь, но вместо этого леди Анна яростно вонзила шпоры в бока животного. Лошадь рванула вперед...

Радолф едва успел отскочить в сторону, и это спасло ему жизнь, но все же копыто лошади задело его по плечу. Был такой удар, что его с силой развернуло, и он рухнул на землю.

Лили отчаянно закричала и ринулась вон из хибары, спотыкаясь о мусор и звонко шлепая по лужам.

Между тем леди Анна развернула коня. Когда вспышка молнии осветила лицо всадницы, стало заметно, что ее губы плотно сжаты, челюсти стиснуты. Она явно намеревалась растоптать поверженного противника копытами.

– Радолф! – взвизгнула Лили и, подобрав юбки, припустилась к нему.

Видимо, не ожидая встретить непрошеного свидетеля в столь укромном месте, Анна обернулась. Всадники, ожидавшие в переулке, тут же помчались в ее сторону и, проезжая мимо Лили, обдали ее комьями грязи.

Прежде чем Анна успела завершить задуманное, ее уже взяли в кольцо. Словно загнанная в угол, она тяжело дышала.

– Прочь! Я жена лорда Кентона и требую, чтобы меня пропустили!

Однако ее не выпускали до тех пор, пока откуда-то снизу не раздался голос Радолфа. С трудом приняв сидячее положение, он снизу вверх посмотрел на женщину, пытавшуюся его убить.

– Оставьте ее, пусть едет. Мы с ней уже выяснили все, что было необходимо, и больше нам не о чем говорить.

Анну наконец отпустили. Поправив плащ и натянув на голову капюшон, она вдруг заметила забрызганную грязью Лили, стоящую за кругом вооруженных людей. Их взгляды встретились, и Лили подумала, что Анна сейчас ее раздавит, но та, отвернув лицо, мокрое от дождя и слез, устремила взгляд в пространство и, тронув лошадь, спокойной рысью проехала мимо Лили, словно ее не существовало.

– А ты что здесь делаешь, девочка? – прогремел рядом с ухом Лили грубый голос, и твердая рука схватила ее за локоть. – О, да это миледи! – Голос выдал крайнее изумление говорившего.

Высвободив руку, Лили сразу же заторопилась вперед, где в середине круга охрана закрывала собой Радолфа. Что, если леди Анна имела при себе оружие и ранила Радолфа, когда направила на него лошадь? Охваченная паникой ничего не различая перед собой, Лили заставила людей расступиться и открыть ее взгляду поверженного командира.

Радолф все еще сидел на мокрой земле, неловко согнув спину и прижав руку к плечу; на лице его блестели капли пота, смешанного с дождем; бессмертный воин из легенды явно страдал от ужасной боли.

Лили упала перед ним на колени. Такого страха она в жизни еще не испытывала. Она хотела прикоснуться к нему, пробежать руками по его телу, вылечить его... и одновременно боялась того, что может обнаружить.

Радолф поднял голову; его глаза на искаженном болью лице тускло мерцали.

При виде Лили он недоуменно заморгал.

– Откуда ты? – прохрипел он. – И какого черта ты тут делаешь?

Лили протянула к нему дрожащую руку и нежно погладила его плечо. Радолф поморщился, но не отшатнулся.

– Меня не так-то просто убить, – промолвил он с усмешкой. – Просто я потерял бдительность, за что и получил по заслугам. Забыл, понимаешь ли, что женщина может представлять не меньшую опасность, чем мужчина.

– Но что, если у тебя перелом? – Лили знала, что сломанные конечности срастаются, однако зачастую они утрачивают былую силу и порой остаются искривленными. Иногда у пострадавшего развивается лихорадка или начинается внутри процесс гниения, за которым неизбежно следует смерть.

Улица перед глазами Лили закачалась, и по ее телу пробежала дрожь.

– Послушай, Лили, – голос Радолфа долетал до нее издалека, – что все-таки ты здесь делаешь? – Когда она не ответила, он добавил: – Не бойся, это не перелом, а только вывих. Жервуа сможет его вправить; он уже дважды это проделывал: не очень приятно, но я могу потерпеть. Ну же, Лили? – В его тоне появились нотки нетерпения. – Эй, кто-нибудь помогите, иначе она сейчас упадет в обморок!

Но Лили вовсе не собиралась падать в обморок.

– Нет-нет, со мной все в порядке. – Она оттолкнула протянутые руки. – Лучше помогите вашему лорду сесть на лошадь: мы должны поскорее вернуться на постоялый двор.

Солдаты поспешно подняли Радолфа, и, когда его поставили на ноги, он слегка застонал.

– Ничего-ничего, это всего лишь небольшой дискомфорт, миледи, и от этого я точно не развалюсь. – Радолф остановил на ней долгий, испытующий взгляд. – Ты прискакала сюда верхом? – спросил он, словно эта мысль только сейчас пришла ему в голову.

– Да. – Почему-то, когда он отвел от нее глаза, Лили вдруг ощутила себя осиротевшей. – Это мерин Элис, он стоит в хижине...

Лицо Радолфа на мгновение потемнело от гнева, но его ярость тут же сменилась сочувствием.

– Приведите лошадь миледи, – приказал он, – и проследите, чтобы с ней ничего не случилось: я не хочу, чтобы она исчезла по дороге. А что до вас, милая... – он сделал многозначительную паузу, – я искренне надеюсь, что скоро все прояснится.

Возвращение домой оказалось не труднее, чем множество других возвращений, которые помнил Радолф. Ему было над чем поразмыслить. Сегодня его жизнь совершила крутой поворот: он наконец вскрыл болезненную рану, которая до сих пор время от времени давала о себе знать. Все эти годы она отравляла его существование, но сегодня он встретился с Анной, и яд выплеснулся наружу.

Сейчас из-за крайней усталости он не мог радоваться, но зато мог не сомневаться, что с прошлым покончено. Леди Анна – никакая не гадюка, а просто красивая и себялюбивая женщина, легкомысленно и бессердечно погубившая жизни отца и сына. И не одна она была в этом повинна. Радолф не отрицал свою часть вины. Пройдет немного времени, и он сможет думать о ней, не испытывая знакомой боли. Возможно, он даже будет вспоминать отца без прежнего негодования.