Подарки Деда Маразма - Луганцева Татьяна Игоревна - Страница 52

– По крайней мере, это хоть какой-то шанс.

– Преступник слишком хитер, он не придет сам, – покачал головой Роман.

– Он может прислать своих людей, которые могут знать его не по письмам, – упрямо повторил следователь. – Ты должна рассказать всем, кто тебя знает, что хотела бы продать в будущем все свои акции тому, кто захочет. Потому что меня не покидает ощущение, что преступник находится где-то рядом и следит за тобой… по меньшей мере, он знает тебя, Марта, он наблюдает за всеми вами.

– Я постараюсь…

– Я тоже всегда буду рядом с тобой, – подбодрил ее Роман, когда они вместе выходили из следственного управления.

– Ты бы съездил к своей девушке, она, наверное, уже с ума сошла, – несколько раздраженно ответила Марта.

– Тебе я нужнее. Полине грозит всего лишь нервное расстройство, а тебе – смерть.

– Я сама о себе позабочусь. Не забывай, что она – твоя девушка, а я тебе никто! – не согласилась с ним Марта.

– А я чувствую за тебя ответственность, к тому же у тебя одной ничего не получится. Я вообще теперь буду на ночь пристегивать тебя наручниками к кровати, чтобы ты больше не сбегала и не подвергала свою жизнь опасности, – пригрозил ей Роман.

– Это что-то новенькое.

– Чем больше я с тобой общаюсь, тем больше понимаю, что дело это весьма запутанное, – сказал Роман.

– Что ты имеешь в виду?

– Допустим, кто-то убивает акционеров кладбища, но ведь акции – это частная собственность этих людей.

– Ну и что?

– А то, что они переходят по наследству родственникам этих людей. Чего преступники добиваются? Я не знаю, похоронен у тебя на кладбище Серафим Завьялов со своими сокровищами или нет, но я думаю, что здесь замешано еще что-то.

– Знать бы что…

– Если предположить, что объявились родственники Завьялова и они ищут этот клад, то, значит, они и есть потенциальные преступники, – стал рассуждать Роман, сосредоточенно глядя в лобовое стекло. – Не легче ли им было официально заявить о своих правах на сокровища и добиться вскрытия могилы?

– То, что ты говоришь, Роман, это бред. Во-первых, может быть, у них нет конкретных доказательств, кроме семейной легенды, что клад существует и зарыт именно в этом месте. Кто им на этом основании разрешит разрывать все могилы подряд? Надо искать родственников каждого умершего и получать согласие. А как ты найдешь их? В той части кладбища хоронили пятьдесят-шестьдесят лет назад. Даже если кого-то и найдешь, я думаю, не многие согласятся, чтобы тревожили их предков, хоть они сами ни разу и не были у них на могиле. Из-за простой вредности никто и пальцем не пошевелит, чтобы кто-то другой разбогател… А потом толпы людей, милиционеров, родственников умерших ринутся разрывать могилы в поисках клада, – продолжила Марта, – будет такое всеобщее помешательство.

– А кто сказал, что наследников Завьялова устроят двадцать пять процентов, которые они получат, если подключат к своим поискам государство?

– Значит, ты считаешь, что мы должны поискать родственников Завьялова? – спросила Марта.

– Только каким образом? Фамилия распространенная, пока мы переговорим со всеми Завьяловыми, пройдет несколько лет. Да и настоящий преступник не признается в своем родстве с этой семьей. Кроме того, вполне возможно, что родственники уже давно носят другую фамилию. Я думаю, что следователь прав, тебе надо разыграть перепуганную женщину, готовую отдать все акции тому, кто их купит даже за небольшие деньги. Может быть, тогда тебя оставят в покое? – задумался Роман.

– Надо предупредить Бориса, так как пока он владеет частью акций, он тоже находится в опасности, – подумала вслух Марта, – Роман, а как ты думаешь, я должна сказать своей подруге Маргарите о том, что она была права, что это дело не для меня?

– Обязательно! Этой болтушке в первую очередь.

– Ты же не думаешь, что Рита…

– Я сейчас думаю только о том, как вытащить тебя с этого кладбища живой и невредимой!

Глава 25

Когда Роман припарковался рядом с магазином ритуальных принадлежностей, Марта вышла из машины с затравленным видом. Весь день она всем по очереди ныла, как ей все надоело, как все были правы, когда говорили, что она влезла не в свое дело.

– Я не хочу здесь работать! Я не могу находиться среди покойников! – плакала она на плече Романа, крича на все здание: – Все! Я буду продавать свои акции тому, кто захочет окунуться в этот ужас! «Прибыльное дело»!

– Не переиграй… – шепнул Роман ей на ухо, – а то сегодня тебя и прихлопнут, освободив от твоей тяжкой ноши.

– Всегда знала, что ты добрый и чуткий! – вздохнула Марта.

В этот день никто к ней с предложениями не подошел, все только сочувственно вздыхали и смотрели на ее бледное, измученное лицо. Сама Марта больше маялась от головной боли, сказывалась попойка с неизвестным мужчиной ночью на кладбище.

– Не знал, что у тебя столько вредных привычек, – заметил Роман, расположившийся на стуле в отведенном для Марты закутке.

– Почему тебя это так волнует?

– Ты же будущая мать!

– А зачем рожать? Конец у всех один, и не надо начинать жить, чтобы затем не пришлось умирать, – ответила Марта словами покойного мужа.

– Ты это о чем?

– Да так… мысли вслух.

– Знаешь что?! – вдруг вскочил Роман. – У меня возникла одна мысль. Сиди здесь и никуда не выходи, а я скоро вернусь!

– А ты куда?!

– Скоро вернусь! – крикнул Роман уже на бегу, выскакивая за перегородку, ограждающую помещение Марты от других временно созданных кабинетов.

Роман выбежал на улицу и понесся вдоль улицы. Встретив по дороге женщину с авоськой, полной овощей, Роман правильно расценил, что она является местной жительницей, и пристал к ней с вопросом:

– Извините, вы не подскажете, где здесь поблизости есть больница или поликлиника?

– В паре кварталов отсюда, – махнула рукой с авоськой женщина, чуть не растеряв свои овощи. – А вам нужна медицинская помощь? – тут же участливо поинтересовалась она, оглядывая нелепую футболку Романа.

Но Роман уже несся в указанном направлении и скоро увидел старое двухэтажное здание почти что в аварийном состоянии. У этого здания даже пристроенное крыльцо было деревянным, а у крыльца на деревянной скамейке сидели две бабульки и рассказывали друг другу о своих тяготах и болезнях. Роман подошел к бабушкам.

– Здравствуйте.

– Здравствуй, мил человек, – улыбнулась ему в ответ одна старушка в веселеньком цветастом платочке.

– Это больница? – спросил Роман, указывая на здание, которое по внешнему виду никак не могло быть жилым.

– Это поликлиника.

– Расскажите мне о ней, – попросил Роман, присаживаясь к бабушкам.

– Да что рассказывать? – удивилась вторая бабулька, поджав тонкие морщинистые губы.

– Все, что знаете.

– Именно о поликлинике? – уточнила старушка.

– Именно о ней!

Бабулька в цветастом платочке оживилась, глаза ее заблестели в предвкушении разговора с молодым человеком, ведь судьба ее уже давно не радовала такими подарками, молодежь мало внимания уделяет старикам в силу разности интересов.

– Поликлиника очень хорошая, – с готовностью ответила она.

– Была хорошая, – хмыкнула другая бабка, – я расскажу тебе. Дело было так… Мне мать рассказывала, пусть земля ей будет пухом. Когда-то здесь работал один душегуб и пьяница, который не лечил, а только калечил. А потом появился спаситель наш – его так местные жители звали – Серафим Завьялов. Щедрейшей души был человек. Он стал тут главным врачом, но всегда продолжал работать сам на приеме. Лечил он от всего и роды принимал. Постепенно штат врачей расширился, благодаря хлопотам Серафима Завьялова новым медработникам, приезжавшим сюда работать, давали хорошее, добротное жилье. Мне мать рассказывала, что он на свои деньги покупал медицинское оборудование и лекарства. Серафима Завьялова все ценили как человека и как специалиста. Он был настоящим энтузиастом и постепенно создал чудный коллектив специалистов. Сюда даже из других областей люди приезжали, и никому в помощи не отказывали…