Кольцо Уракары - Михайлов Владимир Дмитриевич - Страница 61

Меня встретили молодые, крепкие, подтянутые ребята, чьи глаза выражали спокойствие и равнодушие. На пристани, едва мы толкнулись кранцами о стенку, один, в десантной тельняшке и матросских штанах, с сериалом на ремне, вытянув руку, как семафор, спросил моего спутника из поселения: «Этот, что ли, на заброс?» «Этот самый», – последовало в ответ. «Вылазь», – сказали мне, никто не протянул руки, чтобы помочь. Впрочем, в помощи я уже не нуждался: отдохнул за целый день безделья. Оказавшись на суше, я приветствовал их, как полагалось по их обычаям. Обоим это явно понравилось. «С тобой все, отваливай», сказали на этот раз моряку из поселения, и он, прощально помахав мне, включил мотор, даже не попытавшись выйти на берег. Порядки тут были строгие, видимо. Тот же парень сказал мне: «Ну, топай», – и первым двинулся вверх по крутой лестнице, я пошел за ним, а второй из встречавших замкнул процессию. Я ожидал каких-то вопросов; их не задали.

Пока мы поднимались и уже наверху неторопливо шли к стоявшим неподалеку строениям, большая часть которых – длинные, с немногочисленными форточками под самой крышей – напоминала товарные склады, мне очень хотелось заглянуть внутрь того парня, что шагал передо мною, и немного покопаться в его сознании; но я отказался от этого намерения, потому что не был уверен, что умения мои восстановились, а значит, он мог заметить мою попытку, реакция его вряд ли была бы благоприятной, а рисковать сейчас и здесь было более чем глупо. Миновав склады, мы остановились перед домом поменьше, жилым, или конторским, или же объединявшим и то, и другое назначение. Первый повернулся ко мне. «Без багажа, – сказал он не вопросительно, а просто констатировал факт. – А в карманах?» Я вытащил капсулы с кристеллами, возвращенные мне Арианой. «Это у тебя что?» Я ответил: «Для вас», – и с готовностью протянул ему запись. Он отрицательно качнул головой: «Отдашь там». Он не пояснил – где именно. «Пошли», – и мы поднялись по чисто подметенному крыльцу. Я решил было, что меня ведут в предназначенную мне комнату, чтобы я смог отдохнуть перед всем тем, что, по моему разумению, должно было последовать: представление здешнему начальству, переговоры на тему – чего я хочу от них и во что это встанет мне, и все прочее. Чтобы ускорить процесс, я сказал: «Ребята, мне отдых не нужен, я могу хоть сейчас». Не ответили ни слова, только замыкающий коротко хмыкнул – словно подавил смешок. Мы прошли по коридору и остановились перед дверью, рядом с которой стоял еще один, похожий на моих проводников, только этот был вооружен дистантом-миди. Он не сделал попытки остановить нас, видимо, такая процедура происходила тут не впервые и была хорошо отработана. Первый из моих проводников – или конвоиров – стукнул в дверь. В ответ три раза тонко пискнуло. «Джокер», – проговорил он. Щелкнуло, дверь отворилась. Мы прошли тесный тамбур и оказались в просторной и светлой, хотя и без единого окошка, комнате. Основную часть ее обстановки составлял большой пульт знакомого облика. За ним сидел средних лет мужик в такой же тельняшке, только брюки у него были армейского образца, а не флотские. Он кивнул в мою сторону: «Этот?» «Ну не мы же», – сказал на этот раз второй проводник. Тут только я начал догадываться. «Погодите, погодите, ребята…» – начал было я. Но дверца в боковой стене уже распахнулась, открывая глазам знакомую кабину вневремянки. «Вы даже не спросили, куда я хочу…» «Туда», – услышал я, в то время как двое взяли меня под локти, подвели к дверце и не очень деликатно втолкнули в кабину. Я успел только подумать, что с вневремянкой мне фатально не везет последнее время, как дверца за мной защелкнулась и не осталось ничего другого, как терпеливо ждать – чем же все это завершится.

Впрочем, какие ожидания во вневремянке? Я не успел и глазом моргнуть, как дверца вновь распахнулась, сыграв положенные два такта приветственной песенки, и снаружи меня пригласили выйти.

Стандарт – великая вещь, но у меня он порой вызывает немалую досаду; вот и сейчас, оказавшись на той ВВ-станции, куда кому-то заблагорассудилось меня отправить, я испытал чувство крайнего недовольства, хотя и постарался никак не проявить его внешне. Мне очень хотелось понять, где же я оказался, – но обстановка тут была точно такой же, как и на любой подобной станции в Галактике, то есть я мог находиться все на той же Топси, или на Армаге, или на Симоне, предположим, или у черта на рогах. Будь здесь окна – можно было бы, увидев окружающий ландшафт, сделать хотя бы какие-то предположения, но окон, как и полагалось, тут не имелось, так что вынужденное ожидание должно было продлиться, пока кому-нибудь не придет в голову ввести меня в курс событий. Самое время было пожалеть, что я связался с "Т"-людьми, но я хорошо помнил, что другого выхода у меня просто не имелось, так что в любом случае следовало испытывать к ним благодарность. И еще – надежду на то, что они не окажутся слишком уж крутыми.

Поэтому я пробормотал несколько слов, выражавших мою признательность за оказанную помощь, человеку, ожидавшему меня в предкамернике. Он не отреагировал никак, просто жестом указал на выход. Я счел за благо повиноваться.

Я ожидал, что за дверью будет коридор, оказалось – лифт. Судя по шкале индикатора, он поднимался до сорок первого этажа, это уже говорило что-то об уровне цивилизации. Мы остановились на двадцать первом, я усмотрел в этом некий благоприятный знак. Вышли, пересекли площадку и оказались в приемной, какой не постеснялся бы и Федеральный министр внутренних дел. Секретарша за пультом вполне могла бы выиграть в конкурсе «Мисс Галактика». Она выстрелила в нас очаровательной улыбкой (я почувствовал, что сердце дало легкий сбой) и проговорила в микрофон, надо полагать, хотя он и не был заметен:

– Наш гость прибыл, президент. Я ощутил, как начинаю стремительно вырастать в собственных глазах.

Откуда-то из пространства донеслось:

– Просите!

После чего последовали еще одна улыбка и изящный жест:

– Будьте любезны – вас ждут.

Я улыбнулся ей в ответ, боюсь только, что улыбка получилась не вполне симметричной, попросту говоря – кривой. Потому что меня охватило волнение, и все, на что я еще был способен, – это подойти к указанной двери, двигаясь более или менее прямолинейно, и войти в кабинет, выражая лицом спокойствие и достоинство.

Президент (чего только?) оказался седокудрым мужиком в отлично сшитом костюме. Усадив меня в кресло, осведомился, какая выпивка придется мне по вкусу после многих часов болтанки в океане (я попросил чего-нибудь теллурианского и не скрыл удивления, когда попробовал налитую жидкость: коньяк оказался не из худших, не какая-нибудь подделка), и попросил откровенно поделиться с ним моими заботами. Говорил он, как джентльмен, а не урка, и в этом не было ничего удивительного: во власти "Т" можно было при желании найти даже принцев крови – побольше, чем в кадрах "О".

Я выложил ему все то, что счел нужным – то есть меньше половины информации. Но он, похоже, обрадовался и этому.

– Ладно, – сказал он, – чего-то в этом роде я и ожидал. С того самого часа, как мне сообщили с Топси, что туда прибыл любопытный – то ли искатель приключений, то ли еще кто. Нас это заинтересовало, так что если бы вы сами не обратились к нам, мы так или иначе нашли бы время и место для серьезного разговора с вами. Значит, вот что вас гложет: уракара. Мы тут краем уха слышали. Но настоящей информации не запрашивали: казалось, что это – вне наших интересов. Похоже, не так. По-вашему, получается, что этими семечками можно решать серьезные проблемы в масштабе миров?

– Именно так, – кивнул я.

– И Армаг собирается заварить крутую кашу в галактическом масштабе?

Собственно, об этом я не говорил ему ни слова. Насчет Армага у меня самого были только смутные догадки, да и те стерлись вместе с остальными записями мика. Он заметил мое удивление. Усмехнулся:

– Хотя и на отлете мы живем, но не без информации.

Я только кивнул. Собственно, удивляться было нечему: люди "Т" были везде, наверняка их хватало даже в Официальной власти. Так что информацию они черпали полными горстями.