Горький мед, сладкий яд - Надеждина Ирина Николаевна - Страница 71

Галина Афанасьевна с мужем и дочерью пошли к автобусу, а перед Ольгой и Владиславом предупредительно открыл дверь вышедший из машины Андрей. Они сели в машину. Через несколько минут кладбищенская ограда за окнами закончилась. Владислав повернулся к Ольге и увидел, что она вытирает слезы. Он обнял ее за плечи и привлек к себе.

– Ну что ты, Оленька? – ласково спросил он.

– Влад, до чего же она нас ненавидела, если даже фотографии мои сожгла? – сквозь слезы прошептала она. – За что?

– Не знаю, Оленька.

– Почему она даже тете Гале гадости про нас говорила?

– Не знаю, – Владислав тяжело вздохнул. – Теперь уже это не имеет никакого значения. Смерть уравнивает всех, и мертвым нужно прощать.

– Ты хочешь сказать, что ты все простил?

– Для меня она умерла, когда уехала. Перестала существовать, – жестко ответил Владислав. – А простил я все, когда понял, что мертвым все нужно прощать. Если бы не простил, то все ее выходки плохо бы для нес закончились.

– И мне нужно все простить? И ребенка, и колонию, и то, как она меня из дому выкинула, и то, как била, и как потом пыталась добить? – сквозь слезы прошептала Ольга.

– Да. Пусть не сразу, но надо. И перестань плакать, тебе совсем это сейчас не нужно. Андрюшка капризничать будет.

– Ты знаешь, когда мы на кладбище были и их закапывали, у меня даже капли жалости не было. Мне тетю Галю жалко было. Она всю жизнь ее дурой обзывала и грязью поливала, вспоминала о ней, только когда что-нибудь нужно было.

– Ну, все, все, Оленька, успокойся. Это уже все позади. Ольга понемногу успокоилась. Владислав смотрел на залитые дождевыми каплями стекла. На душе было тяжело…

Глава 82

Владислав и Ника сидели возле камина. Владислав курил и читал книгу, Ника вязала. По стеклам барабанил дождь. Ника распутала завязавшийся на нитке узелок и продолжила свое занятие.

– Алена, поганец, – не отрываясь от книги, сказал Владислав. – Погода – хороший хозяин собаку на улицу не выгонит, а он где-то с Катюхой лазит.

– Может, на дискотеку снова поехали? – предположила Ника. – Ты ворчишь, как старый дед.

– Ворчу, ты права, – он повернулся и улыбнулся. – Знаешь, что мое дитятко недавно выдало? Жениться он хочет.

– А что, случилось что-нибудь? – Ника удивленно подняла брови.

– Ничего. Мальчик влюбился. О том, что ему хочется жениться на Катерине, я слышу класса с девятого, но это тогда было в перспективе. Я, собственно, не против. Она девочка хорошая, ты знаешь. Просто рановато еще. Ума у обоих маловато. Я ему попробовал объяснить, что к чему, вроде бы помогло, но на сколько этого объяснения хватит, я не знаю.

– А что ты ему объяснил? – Ника с интересом посмотрела на Владислава.

– То, что не стоит быть очень ревнивым и что нужно знать друг друга не по школьным отношениям, а по более серьезным.

– И что теперь?

– Есть шанс, что скоро детки будут обретаться у. нас или я им квартирку сниму.

– А как посмотрят на это Катины родители?

– А это нужно будет с ними идти говорить.

– Слушай, а если Алик действительно надумает жениться?

– Ты домик напротив видела? – Владислав посмотрел на Нику поверх очков.

– Это который недавно продали? – уточнила Ника.

– Ну да.

– Хороший домик. Так что из этого?

– Просто это я его купил для Альки. Он, правда, об этом еще ничего не знает и не узнает еще долго. Весной там будет кое-что переделано – достроено чуть-чуть, планировка поменяется немного, ремонтик классный сделается. А там посмотрим. Только ты ему ничего не говори. О том, что я этот дом купил, не знает почти никто.

– Хорошо, не скажу. А когда ты его порадуешь?

– К совершеннолетию подарок сделаю.

– Зимой, когда в Штаты поедешь, возьмешь его с собой, как обещал?

– Конечно. Даже, если я не поеду, поедет он с Даном.

– А почему не поедешь ты? – удивилась Ника.

– Потому, что тебя не хочу оставлять. Если к тому моменту, как мне ехать, ты уже родишь и все будет нормально, тогда оставлю тебя на попечение твоей мамы и поеду. А если нет, останусь с тобой.

– Какой ты, однако же, мнительный, – Ника наморщила нос.

– Я бы на тебя, не мнительную, посмотрел. Ладно, давай оставим этот разговор. Это уже вопрос решенный. Так, времени половина одиннадцатого, – Владислав посмотрел на часы, – а этот змий еще не появился. Пожалуй, чтобы не волноваться, повстречаюсь я с Катиными родителями, и пусть себе детки дома сидят. По крайней мере, меньше шансов простудиться. Заодно и Генчика маринуют до потери пульса. Это еще у его Лены терпение ангельское.

– Не ворчи, – Ника рассмеялась. – У тебя ведь все равно ничего не получается. И строгий папаша из тебя тоже не выходит.

– Да уж, конечно, – Владислав скорчил ей рожу. – Станешь с вами строгим, аж два раза. Хочешь, я тебе чаю принесу?

– Принеси. Или, если хочешь, пойдем вместе. Я немного ноги разомну.

– Тебе завтра в университет ехать? – уже на ходу спросил Владислав.

– Да, часам к одиннадцати.

– С Лешиком съездишь. Ты так и не выбрала никого из тех, кого Эрик показывал? – Владислав поставил на плиту чайник и достал чашки. – Мед будешь?

– Конечно, и маслом мне булочку под мед намажь, – Ника удобно устроилась в углу дивана. – Не выбрала я охранника. Не нравится мне никто.

– Хочешь, я возьму себе еще одного, а ты заберешь кого-то из хлопцев?

– Подумаю. Да, знаешь, кто сегодня звонил и передавал тебе привет? Угадай с трех раз. Подскажу, что мужчина, – Ника лукаво улыбнулась.

– Мужчина… Так, Дан отпадает, я его сегодня видел… Костя?

– Нет. Осталось две попытки.

– Я, конечно, могу и угадать, но неинтересно будет. Так?

– Так. А ты действительно можешь угадать?

– Могу. Скажу, что я его видел всего лишь два раза. Угадал?

– Угадал. Володя. С тобой, радость моя, неинтересно в угадайку играть. Ты как на рентгене, мысли читаешь, – Ника вздохнула. – Интересно, как у тебя это получается?

– Понятия не имею. Алька над этим голову ломает уже много лет, и все остальные тоже. А я просто никогда не задумывался. Только не люблю я этого делать. Иногда получается само по себе, вот и выдаю мысли вслух, – Владислав положил перед Никой на тарелку булочку, намазанную маслом и медом, и налил в чашки чай.

– Скажи, а ты можешь узнать, о чем мы разговаривали, если я не расскажу? – Ника с интересом посмотрела на мужа.

– Небольшое удовольствие копаться в чужих мозгах. Если хочешь, расскажешь сама, если не хочешь, значит, так нужно.

– Влад, а я не очень поправляюсь? По-моему, я уже стала такая толстенная, что скоро лицо в зеркале помещаться не будет, – откусив кусочек булочки, спросила Ника. – Я есть все время хочу, как гусеница.

– Во-первых, ты не толстая, а мягкая и пушистая. Во-вторых, ты мне такая еще больше нравишься, и поправилась ты не очень. Хочешь есть – ешь.

– Володя насовсем приехал. В армии тоже, оказывается, сокращение, – вернулась Ника к начатой теме.

– И что он теперь делать будет?

– Еще не знает.

– Кстати, позвони ему завтра, пригласи в гости. Он еще не женился?

– Нет. Если ты хочешь, позвоню. Когда его пригласить?

– Как найдешь нужным. О, кажется, Алик приехал.