Интерфейсом об тейбл - Бетке Брюс - Страница 62

— А потом? — ласково спросила Реба. Спазм прошел.

— Этой ночью, в очередной раз перенося НП, мы пересекли какую-то невидимую границу, — сообщил Тварек-2. — Ребята, — он смолк, чтобы выкашлять еще одну лужу нежно-розовой крови, — ваш друг Кертис знаком с последним отребьем из министерства обороны. Вокруг замка Фрэнклинштейна тако-о-е… — Его голос стих. Последний, глубокий, скорбный вздох излетел из его крошечного тельца. Он обмяк и застыл, скованный ужасным покоем.

Реба вновь пригладила синюю лохматую шерстку вокруг личика Тварька-2, пощупала его шею в поисках пульса. Медленно обернулась ко мне, сверкнув слезой в уголке глаза:

— Он умер, Джим.

Мы молча обступили куб. Гуннар, скинув шлем, склонил голову.

Тварек-2 внезапно сел на своем смертном одре, широко раскрыв глаза.

— Еще не все, спасибо! Завтра у Кертиса ленч с важным человеком, и у вас отличные шансы между десятью и двенадцатью по местному! Но в любом случае берегитесь… о-о-ох!

Маленький паршивец вновь отрубился и с звуком крокетного мяча о бетонный пол плюхнулся на куб лицом вниз. Реба потыкала его пальцем.

— Как вы думаете, теперь-то он умер? Гуннар, вынув из кобуры свой 9-миллиметровый пистолет, взвел курок:

— Положись на меня.

20. НАЛЕТ НА ЗАМОК ФРЕНКЛИНШТЕЙН

Первое июня, четверг, 09.00 по местному времени. Гуннар загрузил в джип последний ящик с боеприпасами и, захлопнув заднюю дверцу, подошел к нам с Ребой.

— Мы готовы? — И он поглядел на меня. Потом на Ребу. Та, мастерски вставив магазин в свою виртуальную винтовку системы «FN-FAL», повесила ее на плечо.

— Мы готовы, — подтвердила она. Гуннар протянул в мою сторону руку — оказалось, для рукопожатия. Я удивленно уставился на нее.

— На счастье, — пояснил Гуннар. Я пожал его руку. К ритуалу присоединилась третья рука — рука Ребы. Свободной верхней конечностью Реба придержала Гуннара за затылок и мощно, бесстыдно, сентиментально поцеловала его в губы (не преминув засунуть ему в рот язык).

— На счастье, — сообщила она, оторвавшись от Гуннара, чтобы перевести дух.

Я решил, что с меня хватит еще одного рукопожатия.

— Ладно, ребята, — возгласил Гуннар, когда церемония взаимных клятв в дружбе завершилась, — поехали. Покажем всем где раки зимуют! — и он направился к джипу. Но Реба оказалась проворнее. Вскочив вперед него в машину, она припарковала свои прелестные виртуальные ягодицы на водительском сиденье и поставила около себя винтовку. — Подвинься, — вспылил Гуннар. — Я поведу.

— Нетушки. — Реба всем телом обвилась вокруг руля, намереваясь сражаться за него до смерти. — ПОВЕДУ Я.

Гуннар сделал глубокий вдох, точно готовясь к крупной ссоре — но вдох перешел в печальный вздох, а мой друг, обойдя вокруг машины, уселся на пассажирское сиденье рядом с Ребой. Поглядел на меня и показал большой палец — дескать, все классно.

Я выжал сцепление «харлея». Реба запустила мотор джипа. Привстав, Гуннар дотронулся до виртуального пульта радиоуправления, прикрепленного к солнцезащитному щитку. Точно банальная дверь гаража (правда, гаража, расположенного в самой сердцевине солнца), врата Сетевого портала медленно поползли вверх.

С той стороны портала кто-то стоял. Его силуэт четко вырисовывался на фоне ослепительного сияния виртуальности. М-да, ну и задохлик…

Элиза.

— Тьфу, блин! — сплюнул Гуннар. Соскочив с сиденья, он забрался в орудийную башенку и припал к пулемету. Реба, схватив винтовку, опасливо высунулась из дверцы. Ну а я вызвал из своей ментальной библиотеки лучшую самоуверенную улыбочку и сочинил с полдюжины остроумных ответов-отбрехов.

— Погодите! — вскрикнула Элиза. Подняв кверху свои тощие лапки, она вошла в портал и теперь стояла уже в нашей локальной Вселенной. — Прошу вас, не стреляйте!

Гм. Абсолютно не в ее стиле. Мы все остолбенели. Элиза сделала еще один шаг к нам.

— Есть разговор.

Гуннар вспомнил, что, собственно, делает, снял пулемет с предохранителя и направил его на Элизу.

— Говори, мы слушаем.

Сделав еще один шаг вперед, Элиза остановилась. Ее льдисто-голубые глазки так и бегали в глазницах, рассматривая нашу троицу — точно два шарика из дельфтского фарфора в замысловатом лабиринте игрального автомата.

— Я надеялась, мы сможем это обсудить, как взрослые люди, — сказала она, — но теперь понимаю, что надеялась зря. Так что, детки, я буду лаконична. Хотите не хотите, а я иду с вами.

Гуннар подскочил от удивления и покосился на меня. Я покосился на Ребу. Реба щелкнула предохранителем, прицелилась Элизе в лоб и буркнула:

— Ты в меньшинстве, белая мышка. Элиза испарилась.

— Слушайте, детки, — раздался голос Элизы ниоткуда и со всех сторон. — Можно подраться прямо сейчас — и есть вероятность, что вы победите. Но я вам четко гарантирую, что вас задержу и вы упустите свое окошко. — И тут, подтверждая серьезность ее намерений, заглохли оба двигателя. И джипа, и «харлея».

Элиза вновь обрела зримый облик — за моим правым плечом. Я нервно обернулся.

— Либо, — произнесла она спокойно, меж тем как Гуннар, разворачивая пулемет, случайно подпалил гору многогранников, — вы попробуете от меня сбежать. В подобном случае, — она широко улыбнулась и раскинула руки, объяв все наше локальное виртуальное пространство, — не ждите, что ваша родная система продержится до вашего возвращения. Теперь я знаю, где вы живете.

Вновь улыбнувшись, она подошла ко мне, изящно вспрыгнула на сиденье за моей спиной, уперлась ножками в «стремена» и обвила своими тощими лапками мой торс.

— Либо, — заявила она, — вы можете уяснить, что у меня счеты с Амбер — не с вами. И взять меня с собой добровольно. Если вас эта перспектива пугает, возьмите в толк, что я всегда буду у вас на глазах. В смысле, у меня не будет возможности делать вам гадостей за спиной.

Повернув голову, она уколола мою спину своей острой скулой и решительно, не без нежности прижалась ко мне. Выгнув брови, я покосился на Гуннара и телепатически задал ему некий вопрос.

Гуннар глянул на Ребу. Та, презрительно фыркнув, вновь поставила винтовку на предохранитель и положила ее на пол. Гуннар принял решение.

— Возьмем ее с собой, — провозгласил он уверенно, точно сам до этого додумался. — Будем за ней присматривать, чтобы не нагадила, — решительно кивнув, он тоже поставил пулемет на предохранитель и плюхнулся на свое сиденье.

— Отличная мысль, генерал Кастер, — пробурчала Реба. Вновь запустила мотор, вцепилась в руль обеими руками с такой яростью, точно хотела вырвать его из приборной доски, и для полноты картины сердито уперлась в него подбородком.

Не обращая на нее внимания, Гуннар обернулся ко мне.

— Ну? Чего мешкаем? СТАРТ! — И, самодовольно сверкнув зубами, он потряс в воздухе кулаком.

Нажав правой ногой на стартер, я растолкал «харлея», и тот ревом сообщил о своем пробуждении. Наклон вправо, чтобы поднялась подножка. Выжать сцепление. Включить первую передачу. Погонять двигатель вхолостую — так, ради шума.

Подняв голову от руля, Реба выжала сцепление до упора и включила передачу.

— Проклятые вояки, — процедила она, нажимая на газ. Машина резко рванулась вперед под визг пылающих от натуги дорогих шин и дикие вопли Гуннара.

Подождав, пока они освободят портал, я повернул голову и оглянулся через плечо на Элизу.

— А теперь все-таки скажи, зачем ты к нам присоединилась?

Вскарабкавшись по моей спине, Элиза слегка чмокнула меня в щеку:

— Потому что Гуннар слишком уж увлекся задней частью Ребы и забыл, что должен стеречь тебя с тыла. А поскольку именно с тыла ты смотришься неплохо, — и она для полной ясности ущипнула меня, — я решила сама себя назначить ее охраной.

Я дернул задницей, уворачиваясь от ее пальцев, и уставился на Элизу с блистательно сыгранной недоверчивостью:

— И что. Соломоновых решений больше не будет? Элиза покраснела. Надо сказать, что пристыженность ей шла: нездоровая бледность сменилась более или менее приятным румянцем.