Магма - Синицын Олег Геннадьевич - Страница 119

– Эта реакция может повлиять на жизнь людей, которые находятся на поверхности? – задал вопрос мэр.

– Мы не знаем природу реакции, – произнес Филиппович – Эндотермическая она или экзотермическая…

– Стойте! – вдруг раздался голос Кузнецова. Все посмотрели на него.

Женя поднялся на ноги. Кожа на его лице и тыльной стороне кистей сильно покраснела. Раш опасался, что это может быть ожог второй степени. И еще он опасался за рассудок Кузнецова.

– Мдраг не сможет сейчас уничтожить метакремниевую жизнь, – произнес Евгений, глядя на ровную гладь озера.

– Почему? – осторожно спросил Раш.

– По крайней мере, в данный момент не сможет, – продолжил Евгений. Мэр с интересом посмотрел на ученого. – Проход ведь закрыт. И открывается по определенному циклу. На короткий период времени.

– Мы не знаем цикличности открытия прохода, – возразил Раш.

– Но есть человек, который знает, – ответил Кузнецов.

– Джейк, ты можешь вспомнить, в какие дни ты видел мальчика? – спросил Евгений.

Джейк посмотрел на покрасневшее лицо этого странного человека Он был весьма озабочен. И вопрос не был простым. Джейк почувствовал это. Не любопытство и не формальность. Вопрос жизни и смерти.

В глазах человека уместилось страдание целого мира.

Джейк отнесся к заданному вопросу со всей серьезностью.

– Это трудно, – ответил он. – Но я постараюсь. У вас найдется календарь?

– У нас есть календарь, Брюс? – спросил Кузнецов Раша.

– Господин мэр, не найдется у вас календарика? – в свою очередь спросил Раш. Мэр кивнул и вытащил из кармана рождественский календарик с Санта-Клаусом и оленями. Джейк взял календарик из рук мэра.

– Последний раз я его видел на позапрошлой неделе в субботу, – произнес Джейк. Кузнецов достал из кармана блокнот и отметил в нем дату. Девятнадцатое июля, – Я точно помню, что был субботний полдень, поскольку нас собрали в школе, чтобы провести занятия по гражданской безопасности.

– Каким по счету было это появление мальчика? Джейк поднял глаза к потолку, подсчитывая события.

– Наверное, четвертым, – ответил он.

– Да, я видел его четыре раза.

Над датой на листе блокнота Кузнецов жирно вывел цифру четыре.

– В третий раз я встретил его около своего дома, – продолжил мальчик и споткнулся, – хотя нет. В третий раз я его встретил, когда мы построили площадку для прыжков в воду. Это было… это…

Кузнецов напряженно смотрел на мальчика, ожидая ответа.

– Я не помню точно, – жалобно произнес Джейк.

– Попытайся вспомнить, – попросил Кузнецов. – Это очень важно.

– Я знаю, – сказал мальчик, напрягая лоб. – Мы поехали с ним к офису мэра. Он просил меня рассказать про параллели и меридианы. А там висел плакат…

– «Посетите Милд Рок! Жемчужину штата Орегон!»? – спросил Кузнецов.

– Да.

Женя и Раш переглянулись.

– Он говорил, что должен помочь своим друзьям найти это место, – сказал Джейк.

– Да, мы его нашли, – прошептал Кузнецов.

– Это было… я не помню день недели. Помню, что опять был полдень. Да! Он всегда появлялся в полдень!

Кузнецов в блокноте сделал запись: «Двенадцать часов».

– Но какой это был день? – продолжал вспоминать мальчик. – По телевизору вечером показывали «Крестного отца»! Да! Всю неделю шла реклама – смотрите двенадцатого июля мировой шедевр «Крестный отец»!

Кузнецов отметил эту дату у себя в блокноте, обозначив ее цифрой три.

– Еще, Джейк, – попросил Евгений.

– Он появился возле моего дома, – задумался Джейк. – Я тогда не играл с ребятами, не ходил купаться… Стойте! За день до этого отец уехал в командировку продавать свои сырные бактерии. Мам!

– Я слушаю, сынок, – раздался из кухни голос миссис Уильямс.

– Когда папа уехал в командировку?

– Командировка папы началась седьмого июля, – четко ответила миссис Уильяме.

– Значит, ты видел его восьмого числа, – заключил Кузнецов. – А теперь попытайся вспомнить самое первое его появление.

– Больше не помню. Это было так давно, что я не помню даже неделю! – взмолился мальчик.

– Сейчас, – прошептал Кузнецов и опустился на стул. Он сверился с прежними записями из своего блокнота. Что-то отсчитал. Снова записал.

– Джейк, у тебя найдется калькулятор? – тихо попросил он.

– Конечно, – ответил мальчик, после недолгих поисков, протянув Кузнецову многофункциональный калькулятор «Ситизен».

– У тебя есть идея? – осведомился Раш.

– Сейчас, – ответил Женя, не отрываясь от подсчетов. Еще минуту он продолжал считать. Последняя цифра, выданная калькулятором, заставила Кузнецова подскочить едва ли не до потолка.

– Джейк, – произнес Кузнецов, возвращая мальчику калькулятор. – Ты нам очень помог. Я не знаю, что и делал бы без тебя!

Они вышли из дома Джейка и остановились на подъездной дорожке для автомобилей.

– Что ты нашел? – спросил Раш.

– Мальчик появлялся четыре раза. Джейк это отлично помнит. Мы ждем его пятого появления. Согласен?

– Допустим. Снова цифра пять?

– Она везде. Пять колонн. Пять появлений мальчика. Пять полос на камне. Помнишь, мы с тобой гадали – почему промежуток времени между появлением колонн разный?

– Мы так и не смогли ответить на этот вопрос.

– Верно. Интервал времени между третьим и четвертым появлением мальчика – ровно неделя, семь дней. Интервал времени между появлением третьей и четвертой колонн составляет тридцать три и шесть десятых часа или одну целую и четыре десятых дня.

– Ты хочешь сказать, что появление колонн соответствует появлению таинственного мальчика? – воскликнул Раш. – Это значит, что оно указывают время открытия прохода в барьере!

– Вот именно! Колонны появляются ровно в пять раз чаще! Вот где понадобилась эта ключевая цифра! Возьмем второй интервал. Между появлением мальчика прошло четыре дня. Между появлением колонн – ноль целых восемь десятых суток. Интервал времени между появлением колонн снова в пять раз меньше!

– Мы не знаем, когда мальчик появится в пятый раз, – продолжил Раш. – Но мы знаем время между появлением четвертой колонны и надписи в Долине Смерти, которую следует считать пятой!

– Да. Эта величина – два и четыре десятых дня. При умножении на пять получается двенадцать дней. Если последний раз мальчик появлялся девятнадцатого июля в полдень, то следующего открытия прохода следует ожидать в полдень тридцать первого числа. То есть завтра!

– Эта информация нам ничего не дает! – скептически произнес Раш. Первоначальный порыв от открытия в нем угас. – Если даже Мдраг завтра начнет цепную реакцию, мы не сможем ему воспрепятствовать. Мы же не можем проникнуть в магму.

Кузнецов как-то странно блеснул глазами:

– Есть у меня надежда еще на одного человека. Это канадский изобретатель Фредерик Паррель. Он построил аппарат, который может опуститься в магму.

– Твои слова похожи на слова безумца. Женя, я беспокоюсь о тебе. Ты кажешься сумасшедшим.

– Сейчас мою дочь можно спасти, только являясь сумасшедшим.

– Фредерик – это Кузнецов! – произнес Женя в трубку телефона.

– Доктор Кузнецов? – в задумчивом голосе Парреля проскользнуло удивление. – Как ваши дела? Я слышал, вы повесились.

– Это был не я… Как твои дела?

– Я изобрел аппарат для возбуждения сейсмических волн без взрывов. Такая замечательная вещь! Запускаешь волну на одном конце Земли и ловишь ее на другом. Прекрасный способ томографировать внутренности планеты, уничтожая тонны тротила.

– Фредерик, – прервал его Кузнецов, – как поживает твой аппарат, который может опуститься в магму?

– Пылится на складе у военных. «Ред Зоун» и «Ай-Эсоботикс» отказались сконструировать робота для моего аппарата. Поэтому испытать его некому.

– Человек сможет находиться в твоем аппарате?

– Я делал его для человека. Вот только желающих испытать пока не нашлось.