Сон в Нефритовом павильоне - Автор неизвестен - Страница 153

153

Держа листок бумаги двумя руками, князь трижды перечитал стихи: внимание государя очень тронуло его. Гонец передал Яну слова, что велел при этом сказать Сын Неба:

«Помните ли вы о нас, гуляя чудной ночью при ясной луне со своим другом? Мы шлем вам вина из наших подвалов, поднимите бокал за вашу встречу с князем Шэнем!»

Ян молча поклонился, слезы мешали ему говорить. Он смотрел на север, и тоска сжимала ему сердце.

Разлив вино по бокалам, князь Шэнь сказал:

— Вино прислал сам государь, поэтому выпьем его немедленно, как бы хмельны мы ни были! За встречу!

Между тем Хун обратилась к циньским дамам:

— Все мы умеем играть и петь! Так пусть каждая из нас споет свою любимую песню!

Циньские дамы дружно подхватили предложение Хун. А та продолжала:

— Князьям могут не понравиться наши песни, потому давайте отъедем подальше и развлечемся вволю одни!

— А что делать мне? — посетовала госпожа Те. — Все вы обучались музыке и пению с детства и можете плести голосом такие узоры, что и по шелку не вышить! Я же выросла в крестьянском доме, умею только рис есть да спать!

— И я не из княжеских палат, — рассмеялась Хун. — А рыбацкие или сельские песни тоже совсем не плохи. Но знайте, отказываться нельзя!

Услышав веселые женские голоса в отдалении, князь Шэнь говорит:

— Наши дамы покинули нас — любопытно, зачем? Давайте подберемся к ним поближе и выясним их тайну!

Так и сделали: подкрались, перебрались на нос лодки, где были женщины, и видят — окна плотно задернуты занавесками, из-за них доносятся шумные разговоры и дружный смех. Вдруг послышались ритмичные удары ладони по кувшину, и Хун запела:

Как пустыня, река пуста.Эй, сорока, что мчишь на юг!Что тебя испугало, скажи —Лунный свет или флейты звук?Праздник осени впереди,Жду-пожду я луны восьмой,Будем весело пировать,Только суженый где же мой?Юный друг, говорят, пораНа Дунтин поспешить давно:Ну-ка чаще маши веслом —Ждет чжуншаньское нас вино!

Как бы продолжая, затянула госпожа Бань:

От столицы нашей вдали,Там, где пыль клубами встает,Песнью, танцем, лунойУпиваемся мы допьяна.На горе Гусушань турачи[412]Возгласили — пришла весна!Юный друг, вот бокалы тебе —Разливай остатки вина!И уйдем с дорожки луны,Засиявшей на глади вод!

Хун похвалила:

— Хорошая песня — раздольная, широкая, необычная, и поете вы прекрасно!

Настал черед Феи:

Поднялись облакаНад горой Лазоревый градИ на наш Красный ЗонтПроливным упали дождем.По Алмазной рекеМой бумажный кораблик мчит,Вместе с феей Хэн-э[413]Наслаждаюсь я ветерком!В мире нет никого,Кто, как я, был бы жизни рад!

Женщины подхватили песню Феи, звучавшую так изящно и нежно. Бань и Го взяли Фею за руки и говорят:

— Мы знаем, что вы с детства томились в зеленом тереме. Но это не помешало вам стать подлинной феей!

Свою песню исполнила госпожа Го:

Ветру парус вручив,По реке я плыву;Лес и горы кругомТак прекрасны сейчас!Эй, луна! В небесахВсем поведай молву:Что Ткачиху нашелНа земле Волопас!

Когда кончилась и эта песня, госпожа Го обратилась к Лотос:

— Госпожа Лотос, вы наша хозяйка, и, хотя вы моложе всех гостей, вам петь впереди нас!

Лотос спорить не стала и запела:

Мне речная водаЗаместо вина,А светильником мне —Светоч неба, луна;Не приду, не вернусь,Коль не буду пьяна!Эй, гора! Не пускай —Хочет скрыться луна.К другу еду, везуОстатки вина!

Госпожи Бань и Го отдали должное Лотос.

— В песнях и музыке вам просто нет равных! Чудесно! У вас большой талант!

Затем спела госпожа Те.

В лес и горы иду,И в руках моих — гусь,Буйный ветер меняК другу-месяцу мчит!Кто остался внизу.Мной навек позабыт.Я с небесных высотКрасотой наслажусь!

От удовольствия Хун ударила рукой по кувшину и воскликнула:

— Ваша песня напомнила мне танское сочинение «Ветви бамбука».[414] Она совсем не похожа на наши напевы, заученные в зеленых теремах! Ну, а теперь послушаем Сунь Сань!

Та рассмеялась:

— Я ведь рыбачка из Цзяннани и знаю одни рыбацкие песни, но что делать, потешу вас!

Она запела, постукивая по борту лодки:

Облетели цветы камыша,Появилась луна над рекой —Веселей поднимай весло!Мы найдем, где цветет абрикос,Рыб сребристых наловим с тобой —Веселей поднимай весло!Перед нами гора Фучуньшань —Не Улин, где персик расцвел!Человек у реки Инчуань,[415]Ты, с которым красавец вол!Не хвались, что вол твой хорош, —Это Яо и Шуня труды!Веселей поднимай весло!Эй, девица, груду бельяОпустившая в струи воды!Не хвались своей красотой —Вся твоя красота от весны!Не олень ли стоит наверху,На площадке Полной Луны?Веселей поднимай весло!Что случилось с Алмазной рекой —Не Серебряной стала ль она?Глянь, гора Красный ЗонтФей небесных полна!В мире места красивее нет,Чем Обители Звездной край!Нужно к берегу плыть скорей —Веселей весло поднимай!Лотос-меч возьми, оглядись:Здесь красив и талантлив народ,Среди женщин Небо лишь мнеКрасоты никак не дает!

Длинная песня Сунь Сань пришлась всем по вкусу. Наслушавшись, князья перебрались на свою лодку и поплыли к берегу. Когда они поднялись в павильон Соперник Луны, им сообщили, что императорский гонец должен отбывать в столицу. Ян тотчас зажег светильник, отыскал узорную бумагу и начертал:

вернуться

412

Гусушань — гора в Цзяннани, излюбленное место для прогулок.

вернуться

413

Хэн-э — см. Чан-э.

вернуться

414

«Ветви бамбука» — старинная народная песня Западного Китая, исполнявшаяся под флейту и барабан. Ей подражали Бо Цзюй-и и многие другие поэты.

вернуться

415

Фучуньшань, Улин, Инчуань — места, связанные с отшельничеством. Упоминая ниже о «трудах Яо и Шуня», Сунь Сань подчеркивает, что отшельник не должен забывать о заслугах первопредков.