Сон в Нефритовом павильоне - Автор неизвестен - Страница 181

Дома Цзи-сина радостно встретили дед и бабка, а счастью Феи не было предела.

Как раз в эту пору дочери Сына Неба, принцессе Шу-вань, исполнилось тринадцать лет, и она еще ни за кого не была просватана. Однажды супруга государя говорит ему:

— Вчера мы с придворными дамами обсуждали тех, кто отличился на последних государственных экзаменах: четвертый сын князя Яна кажется нам более красивым, чем его старший брат Чжан-син. Теперь, когда я вижу Чжан-сина во дворце, мне на ум сразу приходит Цзи-син. Но у князя как будто есть и пятый сын, хорошо было бы выдать нашу дочь за него!

Император улыбнулся:

— Я и сам подумывал об этом. Надо будет поговорить с князем.

На другой день государь пригласил к себе князя для беседы и между прочим спросил:

— Мы слышали, ваш пятый сын уже подрос. Сколько же ему сейчас лет?

— Тринадцать, ваше величество!

— А у нас растет дочь, ей тоже тринадцать. Не хотите ли, князь, скрепить нашу с вами дружбу родственными узами?

Сложив ладони, князь низко поклонился. Император продолжал:

— Старший ваш сын, Чжан-син, — муж нашей племянницы, пусть теперь и наша дочь станет вашей невесткой! Это великолепно!

Сын Неба тут же вызвал гадателя и приказал определить благоприятный день. Вскоре была сыграна и свадьба: жених и невеста поразили всех присутствовавших красотой и пышными нарядами. Принцесса оказалась кроткой, ласковой к мужу и послушной родителям. Гости без стеснения завидовали счастью князя Яна.

В эту пору Сын Неба был в расцвете лет и сил — ежедневно вникал во все государственные дела и просматривал исторические хроники.

И однажды ему принесли послание от правителя Шанцзюня. В нем говорилось вот что:

«Северные сюнну и другие племена варваров объединили свои силы и движутся к нашим укреплениям на севере. Только что я получил письмо от их предводителя, — язык не поворачивается передать его содержание. Не смея, однако, скрыть его от Вашего Величества, привожу текст полностью: „Судьба переменчива, и настал час гибели страны Мин. Я взял на себя заботу о народах севера и решил вести их к югу, дабы даровать им все земли среди четырех морей. Кто следует велениям Неба, остается жить, кто им противится, тот погибает! Не спорь же с судьбой — сдавай свои владения!“

Прочитав это, император впал в великий гнев и приказал собрать всех вельмож и сановников и объявить им, что он сам поведет войско против варваров. Князь Ян попросил государя выслушать его.

— Северные сюнну совсем не то, что южные варвары: нравом свирепы, появляются и исчезают неожиданно, как истые звери. Мечтая завоевать страну Мин, они нападают на наши приграничные селенья, грабят крестьян, угоняют скот, а потом убегают в свои логова. Поэтому мудрые правители древности не поднимали на них оружия и пытались умиротворить их подачками. Ханьский Гао-цзу двинул на них лучшие свои войска, и все же под Бодэном ему пришлось семь дней пробиваться из окружения! Ханьский У-ди вел с ними нескончаемые войны, но так и не смог отомстить за своего великого предка. Вы, ваше величество, в порыве справедливого гнева решили самолично возглавить войско, но это опасно, ибо сюнну могут узнать вас и попытаются убить. Разумнее было бы назначить кого-либо из наших прославленных военачальников и поручить ему навести порядок на рубежах империи!

Однако император даже слушать князя не стал, и тот понял, что государя не переубедишь. Сын Неба приказал князю охранять наследника престола и вести все государственные дела, возвел военного министра Ян Чжан-сина в звание помощника верховного командующего, назначил старого Лэй Тянь-фэна начальником передового отряда. Командующим отрядом, что слева от середины, стал Лэй Вэнь-цин, отрядом, что справа от середины, — Хань Би-лянь, левым тысяцким — Дун Чу, правым тысяцким — Ма Да, начальником замыкающего отряда — Су Юй-цин. Миллионное войско, ведомое лучшими военачальниками, выступило в поход: знамена и флажки отгородили твердь от неба, трубы и барабаны сотрясали окрестности, земля ходила ходуном от топота ног и копыт, свет солнца и луны померкнул. Всюду, где шло войско, народ ликовал, предвкушая скорую победу, люди свято верили в непогрешимость молодого и полного сил императора.

На двадцатый день войско достигло земель Шаньси,[458] что в двух тысячах ли от столицы. Отдохнув несколько времени, пополнив припасы, войско двинулось дальше и подошло к землям Яньмынь, где объединилось с местным ополчением. Вскоре южнее Тяньшаня и севернее Чанчэна не могла уже ни птица пролететь, ни мышь проскользнуть незамеченной. Надев латы и накинув поверх алый халат, Сын Неба поднялся на возвышение и огласил послание предводителю сюнну:

«Презрев величие Сына Неба, ты осмелился напасть на необоримую державу. Мы не можем бесстрастно смотреть на муки нашего народа и потому привели с собой миллионное войско. Хочешь драться — выходи на бой, не хочешь — складывай оружие!»

Прочитав это, сюнну мгновенно собрали все свои отряды воедино и исчезли без следа, только их и видели. Государь привел войско к подножию гор Чилэшань и внимательно оглядел видневшуюся на севере крепость Хуванчэн: стоит она одиноко, и на тысячи ли кругом ни единой живой души! Воины возликовали, послышались здравицы государю. Император усмехнулся и велел Ян Чжан-сину с десятитысячным отрядом отправиться к монгольским степям и проверить, нет ли там врага. Дун Чу и Ма Да он приказал взять каждому по десять тысяч войска, обследовать местность к западу от гор Тяньшань и узнать, не скрылись ли варвары на подступах к заставе Яшмовых ворот. И тут десятки тысяч монгольских всадников, которых сюнну оставили в засаде, внезапно выскочили из укрытия и окружили императора с остатками минского войска, а вскоре на подмогу подошли миллионы чжурчжэней. Три дня и три ночи сжимали они кольцо, многие тысячи минских воинов полегли в неравной схватке. Командующие Лэй и Хань сражались самоотверженно, но положение становилось что ни час все опаснее: войску грозила голодная смерть. Вдруг с востока послышался конский топот, и все увидели скачущего всадника. А кто это был, вы узнаете из следующей главы.

Глава шестьдесят третья

О ТОМ, КАК ВЕРХОВНЫЙ ПОЛКОВОДЕЦ ЯН ЧЖАН-СИН ПОЛУЧИЛ ТИТУЛ ЦИНЬСКОГО КНЯЗЯ И КАК ОГНЕННЫЙ КНЯЗЬ ВНОВЬ ВСТРЕТИЛСЯ С ДОЧЕРЬЮ

Итак, Ян Чжан-син с десятью тысячами подошел к монгольским степям, что восточнее гор Хэланьшань, но сюнну не обнаружил, хотя следы их видел часто. Он хотел уже двинуться дальше, когда привели пленного, — он вез послание к монгольскому хану с просьбой о подмоге конницей. Ян приказал допросить посыльного с пристрастием и узнал, что сюнну окружили минского императора у горы Чилэшань и ждут только монголов, чтобы завершить разгром минского войска.

Ян вскочил в седло, ударил плетью коня и стрелой помчался на выручку государю. Увидев, что государь на самом деле в бедственном положении, полководец пришел в ярость. Он построил свой отряд «змеей» и послал в самую гущу врагов, сам выхватил Лотосовые мечи и снес головы десятку вражеских богатырей. Воодушевленные воины бросились на варваров и начали валить их направо и налево. В рядах сюнну поднялся переполох. Однако их предводитель быстро опомнился, разделил войско на два больших отряда и окружил Ян Чжан-сина. Воспользовавшись этим, император вместе с Су Юй-цином и Лэй Тянь-фэном разорвал кольцо и стремительно пошел к югу, в направлении Дуньхуана.

— Хорошо, что кто-то — если не Дун или Ма, то Ян Чжан-син — отвлек врагов на себя, — проговорил государь, обращаясь к Лэю и Ханю. — Но теперь наш спаситель сам попал в окружение!

Военачальники в ответ:

— Мы слышали грохот наступления с северо-запада, — должно быть, это был министр Ян. Мы со своими отрядами хотим пойти ему на выручку!

Император разрешил им действовать по усмотрению.

458

Шаньси и другие упоминаемые здесь географические пункты расположены на севере Китая. Чанчэн — Великая китайская стена.