Плюс на минус - Уланов Андрей Андреевич - Страница 71

– Вот. – Саня выложил на стол нож, лезвие которого покрывали темные разводы. – Контакт был – теснее не придумаешь, ну вот буквально только что, даже протереть не успел.

– Сойдет, – невозмутимо сказала Маринка. – Ну как будем гадать? – Девушка поставила локти на столешницу, соединила кончики пальцев и задумчиво уставилась на рассыпанные по бархату карты. – На суженого-ряженого?

– Свят-свят… – отшатнулась я. – Еще чего не хватало…

– Тогда просто судьбу гляну, – решила Марина, одним плавным движением сгребая «инвентарь» в ровнехонькую стопочку. Сосредоточенно поводила ею над ножом, потом перетасовала со скоростью счетной машинки, раскидала по неодинаковым кучкам и начала быстро-быстро переворачивать туда-обратно, раскладывать полосками, крестами, веерами, снова смешивать, пренебрежительно отбрасывая некоторые в сторону…

– И чего? – не выдержал напарник.

Марина, прервавшись, вопросительно глянула на меня:

– Напудрить?

– Нет-нет, продолжай, мы подождем. Сань, пусть она закончит, а потом расскажет, что получилось. Это и быстрее, и…

– Мозги чище будут. Понял.

Несколько минут тишину нарушало только шуршание карт, урчание трущегося о мои ноги Фени и Маринино хмыканье всех мастей – от одобрительного до скептического.

– Интересно, – наконец заключила гадалка. – У твоего Вадима большие проблемы. Я бы даже сказала, огромные: опасное знакомство, потеря всего имущества, и, кажется, он вообще при смерти…

– Как и мы? – насмешливо уточнил Саня.

– Нет, вы просто в слепой зоне с равновероятным исходом, а тут явная могила.

– Так, может, подождем, пока он сам помрет? – еще более ехидно предложил напарник. – От старости, гы-гы…

– Марин, а поточнее? Что именно с ним происходит?

– Ну дорогая моя, – гадалка развела руками, – я ж не система спутникового наблюдения! По картам можно узнать только направление развития событий, казенный дом там или долгий путь… а кто и куда именно его пошлет, я без понятия. Ну разве что пол «кого надо опасаться» могу определить.

– И кого?

– В том-то и дело, что никого. Фатальное стечение обстоятельств, ни одного конкретного лица.

– А нас ты в расклад вставляла?

– Да, но это почти ничего не дало. Червовая дама и пиковый валет вертятся поблизости, но решающим фактором не являются, я дважды перепроверила. Даже наоборот: от вас Вадиму может прийти помощь.

Саня едва слышно пробурчал что-то вроде «ага, щас…»

– Что-что? – подозрительно переспросила я.

– Ничего.

– Я же слышала!

– Интересная штучка, – неожиданно сказала Марина, и мы, отвлекшись от выяснения отношений, поняли, что гадалка смотрит на нож. – Можно? – Девушка взяла нож в руки, повертела. Потом зачем-то закрыла глаза, продолжая медленно ощупывать обмотанную изолентой рукоятку. – А ты знаешь… Ого!

Свечные огоньки внезапно метнулись и потухли, под столом обрызганными углями зашипели коты, и из темноты совсем рядом со мной донеслось сдавленное рычание:

– ЛЕНКА, Я ТЕБЯ УБЬЮ!!!

Почти сразу же раздался жуткий грохот, пронзительный вопль оскорбленного в лучших чувствах кота, придушенный вскрик Марины, глухой удар об пол и мой визг – совершенно независимо от меня.

Где тут выключатель, я с перепугу не вспомнила и, подскочив к окну, со всей дури дернула за штору, наполовину ее оборвав. Комнату не то чтобы залило светом – какой там в семь вечера свет! – но слабенько так осияло, дав разглядеть исключительно дикую картинку: стол опрокинут на бок, вокруг согласно задрали ножки стулья, карты осенними листья рассыпались по ламинату, а посреди этого бедлама …

Саня, как настоящий мужчина, был сверху, держа Маринку за руки и придавливая к полу всем телом, – что здорово смахивало на изнасилование в той стадии, когда жертва уже решила расслабиться и попытаться получить удовольствие.

– О господи, – ошеломленно пробормотала я. – Стоило свету на секунду погаснуть, как ты кинулся мне изменять?!

– Я тебя спасать кинулся! – огрызнулся напарник.

– На Марину?!

– А я знал, Марина она или нет?

– А кем ей еще быть?!

– Не скажи, – неожиданно возразила гадалка, даже под Саней умудрявшаяся сохранять профессиональную невозмутимость. – Ребята, вы влипли.

– Пока что влип вот он! – рявкнула я в совершенно растерянных и расстроенных чувствах. – И вообще, ты почему до сих пор на ней лежишь?!

– Мягко, вот и лежу, – огрызнулся парень, но поднялся.

– А девушку назад поставить? – вкрадчиво поинтересовалась Марина.

– Сначала я хочу твердо знать, что буду поднимать именно девушку, – набычившись, заявил Саня. – Ну в смысле, что ты – это действительно ты, а не неизвестно кто.

– Сань, как тебе не стыдно?!

– Правильный подход, – одобрила гадалка, сама легко вскакивая на ноги. – Но за меня можете не опасаться, я же медиум…

– А чего ж ты тогда Ленке угрожала? – проворчал напарник, по-прежнему не сводя с Марины недоверчивого взгляда.

– Угрожала, и охотно повторю: убью заразу! – Девушка повернулась к мне: – Ты же шторы задергивала – неужели не видела, что форточка открыта?

– Видела… но подумала, что так и надо, – смутилась я.

– Чтобы тяга для свечек была? – иронично поинтересовалась Марина. – Или духи предков без помех залетали? А ну, живо наводите порядок, обормоты!

Саня попытался поднять стол и удивленно присвистнул:

– Ни фига себе… как же это я его?

– Сила есть – ума не надо, – проворчала я, но сжалилась и вместе с ним налегла на мореный дуб. А потом уже напарнику пришлось придвигать стул к окну и вешать штору (к счастью, просто вылетевшую из зажимов на карнизе) – я не дотягивалась.

Когда мы вернулись на кухню, Маринка сидела за столом, увлеченно листая какую-то книгу. Рядом стояла неровная стопка из еще десятка.

– Ну что? – затаив дыхание, поинтересовалась я.

Гадалка величественно помахала мне в сторону плиты.

– Ну Мари-и-ин! – заныла я, покорно берясь за кастрюльку. – Хоть намекни, а то я же с любопытства помру!

– А я помру от жажды, если ты заслушаешься и кофе убежит на конфорку. – Девушка непреклонно перелистнула страницу. – Вари-вари, не отвлекайся.

Ох, а ведь раньше я считала это занятие отличной релаксацией! А сейчас ко мне в голову даже закралась кощунственная мысль, что растворимый кофе тоже имеет право на существование…

– Ладно, вот тебе заключение специалиста, – смилостивилась гадалка, получив свою кружку. – Можешь даже напечатать, заверить, провести через бухгалтерию и подшить к делу. Да, и сядь на всякий случай. Судя по всему, мы имеем дело с классическим случаем одержимости: изменение поведения, неадекватность, сверхспособности…

– Но… – опешила я, – Марин, это невозможно! Я всех минских двоедушников наперечет знаю, а они меня. Он при виде инспектора должен был честь отдать, а не из пистолета палить! И конвенцией запрещено использование людей с нанесением ущерба их здоровью – а ты бы видела, в какую развалину Вадим превратился буквально за три дня…

– Женевской конвенцией тоже много чего запрещено, – проворчал Саня.

– Лен, я же говорю – классическим, – подчеркнула консультант. – А не тем, к которым ты привыкла. Это одержимость бесом, а не двоедушие.

– Замечательно, – с видом закипающего чайника процедил сквозь зубы напарник. – А теперь, пожалуйста, милые девушки – ну или кто-нибудь, – разъясните тупому мне, о чем вы спорите?

– Давай потом, а? – отмахнулась я. – Марин, но это же ЧП регионального масштаба! Надо срочно звонить в Госнежконтроль, ставить их в известность…

– А давай сейчас! – с непонятной агрессией настаивал парень. Нашел время! У меня и так голова кругом…

– Сань, отстань, не до тебя!

В следующий миг Саня с маху грохнул по столу кулаком с зажатым в нем ножом, заставив меня подскочить на стуле.

– Мне еще чего сделать, чтобы всем резко стало до меня? – яростно прошипел он. – Блин, Ленка, я тут вообще кто, твой напарник или ножка от табуретки?!