Личная рана - Блейк Николас - Страница 38

– А где еще я могу быть, если преступник спалил мой коттедж? – возмущенно воскликнул я.

– Я приеду туда, – сообщил детектив. – А вам с мистером Флоренсом лучше не терять друг друга из виду до моего появления.

– И что означает это зловещее предупреждение? – кисло осведомился я, но Конканнон уже повесил трубку.

Фларри на кухне жарил яичницу с ветчиной.

– Что за бред нес этот Конканнон, черт его побери?! – раздраженно рявкнул я.

– Спрашивал, когда я тебя видел в последний раз. Я поведал ему, что ты спишь наверху, изможденный алкоголем и впечатлениями бурно проведенной ночи. – Фларри пребывал в приподнятом настроении. – Похоже, это известие чуть было не свалило его с ног. А что он тебе наговорил?

– Потребовал присматривать за тобой, – фыркнул я. – Он появится после обеда.

– Ты застрахован от неприятностей, Доминик? – внезапно спросил хозяин дома.

– Ты имеешь в виду имущество или жизнь? – уточнил я.

Этот вопрос вызвал у великана припадок буйного смеха.

– Ну ты и шутник! – прохрипел Фларри в перерывах между приступами хохота. – Мне хотелось бы, чтобы ты не лишился ни того ни другого.

– В коттедже у меня не было ценных вещей. Только несколько книг и одежда, – успокоил я друга. – Да еще мой бинокль! Жаль было бы машинку и рукопись, но их я сумел спасти.

– Так вот из-за чего ты рисковал! – произнес Фларри застенчиво.

– Конечно. Но я уже начинаю думать, что никогда не закончу свой роман.

– Ерунда, у тебя вся жизнь впереди, – отмахнулся Лисон. – А теперь пошли перекусим. Если ты сможешь сделать первый глоток, все будет в порядке.

Фларри протянул мне чашку кофе, сдобренного виски.

– Это пойло возродит тебя к жизни. Как говорится, для опохмелки.

Он выглянул из окна.

– К концу дня тучи рассеются. – В его голосе звучала уверенность. – Бог даст, мы завтра сможем пойти поудить рыбку.

После завтрака я вышел побродить по усадьбе. Я почти оправился от последствий ночного бдения, но в висках еще пульсировала боль, и я чувствовал удушье, как перед грозой. Тяжелая туча цвета индиго нависла над горами. Ноги, словно намагниченные, тянули меня на нашу зеленую лужайку в усадьбе Лисонов. День был таким пасмурным, что я без труда вообразил фигуру Гарриет, спешащую ко мне, похожую на привидение в белой ночной рубашке.

Вода стояла низко и зловеще отблескивала металлом. Скалы выступали из нее, словно надгробные камни. Фларри рассказал мне, что на следующий день после гибели Гарриет полицейские в болотных сапогах обыскали этот участок речного русла. В те времена еще не появились ни водолазы, ни металлоискатели, во всяком случае в Западной Ирландии. А заводь, где Фларри так часто забрасывал удочку, была слишком глубока. Поэтому, если нож покоится на дне, его никогда не найдут.

Я услышал шум мотора медленно движущейся по аллее машины и вскоре разглядел ее между деревьями. Бросившись наперерез, я подоспел как раз в тот момент, когда Кевин выходил из автомобиля. Когда он оглянулся, я уже стоял рядом. Мои надежды на то, что он в шоке выдаст себя, оказались напрасны. Владелец магазина не побледнел и не отшатнулся.

– Как вы? – поинтересовался он, тепло пожимая мне руку.

– Для живого неплохо, – мрачно заявил я.

– О, то, что произошло, просто ужасно! – воскликнул Лисон-младший. – Провидение позаботилось о вас, ведь вы не спали в коттедже в ту ночь.

– Так вы слышали о пожаре? – спросил я с наигранным удивлением.

– Мне сообщил Кефи – начальник пожарной команды, – пояснил Кевин. – Потому-то я и заехал сюда по пути. Там все залито водой, а от здания остались одни стены.

– А Кефи обнаружил, отчего начался пожар? – заинтересовался я.

– Он пока ведет расследование. Конечно же ему придется проконсультироваться в страховой компании у эксперта по пожарам. Но я беспокоюсь о вас, ведь вы лишились всего имущества. Только позвоните, и я приобрету для вас все, что в моих силах. Наверное, вам необходима новая пишущая машинка взамен сгоревшей.

– Очень мило с вашей стороны, – натянуто поблагодарил я.

За разговором мы подошли к дому. Фларри в своей комнате с рыболовными принадлежностями привязывал искусственных мушек.

– Здорово, Кевин, – бросил он, не поднимая головы, – говорят, ты теперь сжигаешь свои дома. Хоть предупредил бы нас, что ли.

– Мне вовсе не нравятся твои шутки, – оскорбленно заявил Лисон-младший. – Неужели ты не понимаешь, что, если бы не случайность, Доминик мог бы…

– Поджариться до хрустящей корочки? – усмехнулся хозяин дома. – «Да, я понимаю, куда вы клоните», – как однажды ответила актриса архиепископу.

– Сейчас не время для грязных шуточек, Фларри. Я… – раздраженно начал Кевин.

– Ну и зачем ты сюда пожаловал? – буркнул старший брат.

– Конечно же осведомиться о здоровье Доминика. Он пережил суровое испытание!

– Верно, братишка, – хмыкнул бывший повстанец. – А что заставило тебя перемениться к нему?

– Я тебя не понимаю! – возмутился владелец магазина.

– Если ты такой заботливый, то почему объявил ему бойкот? – вкрадчивым тоном поинтересовался собеседник.

– Черт! Что за вранье! – заорал Кевин. – Меня даже в городе не было, когда…

– Смотри не проговорись, – прервал его брат. – Доминик прекрасно знает, почему ты так поступил.

Фларри отложил удилище и, загибая пальцы, стал перечислять каждый инцидент.

– Бриджит, Шейн, Хаггерти, Брайан в магазине – они все пляшут под твою дудку.

– Может быть, горожане имеют зуб на мистера Эйра. И на тебя заодно, братец, – невинно предположил муж Майры.

– Значит, по-твоему, недовольство людей было стихийным? – допытывался хозяин поместья.

– Как поджог, – ехидно вставил я, – коттеджа «Джойс».

– Не говорите чепухи! – взорвался разозленный Кевин. – Все в Шарлоттестауне знали о связи Гарриет и мистера Эйра, очевидно, кроме тебя. Они имеют право подозревать его в убийстве любовницы. Я не верю в подобную ерунду сам, но…

– Но не возражаешь, если другие в нее верят, – жестко закончил Фларри. – Ну давай! Что тебя действительно беспокоит, Кевин? У тебя вид словно у затравленной лисицы.

Так оно и было. В акульем изгибе рта младшего из братьев сквозила неуверенность, совершенно не характерная для его обычно напористой манеры поведения. У меня возникло подозрение, что Кевин близок к истерике.

– Я хочу переговорить с тобой с глазу на глаз, Фларри, – заявил он.

– Нет, Доминик останется, – отрезал хозяин дома. – Один ум хорошо, а два лучше, особенно в беде.

Повисло молчание.

– Простите за все, что я вам наговорил, вы оба, – вздохнув, заговорил Кевин. – Просто у меня неприятности. Вы не поверите, старший офицер Конканнон собирается предъявить мне обвинение. И в чем? В убийстве! Он снова выпытывал у меня подробности поездки в Голуэй. Как будто я помню каждый дюйм дороги и могу дать отчет о каждой минуте той ночью! Ему очень тяжело отвечать, особенно когда голова забита совершенно другим.

– А чем? – поинтересовался Фларри, глядя ему в глаза.

– Делами! – нетерпеливо и, похоже, уклончиво ответил брат. – Даже Майра ополчилась против меня!

– Неужели? – улыбнулся Лисон-старший.

– Она думает, что я… Она ревнива… Ей пришла в голову сумасшедшая идея, что я был… ну, что я тоже симпатизировал Гарриет, – запинаясь, бормотал Кевин. – Майра высказала это на другой же день! Я теперь не знаю, что и думать!

– И конечно, ты не заглядывался на мою жену? – Насмешливая улыбка хозяина усадьбы стала еще шире.

– Не зли меня! – воскликнул мэр.

Единственный раскат грома заставил Кевина подскочить на стуле. Повторения не последовало, но с того момента беседу сопровождало отдаленное ворчание грозовых туч в восточных горах. Фларри снова принялся привязывать мушек – его пальцы были на удивление проворны. Не поднимая глаз, он сказал:

– С тобой еще кое-что не так, Кевин, мой мальчик. Возможно, в Шарлоттестауне ты и важная птица, но даже здесь ты не всемогущ. В какую заварушку ты ввязался?