Личная рана - Блейк Николас - Страница 42

– Мистера Кевина забрала из дома группа людей в штатском, – сообщил я. – Они были bona fide?

– Не ломайте над этим голову, мистер Эйр! – посоветовал собеседник.

– Я и не собирался, – ответил я. – Это миссис Лисон. Она хочет узнать, что произошло.

– Это ее право, – произнес служака со сводящим с ума спокойствием. – Но не стоит спешить, мистер Эйр. Старший офицер навестит ее сегодня вечером.

– Но побойтесь бога! – раздраженно заявил я. – Миссис Лисон следует объяснить, в чем обвиняют ее мужа.

– В свое время ей все объяснят, – заявил сержант.

– Скажите сейчас, – настаивал я.

– У меня нет соответствующего приказа, – упрямо твердил полицейский.

– Но ведь не в убийстве? – допытывался я.

Я почти услышал в телефонной трубке скрип мозгов сержанта.

– С чего вы решили, что в убийстве? – подозрительно спросил он.

– О, чтоб тебе! – Я бросил трубку.

Майра смотрела на меня в отчаянной надежде, зрачки ее зеленых глаз расширились от страха и волнения.

– Ему приказано держать рот на замке, – коротко объяснил я. – Судя по его увиливанию, скорее всего, Кевина арестовали по подозрению в убийстве. Хотя я не знаю, почему полиция старается сохранить это в тайне. Мне жаль, Майра.

Миссис Лисон встала, повернувшись спиной ко мне, ее тело окаменело, лоб прижимался к стене – извечная поза женщины в шоке. Она простояла так довольно долго, пытаясь успокоиться, прежде чем обернулась ко мне.

– Этого я и боялась. О, Доминик! Я так этого боялась! – проговорила она отрывисто, снова опускаясь на стул.

Я погладил ее по плечу, чувствуя себя ужасно неловко.

– Постарайтесь не волноваться, Майра, – успокаивал я ее. – Верьте, что его невиновность обязательно будет доказана.

– Если бы Кевин был со мной откровеннее! – вздохнула мать семейства. – Я бы простила его. Он не делился своими переживаниями, поэтому я не могла ему помочь. Эта женщина – она погубила всех. Когда я увидела ее той ночью… – Майра резко оборвала фразу.

– Увидела ее? – ошеломленно переспросил я.

Женщина как-то странно глянула на меня наполовину встревоженно, наполовину лукаво.

– Не знаю, что вы подумаете теперь обо мне. Просто я упомянула вам не обо всем, что случилось в ночь убийства. – Она печально вздохнула. – Теперь, когда его арестовали, это уже не имеет никакого значения. Абсолютно никакого.

Ее голова с гордо поднятым подбородком повернулась ко мне. Взгляд хозяйки дома был обращен внутрь себя.

– Я рассказывала, что какое-то время бродила по усадьбе. Я была в ужасном состоянии: злилась на себя за выслеживание собственного мужа, – вспоминала миссис Лисон. – Так унизительно сознавать, что опустилась до вульгарной слежки! И я действительно ее видела.

– Неужели? – спросил я, чтобы подтолкнуть ее к дальнейшим откровениям.

– Я тихонько кралась под деревьями. Знаете эту рощу на краю усадьбы, между пастбищем и рекой? Потом я выглянула из-за лиственной завесы. Было темно, но не настолько, чтобы я не разглядела ее на траве, у самой воды. – Лицо моей собеседницы скривилось. – Лежала обнаженная, потягиваясь, как шлюха.

– Действительно?

– А потом – тело – исчезло, – с расстановкой произнесла женщина.

– Исчезло? – переспросил я удивленно.

– Ее фигуру заслонила какая-то темная масса. Мне так показалось в первое мгновение, – пояснила мать семейства. – В следующее мгновение я поняла, что это мужчина в темном костюме. Человек некоторое время не двигался. Я пряталась слишком далеко, чтобы слышать их разговор. Потом я увидела ее руки, обнимающие темную фигуру, словно… словно эта развратница пыталась притянуть мужчину поближе. Я больше не могла выносить этот кошмар. Я убежала куда глаза глядят, лишь бы оказаться подальше от этого места. Некоторое время сидела у тропки, пытаясь успокоиться, это было так отвратительно! – И миссис Лисон разразилась рыданиями.

– Но, Майра, – сказал я некоторое время спустя, – вы же не могли узнать ту темную фигуру со спины. Почему вы решили, что это был именно Кевин?

– А кто еще это мог быть? – грустно произнесла хозяйка дома.

– Это мог быть я, – выдавил я из себя. – Вам не приходила в голову такая мысль?

– Нет. Во всяком случае, в ту ночь, – призналась женщина. – Я ожидала застать с ней Кевина, поэтому я и сочла… Ведь это были не вы, верно?

– Верно, – постарался ответить я уверенным тоном.

– А потом Кевин пришел домой, – продолжила Майра. – Он был в темном костюме. И мне показалось, что он ведет себя очень странно. Раздраженный, усталый… не знаю, как сказать… он словно был далеко отсюда. Он казался чужим. Поэтому, когда я услышала, что Гарри…

– Но, Майра, если… Вы же не видели крови на его одежде? – сочувственно спросил я.

Женщина задрожала.

– Я не знаю, – чуть слышно ответила она. – Думаю, нет.

– Полиция ведь осматривала вещи Кевина, – попытался я успокоить Майру.

– Я предположила, что он каким-то образом избежал… – отозвалась хозяйка дома.

– И вы никогда не намекали ему о своих догадках? – удивился я.

– Нет, я не осмеливалась. Только спросила его, чем он был занят в тот вечер и почему вернулся так поздно. Муж заявил, что в машине кончился бензин. Мне не хотелось признаваться, что я подсматривала за ним. – Майра улыбнулась мне слабой копией своей трогательной улыбки. – Боюсь, вы не сможете меня простить, Доминик.

– Я? Не прощу вас?

– Если бы я поведала Конканнону об увиденном, он никогда не стал бы подозревать вас в преступлении. И вам бы не пришлось пройти через это отвратительное дознание. Я уверена… вы ей симпатизировали, – смущенно добавила Майра.

– Вам тоже есть за что меня прощать, – откровенно заявил я.

– Я не понимаю, – изумленно взмахнула ресницами женщина.

– Дело в том, что мне пришлось известить Конканнона о ваших странствиях в поисках Кевина в тот вечер, – с сожалением произнес я.

Майра поджала губы.

– Я знаю, что обманул ваше доверие. Но я сам оказался в еще худшем положении, – попытался я оправдаться. – В действительности Конканнон не проявил к этим сведениям никакого интереса. Но мне жаль, правда.

– И я полагаю, вы сообщили ему, что я делала… бродила по усадьбе?

В ее сарказме я уловил нотку опасения.

– Нет. Я лишь упомянул, что вы выехали на велосипеде встречать Кевина, подождали на перекрестке и вернулись домой тем же путем.

– А почему я должна вам верить? – резко заявила женщина.

Но я различил вздох облегчения.

– Я вас не выдам, – пообещал я. – Это было бы подло. Но у меня нет причин любить вашего мужа.

Произнося эту речь, я вдруг испугался, что Майра может неправильно понять мое последнее замечание. Она пристально посмотрела мне в глаза.

– Подразумевается, что у вас есть причина любить меня? – спросила она с шокирующей откровенностью.

– Я… я хотел сказать, что вы никогда не причиняли мне зла… вы были ужасно добры ко мне, – сбивчиво проговорил я, смутившись.

Майра отвела взгляд.

– А Кевин навредил вам? – спросила она внезапно. – Как?

– Да все тот самый бойкот, – в замешательстве произнес я. – И…

– И? – подтолкнула меня она.

Я понял намек:

– Я подозреваю, что это он спалил коттедж. И привез меня связанным на побережье, где я чуть было не утонул.

– Вы с ума сошли, Доминик! – Миссис Лисон говорила с искренним недоумением. – Для чего ему так скверно поступать с вами? Вы ему нравились.

Я ответил как можно легкомысленнее:

– Дорогая Майра, вы – не единственный ревнивый человек в Шарлоттестауне.

– О, перестаньте!

Женщина натянуто улыбнулась. Потом ее красивые брови снова сошлись на переносице.

– Не знаю, как мы можем так о нем рассуждать после его ареста. Мне должно быть стыдно.

– Вы ему ничем не поможете, если будете хандрить, – сказал я как можно убедительнее.

– Хорошо, я больше не буду! – ответила она по-детски.

О, женское послушание!

– Но что же мне делать, Доминик? – всхлипнула жена Кевина.