Другая Грань. Часть 1. Гости Вейтары (СИ) - Шепелев Алексей А. - Страница 14

— А Анна-Селена… Где же она?

Наромарт недоуменно огляделся: девочка по ходу разговора как-то незаметно покинула взрослых. Оказалось, Риона увлекла её с собой, и теперь они, о чем-то увлеченно болтая, накрывали ужин на разложенных прямо на траве длинных полотнищах.

Сибайя снова улыбнулась.

— Пожалуй, дети подали нам добрый пример. Приступим к трапезе, о делах можно поговорить и завтра — до ярмарки ещё много дней.

И, как и полагается гостеприимной хозяйке, она первой двинулась к уставленным снедью скатертям. Йеми и путешественники последовали за ней. Заметив это, Риона тут же обратилась к хозяйке леса:

— Тетя Сибайя, можно я после ужина покажу Анне-Селене нашу хижину?

— Может, завтра?

— Лучше сегодня. Ну, пожалуйста. Представляешь, Анна-Селена никогда не жила в лесу.

— Я тоже никогда в лесу не жил, — просто сказал Сережка.

— А хочешь, пойдём с нами? — предложила племянница Йеми.

— Давай, — радостно согласился мальчишка. И тут же, полуобернувшись, бросил виновато-вопросительный взгляд на Балиса, словно спрашивая разрешения. Капитан легонько кивнул. Вряд ли детям в этом лесу что-то угрожало.

— Вот видишь, тетя Сибайя, Сережа тоже хочет посмотреть хижину.

— Ну, что с тобой делать… Но только после ужина.

— Спасибо, — радостно воскликнула девочка. — Давайте быстрее ужинать.

Все рассмеялись.

— Быстрее — так быстрее. Курро, Рокад, скоро ли будет жаркое? — окликнула правительница леса хлопочущих у костра. Кроме знакомого толстяка и Саши, там суетился невысокий длинноволосый юноша в шерстяной серой рубахе и таких же штанах.

— Можно подавать, — откликнулся Курро.

— Ну, так и тащите его сюда, все уже заждались…

Рядом с полотнищами были вбиты в землю два крепких деревянных кола с рогульками на концах. Подняв вертел (Курро с одной стороны, Рокад и Сашка — с другой), повара перенесли обжаренную тушу с костра к столу.

И начался пир.

Глава 3

В которой совершается одна опасная авантюра

Призрачно все в этом мире бушующем.

Есть только миг, за него и держись!

Есть только миг, между прошлым и будущим.

Именно он называется жизнь!

Вечный покой сердце вряд ли обрадует:

Вечный покой — для седых пирамид.

А для звезды, что сорвалась и падает

Есть только миг, ослепительный миг.

— Итак, ты — наемник Джеральд.

— Итак, я — наемник Джеральд. А ты — Нурлакатам, маг на государственной службе.

— Совершенно верно, Джеральд, совершенно верно. Прошу, присаживайся в кресло и отведай вина. О тебе идет слава, как об опытном человеке, способном решать очень трудные задачи. А мне как раз нужен именно такой человек, поскольку задача, которую я хочу ему поручить, очень трудна.

Джеральд не заставил себя упрашивать и опустился в обитое мягкой тканью кресло: когда ещё доведется посидеть на сидении для благородных.

Наемник был уже немолодой мужчина с обветренным загорелым лицом, на котором пролегло немало глубоких морщин, да в придачу ещё и украшенным несколькими мелкими шрамами. Длинные светлые волосы (то ли седые, то ли всегда были такими — не понять) свободно рассыпаны по плечам, словно грива. Одет он был в серую суконную куртку и такие же штаны, на ногах — высокие кожаные сапоги, удобные как для верховой езды, так и для передвижения по болоту. Широкий кожаный пояс кроме кошеля отягощал кинжал в старых кожаных ножнах. Это говорило о том, что хозяин пояса не имеет права на ношение меча и вынужден обходиться другим оружием. Впрочем, те, чья жизнь протекает за пределами больших городов и основных торговых путей, могли бы поспорить, что дело тут не столь просто. Очень могло быть, что в тех местах, где шансы встретить служителей закона не слишком велики (а это — пожалуй что пять шестых части территории Империи), меч на этом поясе откуда-то появлялся, а когда хозяин оказывался в людных местах — куда-то исчезал. То ли благодаря волшебству, то ли еще каким-то способом. И еще эти люди не захотели бы встать на пути у Джеральда, вне зависимости от того, будет ли на его поясе меч или нет.

Отведав из простого оловянного кубка предложенное вино, наемник поморщился. Он был местным жителем, уроженцем Толы, которая ещё неполных две сотни лет назад по местному летоисчислению была столицей независимого королевства Толиники, и к морийскому обычаю разводить вино водой относился неодобрительно. Вино — это вино, вода — это вода, и смешивать их совершенно незачем. Тем более что и Нурлакатам тоже был вовсе не коренной моррит, а уршит. Но, как говорят в народе, у дареного гиппогрифа перья не считают.

Зато предложенная к вину настоящая верийская ветчина пришлась наемнику по вкусу куда больше. Закусив, Джеральд отставил кубок и обратился к сидящему в соседнем кресле чернокнижнику.

— Хорошее вино, маг. И хорошее начало. Но, мне кажется, пора перейти к продолжению.

— Как скажешь, Джеральд. Итак, мне нужен тигренок-оборотень.

— Сколько ты за это платишь?

— Две тысячи ауреусов. Больших тысячи.

Джеральд задумался, произвел в уме кое-какие подсчеты и кивнул.

— Это серьезный разговор. Как я понимаю, мне и моим людям придется отправиться в Кагман?

— Мне все равно, откуда ты притащишь эту тварь. Если ты знаешь место поближе, то можешь отправляться туда. Я плачу за результат.

— Ближе Кагмана они не водятся.

— Значит — Кагман. Тебя это чем-то не устраивает?

— Кагман — независимое королевство, большинство тамошних аристократов в родстве с тигрицами. Как ты намерен добиться от них разрешения на отлов ребенка?

Маг широко улыбнулся, показав острые белоснежные зубы, резко выделившиеся на фоне черной кожи.

— Ты не понимаешь, Джеральд. Я нанимаю тебя не на государственную службу, а как простой гражданин — наемного работника. Как ты проникнешь в Кагман — это твое дело. Как ты вернешься — тоже твое дело. Если тебя убьют, то Империю это не заинтересует. Если тебя возьмут в плен — имперские чиновники не озаботятся тем, чтобы тебя выкупить.

— А если кагманский господарь подаст Императору Кайлу официальную просьбу о выдаче некоего мага Нурлакатама из Толы, злоумышлявшего против его подданных?

Чернокнижник снова улыбнулся.

— Император Кайл, да продлят боги его дни, известен своей справедливостью. Полагаю, что он рассмотрит просьбу господаря со всей тщательностью, дабы вынести справедливое решение. Думаю, на расследование уйдут долгие годы, ведь дело это не из простых.

— Что ж, благодарю тебя за то, что ты сразу внес ясность. Иллюзии могут помешать выполнению твоего поручения.

Нурлакатам энергично кивнул.

— Я не ошибся в тебе, Джеральд. Именно такой человек, способный сразу понять суть дела, мне и нужен. Итак, ты берёшься за эту работу?

— Не стоит так торопиться, Нурлакатам. Вполне возможно, что я возьмусь за это дело, но, согласись, серьезная задача требует, чтобы ее серьезно обдумали. Кроме того, я должен подобрать себе надежных помощников. Не думаешь же ты, что я отправлюсь в Кагман в одиночку?

— О, это меня ни сколько не беспокоит. Хочешь — нанимай людей, не хочешь — езжай один. Решай сам, только помни, что я плачу столько, сколько сказал. Как ты будешь делить деньги со своими помощниками — меня не касается.

— Я должен подумать, — угрюмо повторил наемник.

— Думай. Но не слишком долго.

— Я приду к тебе с ответом через два дня, — проговорил Джеральд, вставая.

Нурлакатам легонько ударил в маленький серебряный гонг, стоящий на столе. Раздался мелодичный звон, и тут же в двери появился домашний раб.

— Проводи господина Джеральда!